Между строк (ЛП)

— Да. Мне так жаль, мне было больно, и я на самом деле не хотела этого говорить.
—Я читал книгу, — мягко отвечает он. — Я знаю, что ты не хотела.
Я снова наклоняюсь вперед, наши лбы соприкасаются.
— Что ты о ней думаешь?
Он улыбается. Из-за нашей близости я почти физически ощущаю это движение.
— Я думаю, — говорит он, — что ты самый талантливый писатель, которого я знаю. Ты заставила меня казаться бесконечно лучше, чем я есть на самом деле. Ты сделала наблюдения, которые... Мне придется еще над ними подумать.
  
Он проводит большим пальцем по моей щеке.
— Никто не знает меня так хорошо, как ты, Хаос.
— Я чувствую то же самое, — шепчу я. — Ты так быстро меня понял.
— Я бы сказал, что ты читаешь меня как открытую книгу, если бы это не было ужасно банально, — говорит он. — И неправильно. Потому что ты пишешь книгу.
— Ммм. Мне просто нужно было научиться читать между строк.
Он снова целует меня в висок, и я закрываю глаза, чувствуя, как его ровное сердцебиение прижимается к моей груди.
— Эйден, — говорю я.
— Ммм?
— Хочу попробовать немного пожить в Лос-Анджелесе.
Он долго молчит.
— Правда?
— Да. Если ты не против.
— Не против? Да это просто идеально!
Он обхватывает руками мое лицо.
— Но ты уверена? Ты не должна ничем жертвовать ради меня. Я хочу давать тебе все необходимое, а не отнимать.
Это заставляет меня рассмеяться.
— Эйден, в каком мире я, живя с тобой, могла бы что-то потерять? Я хочу попробовать пожить в одном городе какое-то время. Хочу написать новую книгу. И, может быть... хочу попробовать быть твоей девушкой.
На его лице медленно расплывается широкая улыбка.
— Моя девушка.
— Да. Твоя девушка.
Он снова целует меня, а затем крепко прижимает к себе. Я чувствую, как бьется его сердце.
— Я сейчас очень счастлив, — говорит он.
Я закрываю глаза, чтобы сдержать подступившие слезы.
— Я тоже.
Мы сидим так несколько долгих минут. Слышен только шум ручья позади и пение птиц, устраивающихся на ночь. Где-то заводится автомобиль.
— Твои родители любят вино?
Я смеюсь.
— Что?
Он откидывается назад, чтобы встретиться со мной взглядом.
— Я привез им ящик вина с маминой винодельни. Знаю, мне придется постараться, чтобы завоевать их расположение.
Я снова смеюсь. Он смотрит на меня с еще более широкой улыбкой.
— Неправильный выбор?
— Неправильный, — говорю я и сцепляю руки за его шеей. — Но я люблю тебя. И они тоже полюбят, когда узнают тебя настоящего. Никакого вина, никаких дорогих машин. Только ты.
  
