Потерянный голос надежды (СИ)

- Я вовсе так не считаю! – поспешно произнесла она. – Просто это всё так неожиданно, да и случай неподходящий.
- А, по-моему, очень даже подходящий, - упрямо произнёс он. – Света, я понимаю, что в течение двух-трёх дней умру.
- Не говори так! – взмолилась Света, пытаясь унять набежавшие слёзы отчаяния.
- Я привык смотреть правде в глаза, - сообщил он, нежно гладя её руку. – С такой раной, как у меня, инфекции не избежать. Если бы у нас были антибиотики, то у меня был бы шанс, а так… - он запнулся, шумно сглотнув. – Возможно это последний раз, когда я нахожусь в сознании. Именно поэтому я хочу, чтобы ты знала, что я очень благодарен тебе за то, что ты ухаживаешь за мной.
- Миша, брось тратить силы на благодарности, - попросила Света, даже не замечая, как слёзы заскользили по её щекам. – Ты же знаешь, что твоя жизнь для меня очень многое значит. Мы знаем друг друга с первого класса и стали друг другу родными людьми.
- Света, если я попрошу тебя исполнить то, о чём я мечтал долгие годы, ты сделаешь это? – вдруг спросил он, пронзительно глядя в её изумрудные глаза.
- Да, конечно, - поспешно ответила девушка, пытаясь улыбнуться сквозь слёзы.
- Я мечтал лишь об одном… - он замолчал, не в силах продолжить фразу.
- О чём? – тут же спросила Света, боясь, что он вновь потеряет сознание, и она не сможет исполнить его просьбу.
- О твоём поцелуе…
Тишина, зависшая в пещере, показалась гнетущей. Треск от костра, до этого почти не слышный, вдруг показался громким и пугающим.
- Миш… - замялась Света, краснея.
- Не знаешь, как отказать? – догадался он, горько усмехнувшись.
- Да нет, ну что ты? – тут же возразила она, хотя предположение парня было верным.
Света против своей воли понимала, что Миша прав: в ближайшее время начнётся осложнение, которое его погубит. Как она не пыталась спасти его, но её старания были тщетны. Подумав об этом, зарыдала. Но тут рука Миши коснулась её щеки, и он произнес:
- Не плачь, любимая, не надо. Не оплакивай меня раньше времени.
- Я и не оплакиваю, - Света упрямо вздёрнула подбородок. – Ты будешь жить! Я сделаю всё для этого!
Миша посмотрел на неё печальным взглядом.
- Раз ты плачешь не по поводу моей жизни, то значит, тебя расстроила моя просьба, - горько произнёс он и вяло подмигнул. – Прости, пожалуйста, что признался в любви и попросил о поцелуе. Ты любишь Ромку, и мне остается лишь пожелать вам счастья.
- Нет, ты не правильно понял! – вскричала Света, растирая ладошкой слёзы.
И тут она осознала, насколько сильно любит её Миша. Его любовь оказалась сильнее всех бед, и единственное, что имело для него значение – это был её поцелуй.
Света всхлипнула и утёрла слёзы. Голова Миши так и лежала у неё на коленях. Превозмогая слабость, он опёрся на руки и тоже сел. Теперь их лица оказались друг напротив друга. Света судорожно выдохнула, почувствовав невероятное волнение. Он пристально посмотрел в её глаза и прочёл в них согласие, смешанное с робким желанием. Парень улыбнулся одними губами и, пропустив пальцы сквозь золотые волосы Светы, обхватил её голову. Он закрыл глаза и жадно припал к губам девушки.
Глава 17
Спасение
Света лежала рядом с Мишей, наблюдая, как дрожат его длинные ресницы. Он снова впал в беспамятство, и его глаза неосознанно двигались под веками. Иногда он что-то шептал, но его было невозможно. Девушка нежно провела рукой по его тёмно-медным вихрам и поцеловала в щеку. Её душа была в смятении, а мысли путались при воспоминании о поцелуе. Вот и сейчас, подумав о происшедшем, Света судорожно вздохнула, ощущая, как огромный раскалённый ком разрастается в груди.
Этот поцелуй… Нежный и в то же время настойчивый, осторожный и в то же время пламенный, первый и единственный. Прощальный. Поцелуй умирающего… Света вздрогнула всем телом и охнула против своей воли. Она никогда не думала, что слияние губ может быть настолько чувственным. Казалось, что все поцелуи, которые были у неё с Ромой, были лишь репетицией перед этим поцелуем. Подумав так, Света ужаснулась своим мыслям.
 
