Полоса везения строгого режима

Но даже Вера не отставала:
– Телекинез? Телепортация? Неуязвимость?
– У меня гайморит, так что я точно уязвимый, – жалобно ответил Женька.
– Неуязвимость к физическому воздействию! – Вера не сдавалась. – Управление временем? Замораживание? Огонь?
Николай оказался более решительным. Он подошел к другу сзади с кастрюлей супа, подумал и резко пихнул табуретку, вышибая ее из-под Женьки. Тот с криком полетел на пол, а Николай огорченно резюмировал:
– Скоростную реакцию вычеркиваем.
– Я тебя сейчас вычеркну! – Женька разозлился и вскочил на ноги. – Ты совсем с ума сошел? А если бы я убился?
– Тогда вычеркнули бы и бессмертие, – задумчиво произнесла из-за его спины Вера. – Попробуй меня поднять, Жень. Может, ты стал очень сильным?
– Я себя сейчас кое-как с пола поднял! – рявкнул он.
– Хорошо, хорошо, не горячись, – примирительно произнес Николай. – Или, наоборот, горячись. Разогрей мне суп! Взглядом. Ну же, попробуй! Неужели тебе самому неинтересно?
Женьке было бы интересно, если бы он хоть на секунду им поверил. Но все же вперился взглядом в тарелку, постоял так полминуты, попыхтел, потом разрешил:
– Теперь жри. Приятного аппетита.
– Холодный, – сказал Николай, попробовав.
Понес тарелку к микроволновке, соображая, что же еще может быть. Взял чистую ложку, присмотрелся, развернулся и на этот раз предупредил:
– Попробуй задержать предмет в воздухе!
Швырнул в приятеля, но большой меткостью не обладал, потому ложка прилетела Женьке не в лоб, а в плечо – и все равно получилось больно.
Вера совсем расстроилась:
– Нам на улицу надо выйти. Там машины, прыгнуть откуда-нибудь можно, перила погнуть…
– Вот вы и идите, – очень вежливо попросил Женька. – Вдвоем. А я на больничном. Завтра думал уже на учебу выйти, но сейчас понял, что лучше я вуз сменю – с моими оценками меня куда угодно возьмут, лишь бы вы не догадались куда. А может, это и есть моя суперсила – наличие мозга?
Друзья посмотрели на него и синхронно покачали головами.
– Не, Жень, – выдала Вера. – Ты умным всегда был, а тут должно быть нечто такое, что после нашего путешествия появилось!
Они все крепко задумались. То есть Вера с Николаем задумались, а Женька просто терпеливо ждал, когда один прожорливый идиот доест суп, а потом обоим станет скучно и они пойдут искать другую жертву. Но суп был доеден, тарелка отправлена в мойку, а друзья все не скучали и не скучали. Тогда Женька решил сделать вывод:
– Ребят, месяц прошел, я бы уж точно заметил, если бы что-то новое во мне появилось.
Не факт. Вера около недели назад заподозрила, а Ник – вообще лишь сегодня. До сих пор это тоже проявлялось, но только с Короленко стало очевидно. Сила ведь может быть такой, какая не в любой ситуации заметна. Или она заметна только при взаимодействии с другими людьми – причем может работать только на одном гендере и в каком-то возрастном промежутке. Ведь мужчины постарше ни разу не строили Вере глазки! Или мужчины постарше просто лучше себя контролируют?
Поскольку Женька настаивал, друзья собрались по домам, так ничего интересного в нем и не обнаружив. Уже обувшись в прихожей, оптимистичный Николай решил предпринять последнюю попытку. Он резко развернулся и толкнул друга, тот нелепо вскинул руки и полетел спиной назад, сбивая собой вешалку.
– Да-а, – протянула Вера. – Суперщит тоже вычеркиваем.
– И нулевая защита от физического воздействия, – добавил грустно Николай.
Но Женька под чьей-то курткой стонал и барахтался, а потом заорал:
– Придурок! Я, кажется, руку сломал!
Они очень перепугались – не на такой ноте должен был закончиться сегодняшний грандиозный день. Вера и Николай повезли друга в травмпункт, а там виновато гладили его по спине и бесконечно извинялись. И никто из очереди не пытался назначить Вере свидание, ни один прошедший мимо не высказал Нику страшную тайну своей биографии. Может, они действительно все себе придумали и вообще без повода искалечили товарища?
Женьку увели на рентген, а непутевая парочка по инерции продолжала виновато вздыхать. И вздыхала до тех пор, пока рядом не притормозил молодой санитар и не поинтересовался вкрадчиво:
 
