Дикорожденный (ЛП)

С каких это пор тебя это волнует?
Повторив то же самое ещё дважды для остальных, Айрик обернулся. Все трое жнецов были мертвы, и он в очередной раз создал поле мертвецов — на этот раз меньше чем за минуту.
Всё ещё сжимая нож, он поднялся, в горле собрался ком, пока он считал тела вокруг себя. Горячий импульс воздуха просвистел мимо его руки. Он развернулся.
Ксалликс стоял перед ним у подножия трапа грузового корабля. Украденный гравитационный костюм нелепо болтался на нём, поскольку был отлит по более мускулистой фигуре Торрена. Он поднял левую руку, чтобы прицелиться из пистолета — у регенерационной камеры не было времени залечить культю правой. Он выстрелил. Плазменный заряд со свистом пронёсся мимо плеча Айрика, и он услышал, как кусок стены позади него взорвался.
  
Кровожадное чувство удовлетворения захлестнуло Айрика, наэлектризовав тело осознанием того, что он лишил Ксалликса доминантной руки.
Центр костюма распахнулся, когда Ксалликс снова прицелился из пистолета, обнажив татуировки тагионного кода на груди.
Айрик сузил глаза. Его меча нигде не было видно, но это было лишь мимолётным наблюдением. Он уже видел эти закручивающиеся узоры тагиона раньше — они были весьма характерными и выглядели так, словно два кода наложили друг на друга. Родословные, от которых они произошли.
Узнавание обрушилось на него с оглушительной силой.
Ворн. Это были тагионные коды Ворна.
Сердце Айрика заколотилось о рёбра. Он до хруста сжал рукоять ножа.
Ворн. Тот, кто разыскал Айрика в звёздном госпитале и вырвал его из принудительного сна, примитивной попытки помочь его разуму исцелиться.
Тот, кто использовал своё положение генерала, чтобы с регулярными интервалами вызывать Айрика к хранилищу для его открытия, и всегда делал недовольное лицо, когда кровь Айрика отвергали, словно оскорблённый этой неудачей.
Тот, кто лично отобрал Айрика для списания Эд'уна и преподнёс это как благословение. Тот, кто организовал медицинский допуск для человека, который явно не должен был его получить.
Тот, кто изолировал Айрика на непригодном для космических полётов судне и заставил его ждать подтверждения — процедуры, которой не требовала ни одна другая миссия по списанию.
Айрик сглотнул, первобытная ярость взорвалась внутри. Ксалликс был сыном Ворна, и Ворн держал его при себе. Те самые отношения прародителя и потомка, которые Ворн открыто осуждал в матери и отце Айрика всего через несколько часов после их гибели.
Прискорбно.
Айрик покрепче перехватил нож. Да, это принесёт катарсис — куда больший, чем Ворн вообще мог предвидеть.
— Ты плохо усваиваешь уроки, — сказал Айрик, двигаясь к Ксалликсу гораздо медленнее, чем ему хотелось бы, потому что гравитационное поле постоянно тянуло его в сторону. — Я ожидал большего от потомка генерала.
Замерев, Ксалликс широко распахнул глаза, в которых кружилась чёрно-белая ярость. Он посмотрел мимо Айрика на трёх мёртвых жнецов, затем издал тихое рычание и снова выстрелил.
Айрик уклонился от заряда, но гравитационное поле сместилось и накрыло его. Он с силой ударился о землю, в ушах зазвенело. Он зарычал, пытаясь снять давление в голове — казалось, его разрывают пополам.
В то же мгновение гравитационное поле рухнуло, и Айрик вскинул голову. Торрен снял поле. Металлический каркас грузовика застонал, как просыпающийся зверь, возвращаясь к своей первоначальной форме.
— Вставай! — крикнул Торрен, и послышался топот его тяжёлых шагов — он бежал к ним.
Головокружение затуманило зрение Айрика, когда кровь хлынула туда, где ей и положено быть.
Со всех сторон раздались крики и вопли. Слишком много ползающих фигур на периферии.
Он попытался встать, но ноги не слушались.
Нора. Нора. Нора.
Воспользовавшись дезориентацией Айрика, Ксалликс перешагнул через него и ударил рукоятью пистолета в висок.
Из глаз посыпались искры, и Айрик почувствовал, как кожа на виске лопнула.
