Обожженная изменой. Выбор шейха (СИ)

Поэтому и увел в спальню.
Как маленькую девочку, блин! Чтобы не нашкодила.
Прикрыв глаза, едва не стону от отчаяния. Быть территориально в России, пусть и на высоте десять тысяч метров, и никак не дать знать о себе. Не послать весточку детям или сестре.
О Зорине стараюсь не думать. Бог ему судья. Ни разбираться, ни слушать ничего не желаю. Прежде чем изменить физически, человек обязательно изменит мысленно. Когда и где это произошло, я не знаю, и знать не хочу. Мне простых фактов достаточно. Тем более у Рашида есть негативы. А вот за детей я поборюсь.
  
Закрываю подушкой уши от нарастающего гула двигателей. Сжимаюсь в комок, когда самолет разгоняется на взлетной полосе. Нервно сглатываю, когда он набирает высоту. И сама понимаю, что-то со мной не так.
Но меня не тошнит, на соленое не тянет. Только слабость какая-то странная. Лечь бы и поспать.
«Вот и спи!» — усмехаюсь мысленно. Сплю. Что еще делать?
«Но если я залетела, — проваливаясь в сон, думаю лениво, — то Рашид меня никуда никогда не отпустит. Зато можно будет выторговать кое-какие преференции», — осеняет внезапно.
На автомате сажусь на постели. И тут же падаю обратно на подушки. Голова кружится от резких движений, а в глазах темнеет.
«Спать, Нина, спать», — приказываю себе.
У меня будет время, аж целых девять месяцев будет! Успею проработать условия. Теперь я хорошо знаю Рашида. Надо только хорошенько все обдумать. Потом. Завтра…
  