– Девушка, а вы сегодня вечером свободны? Или вы с этим… – он не договорил, а выражением лица показал, с «каким». – Хотя быть не может, чтобы такая девушка встречалась с таким! О боже, что я несу?
Вера не ответила, а уставилась на Ника. Тот в том же ошалелом удивлении пялился на нее. И заговорили они вместе, перебивая друг друга:
– Женька ушел!..
– Мы поэтому так долго не замечали…
– При нем не работает!
– …а мы почти постоянно вместе!
– Это что же получается, мне теперь только с Женькой можно встречаться?! Ведь только с ним я могу быть уверенной, что нравлюсь именно я, а не клею своей суперсилой! Нет, он, конечно, симпатичнее тебя, но не до такой же степени!
– Опять честность поперла… Попробуй замолчать, Вер. Это возможно. Я же молчу.
Это было откровение с большой буквы! И тут же подтянулись доводы: Короленко и Базука строили из себя брачующихся сазанов, пока Женька к ним на линейке не подбежал; сегодня Женька на больничном – и вот поплыли откровения. Все, что происходило странного – происходило вне его присутствия! И Николая ведь сразу отпускала эта ненормальная симпатия к подруге, когда их третий друг, их пятая нога собаке, их безнадежный, ими же покалеченный товарищ был рядом!
Они с трудом его дождались, чтобы сообщить новость. К счастью для Женьки, снимок не показал перелом – был только ушиб. К несчастью для Женьки, пока он отсутствовал, друзья придумали такое доказательство своего бреда, которое гарантировало, что он сам доказательств так никогда и не увидит. Не пора ли ему задуматься о поиске других, более адекватных друзей? Да он бы уже давно об этом задумался, если бы в их шахматный клуб заглянул хоть кто-то еще.
 
Глава 4. Герои и неудачники
 
Вера ненадолго осталась одна в столовой совершенно случайно. Женька еще выбирал на раздаче обед, решив, что она пошла искать свободные места с Ником, а Ник отошел по своим супергеройским делам, его теперь положение обязывало.
Но Вера оставалась спокойной, поставив поднос на пустой столик в самом конце ряда. Дело в том, что она уже немного свыклась со своей силой, и та больше не пугала. Парни просто хотят ей понравиться – кто им запретит? А никаких проблем они ей притом не доставляют.
Однако ж было одно исключение из всех правил – если парень сам по себе и являлся проблемой. Захар «Базука» Бойков как раз в этот же момент вошел в дверь и наткнулся взглядом на девушку. Ей бы уже пять свиданий попытались назначить, если бы он всех не отпугнул – в такой конкуренции никто добровольно не участвует. Он нагло уселся напротив и еще наглее заговорил:
– О, Вера! Задаюсь вопросом, почему мы до сих пор не вместе, красавица моя?
Вера выпрямилась, зацепила вилкой макаронину и почти ехидно поинтересовалась – она начала получать легкое удовольствие от своей власти даже над такими чудовищами:
– Нравлюсь?
– Весьма, – он признал без тени сомнения. – Когда смотрю на тебя, понимаю, что мне вообще никто раньше так не нравился. Я поэтому и удивляюсь: ты тут самая горячая, я тут самый горячий, так почему мы все еще не заперлись в какой-нибудь аудитории, чтобы узнать друг друга поближе?
Вера улыбнулась, ощущая себя победительницей по жизни. Издеваться над хорошими людьми ей бы совесть не позволила, а тут прямо подарок небес:
– Встречаться предлагаешь?
Но Захар напирал отработанно, вообще без пауз на размышления:
 
– Ну, я сейчас предложил не совсем встречаться, но ладно – встречаться тоже давай. У меня какое-то ненормальное желание тебе понравиться, и для этой цели я готов притворяться романтичным пусечкой.
Вера отыграла свой триумф по полной, указав подбородком на стойку вдали:
– Вот там возле кассы стоит мой лучший друг. Познакомься, Базука, это Женя. И я никогда не буду встречаться с человеком, который имеет привычку мутузить моего лучшего друга!