Глава 66
 
Шарлотта
Две недели спустя
— Эйден, — хриплю я.
Вижу его темные волосы между моих бедер и чувствую, как его язык скользит по моему клитору. Игрушка внутри меня пульсирует в равномерном дразнящем ритме, от которого мои нервы натягиваются, словно струны.
Он не останавливается. Я поворачиваю бедра, и он следует за мои движением. Мои руки привязаны к кровати двумя стяжками.
Это была моя идея, моя старая фантазия, о которой я рассказала ему прошлой ночью. Ему не потребовалось много времени, чтобы воплотить ее в жизнь.
— Пожалуйста, — шепчу я.
Удовольствие неумолимо овладевает мной, и я не знаю, смогу ли кончить еще раз. Я кончала уже дважды, и мои нервы на пределе.
Он толкает вибратор внутри меня, поворачивая его так, чтобы вибрация достигла той особенной точки внутри меня.
Жидкое тепло разливается по телу так быстро, что у меня перехватывает дыхание. Он несколько раз проводит языком по моему клитору, и я с криком срываюсь с места.
Мой оргазм короткий и интенсивный, распространяющийся, как лесной пожар. В конце он становится почти болезненным, и я пытаюсь коленями поднять голову Эйдена.
Он смотрит на меня, его глаза горят, губы улыбаются.
— Это было хорошо, милая.
Я тяжело дышу, прижавшись к кровати, руки все еще сцеплены над головой.
— Я больше не могу.
— Уверена?
Он нежно дует мне на клитор, и по мне пробегает дрожь. Не глядя, он снижает интенсивность вибрации игрушки, все еще находящейся во мне.
— Да, — выдыхаю я. — Уверена. Если ты заставишь меня кончить еще раз, я начну плакать и не смогу остановиться весь остаток дня. А мне еще ехать на встречу.
Эйден прокладывает дорожку поцелуев по внутренней стороне моего бедра до места его соединения с промежностью. Он делает глубокий вдох, прежде чем нежно прижаться сомкнутыми губами к клитору.
Из меня вырывается тихий стон.
— Я отпущу тебя, милая.
Он с тихим звуком вытаскивает игрушку, и я внезапно чувствую себя опустошенной. Неудовлетворенной. Возможно, на сегодня мои оргазмы уже позади, нервы слишком измотаны, но он еще не был внутри меня.
Он откладывает игрушку в сторону и гладит меня своими большими руками. На нем только боксеры, волосы еще немного влажные после утреннего душа. Они падают на лоб, и его укладка кажется гораздо более небрежной, чем обычно.
Он выглядит так хорошо. Темные волосы на груди, полоска, исчезающая в нижнем белье. Он твердый. Я различаю его очертания под тканью.
Эйден смотрит на меня тем особенным взглядом, который заставляет меня чувствовать себя самой сексуальной женщиной на свете. Я слегка выгибаю спину, приподнимая грудь, и его глаза останавливаются на моих сосках.
— У меня есть еще немного времени, — говорю я, — прежде чем мне нужно будет принять душ.
Его руки опускаются на мои колени.
— О?
— Да.
Его губы изгибаются.
— А чего ты хочешь, если не кончить?
— Я хочу, чтобы ты кончил, — говорю я и широко раздвигаю колени в явном приглашении. — Внутри меня.
Он спускает с себя нижнее белье, и я пытаюсь сползти еще ниже по кровати. Мои руки все еще связаны. Если я потяну их, то смогу выпутаться, он позаботился об этом. Но фиксация запястий все еще дико меня возбуждает.
— Это был последний кусочек пазла, да? — бормочет Эйден.
Он садится на колени между моих ног и подтягивает их так, чтобы задняя поверхность моих бедер оказывается у него на груди.
Привяжи меня к изголовью, ноги по обе стороны от твоей головы... согни меня пополам и приступай. 
— Да, — выдыхаю я.
Улыбка Эйдена вспыхивает, и он выпрямляется. Первое же прикосновение его головки к моему входу заставляет вздрогнуть.
— Боже, ты вся мокрая, милая, — бормочет он. — Я тебя хорошенько разогрел.
Я улыбаюсь ему.
— Поторопись, Хартман. Мне еще нужно кое-куда успеть.
— Проказница, — говорит он и целует мою лодыжку с внутренней стороны.
Затем он входит в меня, сильно толкаясь бедрами. Я вся мокрая. Он легко скользит внутрь, и мы оба с облегчением вздыхаем от этого ощущения.
Он не сдается. Используя свой вес, он надавливает мне на ноги, складывает меня пополам и снова входит. Он рычит, его хриплые стоны прожигают меня огнем.
— Боже, как я люблю тебя трахать, — бормочет он. — Лучшая часть моей недели – это время, когда я тебя трахаю.
Я поворачиваю руки, чтобы ухватиться за изголовье кровати. Я не думала, что смогу кончить снова, но то, как его таз вбивается в меня, вызывает дрожь удовольствия в моем и без того слишком набухшем клиторе. Это словно афтершок после оргазма. Восхитительно...
Мне нравится, как он ругается во время секса. Обожаю, когда он теряет контроль. Я научилась расслабляться, когда он сосредоточен на мне, жаждать его рта между моих ног, но, признаюсь, эта часть нашего секса моя любимая.
Эйден с почти черными глазами и пылающим телом гонится за собственной разрядкой.
  
— Кончи в меня, — говорю я ему.
Он стонет, его бедра дергаются.
— Черт, Хаос. Повтори это еще раз.
Он глубоко толкается, и у меня вырывается новый стон.