Глава 23
 
«Если Муниса беременна», — неотвязная мысль преследует меня с самого взлета.
Что если…
И голова идет кругом. Вроде бы очевидный факт, учитывая, что мы ни разу не предохранялись. Почему же я не предусмотрел такой поворот событий?
Равнодушно читаю документы по диагонали и из графика светских мероприятий вычеркиваю малозначимые события.
— Кхм… — откашливается мой помощник. Переводит растерянный взгляд на министра иностранных дел. — Стороны договорились. Выпустили коммюнике…
— Я передумал, — отрезаю я. — Знаешь, Аким, уважаемому человеку нет нужды скакать по всяким приемам. Он должен быть недосягаем для публики. Я же не актер Голливуда, чтоб торговать лицом.
— Нет, мой господин, — тут же соглашается помощник. — Но графиня Анквуд ждет вас. Она прислала приветственное письмо. Надеется, вы посетите бал, приуроченный к ее дню рождения.
— Напиши Анжелике, что у меня плотный график и совершенно нет времени, — отмахиваюсь я равнодушно.
Теперь, когда у меня появилась любимая женщина, мне нет дела до высокородных шлюх. Да и везти к ней Мунису не желаю. Не должна невеста шейха знаться с дамами с сомнительной репутацией.
«А раньше ты так не считал!» — усмехаюсь мысленно. Заезжал к Анжелике как к себе домой. Кувыркался с ней в постели, и ее моральные качества меня совершенно не заботили.
Теперь все не так.
И останавливаться в отеле в самом центре Лондона — плохая идея. Там смог, полно туристов и попрошаек. А Мунисе нужны свежий воздух и место для прогулок, желательно закрытое от посторонних зевак.
— Отмени Ритц, мы остановимся в Сэдвик-хаус. Надеюсь, он готов к нашему приезду.
— Хмм… Да, сэр, — испуганно тянет Аким. — Там идут последние приготовления…
— Тогда предупреди, пока мы не взлетели, — замечаю равнодушно.
— Придется поменять регламенты, — хлопотливо собирает бумаги Аким. — Предупредить службу безопасности. Мы же ориентировались на Ритц. И как объяснить наш отказ?
— А разве я должен что-то объяснять? Пентхаус остается за нашей миссией. Пусть там Камаль поселится, — приподнимаю бровь. И углубляюсь в проекты законов, которые захватил с собой.
Но что я там могу вычитать?! У меня в голове только одна Муниса. И если вопрос с проживанием решается легко, мы просто без ночевки в Лондоне сразу отправимся в мой собственный английский замок, то с главной проблемой я пока разобраться не в состоянии.
Врач! Мунисе нужен персональный акушер-гинеколог высочайшей квалификации, умеющий держать язык за зубами.
Мы не можем обратиться в лондонскую клинику. Сразу встанет вопрос о родах и прочей истории, которая есть у каждой замужней женщины.
Наврать? Себе дороже выйдет. А поэтому пока моя служба личной безопасности будет подыскивать нужную кандидатуру, придется быть осторожными.
— Рашид, мы внесли небольшие поправки по безопасности Седвик-хауса, — садится рядом Муса. — Утверди, пожалуйста, — просит он, когда самолет разгоняется на взлетной полосе и резко отрывается от земли.
Уши сразу закладывает. Горло перекрывает спазм.
— Минутку, — улыбаюсь через силу.
— Конечно, — поспешно соглашается Муса. Но не встает. Мнется.
— Что-то еще? — усилием воли заставляю себя оставаться на месте. Сейчас бы вернуться в спальню к Мунисе. Она же боится летать. А я оставил ее одну.
— Да, Рашид, — кивает мой безопасник. — Сана и Роза хотят знать свое расписание. А ты пока не утвердил ни одно официальное мероприятие.
— Спасибо, что напомнил, — морщусь раздраженно. И неожиданно для себя принимаю решение. — Рассчитай их. Дорогие прощальные подарки. И подписку о неразглашении сроком на двадцать лет.
— Ты бы сказал раньше, — растерянно бурчит Муса. — Мы бы их тогда регулярным рейсом отправили.
— Кто ж знал, — пожимаю плечами.
И чуть тише сообщаю лучшему другу главную тайну Реджистана.
— Кажется, Муниса беременна. Не хочу ее расстраивать. Она так остро реагирует на девушек.
— Поздравляю тебя, шейх Рашид, — в знак глубокого уважения прикладывает руку к груди Муса. — Надеюсь, родится наследник, — шепчет заговорщицки.
— Я тоже очень надеюсь. Удвой охрану Седвик-хауса, пожалуйста, — прошу негромко.
Подписываю документы и бросаю отрывисто.
— Нам нужен врач в команду. Нет смысла везти Мунису в клинику.
— Почему?
— Не хочу шума. Иначе толпы журналистов будут преследовать нас круглосуточно. А это бесит…
— А ты не думал о Маргарет? Вроде хорошая кандидатура, — откидывается в кресле Муса.
— Да пошел ты, — морщусь недовольно. — Я с ней спал, пока учился в университете. Забыл?
— По-моему, она была инициатором разрыва. Ты бы еще ее с собой в Реджистан потащил…
— Были мысли, — усмехаюсь я. — Дай мне на нее досье. У нас есть?
— Ну конечно, — кивает Муса. — Как лицо, бывшее в контакте с тобой, Маргарет Уинчер постоянно находится в разработке. Да ты и сам знаешь!
Знаю, конечно. Такой регламент. Любой человек, мало-мальски вошедший в близкий круг монарха, несколько лет остается под наблюдением. Так же и майор Зорин, и его дети… За каждым будут приглядывать мои люди.
— Что там? — вскидываюсь, имея в виду Маргарет.
— Вышла замуж за какого-то виконта. Овдовела. Детей нет. Зато есть многомиллионные долги, доставшиеся от мужа. Она их гасит из своей зарплаты.
— А где работает?
— Там же. В королевской больнице Оксфорда.
— Хорошо. Я позвоню ей.
— Лучше самому съездить, Рашид, — вздыхает Муса.
— Там все плохо? — поднимаю глаза на старого друга. Худой, в национальной одежде, Муса кажется тихим и невзрачным. Но в костюме от Бриони у него явно нет отбоя от шикарных англичанок. Вот как меняется человек.
— Да нормально там все, — отмахивается он. — Просто Маргарет гордая. Я предлагал ей погасить долги хотя бы частично. Но она все время отказывается.
— Ты до сих пор страдаешь по ней, — смотрю пристально.
— Ну да. Мы, аль Сансары, наверное, однолюбы.
— А по Камалю не скажешь, — кошусь на своего младшего брата и тут же решаю. — Если ты на ней женишься, я погашу все долги Маргарет и дам ей хорошее приданое. Подумай, как ее уговорить, — поднимаюсь на ноги.
  
Иду в спальню, рассуждая по дороге о причудливом стечении обстоятельств. Моя университетская подружка и мой двоюродный брат. Прекрасная пара. Будут вместе работать в одной команде. Я лично одобрю этот брак.
Да благословит Аллах их семью и всех будущих детей!