Пока струилась кровь, Ксалликс наставил пистолет ему в голову.
— А я и не ожидал ничего лучшего от дикого отродья сумасшедшего моразира.
Айрик стиснул зубы и приподнялся. Он схватил нож, заставляя руки работать усерднее.
Неубиваемый. Он должен быть таким — Нора ждёт его. Он пообещал ей свою жизнь.
Ксалликс нажал на спусковой крючок, и пистолет вспыхнул, высвобождая заряд.
Пурпурно-синее пятно врезалось в Ксалликса, сбивая его с ног. Заряд задел ухо Айрика.
Лаки.
Айрик встал, глубоко дыша, чтобы прийти в себя. Он вытер кровь с головы. Кудра так и осталась лежать на земле. С ним всё будет в порядке. Он вскинул голову, перехватил поудобнее нож и стал наблюдать, как Лаки оплетает конечности Ксалликса своим хвостом.
Странное чувство охватило его, мозг всё ещё гудел от удара. Это существо не было Лаки. Не игривый уши, который грел их своим хвостом или ловил для них угрей в реке. Это создание было оружием с длинными металлическими зубами и изогнутыми металлическими когтями, разрывающим лицо и тело Ксалликса.
И кто-то открыл дверь дрозекара, выпустив его.
В перерывах между атаками Лаки поворачивал голову к Айрику, снова и снова издавая двойной короткий лай.
Сердце Айрика упало, когда он узнал слово, которое тот пытался произнести.
Но-ра. Но-ра. Но-ра.
— Айрик! — позвал Торрен. Более двух десятков насмерть перепуганных людей окружили его. Если снова обездвижить их мечом, это слишком сильно ударит по их органам и убьёт всех, так что у него не было иного выбора, кроме как попытаться протолкнуться сквозь них.
Лаки снова тявкнул, и Айрик прислушался. Должно быть, это Безумие, но звуки складывались в слова, которые он мог понять: Помоги другу. Со мной всё будет хорошо.
Понимая, что нужно делать выбор, и всё ещё не вернув свой меч, Айрик начал стаскивать рабов с Торрена одного за другим, крича, чтобы они успокоились, на всех языках, которые только мог вспомнить.
Слёзы. Так много слёз. Некоторые молили о спасителе. Другие благодарили небеса за то, что спасители наконец прибыли. У некоторых в глазах не было блеска — черта, присущая лишь одному истинно разумному виду.
Грудь Айрика сдавило так, что стало трудно дышать.
Люди. Почему здесь были люди?
Торрен протолкнулся сквозь толпу, которая продолжала смыкаться вокруг них, превращаясь в кричащую, аморфную массу отчаяния.
— Иди к своему человеку, — перекрикивая толпу, гаркнул он. Он бросил взгляд на Лаки, чей хвост обвился вокруг шеи Ксалликса. — Оставь своего странного маленького друга — ясно, что он побывал в боях. Мы справимся.
Айрик застыл, ошеломлённый тем, как со всех сторон его хватали и дёргали чьи-то руки. Люди плакали ради него, называя его героем. Ангелом. И другими человеческими словами.
— Айрик! — Торрен отцепил от своей ноги раба и швырнул его на землю. — Уходи. Я неубиваем. Она — нет. Не беспокойся за свой меч — ты сможешь забрать его, когда я отрублю Ксалликсу остальные конечности.
Рычание Лаки и болезненное кряхтение торджарина давили на сознание Айрика.
— Иди, — снова сказал Торрен, и улыбка исчезла с его лица. — Ксалликс — моя ошибка. Позволь мне всё исправить.
Айрик покрепче сжал нож и выбрался из толпы. Некоторые уже валились с ног от истощения, падая прямо там, где стояли. Остальные, вероятно, последуют их примеру в ближайшие несколько минут.
Ксалликс будет сложным противником, потому что Торрен не мог использовать меч в полной мере, а костюм защищал его от физических ударов. Но, глядя на своего брата по Кузне — мужчину, которому суждено истекать кровью и страдать, Айрик не мог отказать ему в шансе накормить бушующее пламя, которое вело его вперёд.
  
Нора напомнила ему, как называется эта связь: кто-то, кто стал первым другом, избранной семьёй.
Он отдал команду Лаки, велев ему быть тем хорошим мальчиком, каким его называла Нора, и помочь Торрену. Сказал, что Торрен защитит его. В ответ Лаки издал радостный лай, прежде чем вонзить зубы в бронированную шею Ксалликса.