Не понимая себя и своих противоречивых чувств, девушка лежала рядом с раненым и нежно гладила его волосы, его руки, его лицо и его губы, подарившие ей умопомрачительное чувство неимоверного счастья. Света закрыла глаза. Что с ней? Как она могла ответить на его поцелуй, наслаждаться им и жаждать этого парня, который всего лишь полчаса назад был просто бывшим одноклассником? Воистину, она сошла с ума. Как она могла допустить такое?
Но Света понимала и другое, что если бы этот поцелуй не пробудил в ней доселе неведомое чувство, то остался бы исполнением желания умирающего. Простой эпизод из жизни, который можно было бы и не заметить! Но почему этот «эпизод» так тронул её душу? Почему она не может оторвать глаз от гордого профиля Миши? Почему она до сих пор чувствует вкус его губ? Что, в конце концов, с ней происходит?
Все эти вопросы так и не нашли ответа, так как в следующую секунду в пещеру заскочила Ира, и оказалась возле подруги, затараторила что-то ещё более бессвязное, чем то, что роилось в голове Светы.
- Они пришли! – эмоционально хлопая в ладоши, сообщила Ира. – Света, они нашли! Мы спасены! Мы скоро будем дома! Я так счастлива!!!
Света приподнялась на локте, непонимающе уставившись на подругу.
- Ты это о чём? – решила уточнить Берестова, с трудом уходя от мыслей о Мише. Из-за переизбытка чувств она плохо соображала. – И вообще, ты себя хорошо чувствуешь? – Света усомнилась в здравом рассудке подруги.
Набрав в грудь побольше воздуха, Ира попробовала растолковать Свете всё:
- Ромка твой и Герка только что вошли в пещеру. Сейчас они идут сюда, но я не смогла, чтобы не рассказать тебе то, что с ними идут трое мужчин!!! Светка, нас нашли! Нас спасут!
Аж мурашки по телу! Наконец-то смысл сказанного дошёл до Светы. Она резко подскочила и метнулась к выходу из их маленькой жилой пещеры. Она увидела то, что было, пожалуй, лучшим из всего виденного ею за всю жизнь: по дну огромной пещеры шли Рома с Геркой в сопровождении троих мужчин. Навстречу им бежал Рыжов Лёшка. Света, взвизгнув от радости, спрыгнула вниз и тоже побежала к идущим, а сзади неё мчалась Ира.
Сложно было сказать, кого больше были рады видеть Света, Ира и Лёша – своих друзей, или тех троих, которые широко им улыбались и снисходительно терпели восторженные девичьи объятия и слёзы радости.
- А я что, не заслужил поцелуя? – смеясь, осведомился Рома, вылавливая Свету и прижимая её к себе. – Светик, если бы ты знала, как я соскучился по тебе! – чувственно выдохнул он и завладел её губами. Но она сжалась, будто её поцеловали против её воли.
- Что-то случилось? – поинтересовался Рома, почувствовав девичью скованность.
- Нет, ну что ты, – как можно беззаботнее ответила она, и впилась в его губы поцелуем, чтобы он не почувствовал её смятения.
Она была рада видеть Ромку, но вдруг поняла, что в ней что-то изменилось. Причём настолько быстро и неуловимо, что она и сама не поняла что с ней. Света почувствовала укол совести. Не успел Рома отлучиться, как она оказалась в объятиях его друга! Чтобы усыпить свою строгую совесть, Света напомнила себе, что поцеловала Мишу только лишь потому, что он умирает, и это было его последнее желание. Она вздохнула, пытаясь отогнать от себя рыжеволосый образ красивого парня, забравшего её душевный покой. Резко выдохнув, она, как ни в чём не бывало, ухватилась за руку Ромы и пошла рядом с ним.
Поднявшись в пещеру, где приветливо потрескивал огонь, все расположились у костра, грея холодные руки. Ира засуетились, заваривая чай. Света убедилась, что Миша не нуждается в помощи, и вернулась к костру.
 
- Вначале тоннели были такими запутанными, что мы чуть было не заблудились, - рассказывал Герка, жестикулируя руками, чтобы показать какие лабиринты им пришлось одолеть. – Хорошо, что мы вспомнили, как Миша говорил о том, что если всегда сворачивать в какой-то определённый коридор, то не заблудишься. Так что когда тоннель начал раздваиваться, утраиваться и удесятеряться, мы постоянно выбирали крайний левый проход.