Между строк (ЛП)

Та самая, которую он так хотел восстановить.
Никаких отношений, кроме профессиональных.
Он не заставил себя долго ждать, чтобы это заявить. Сколько прошло? Час? И он уже четко обозначил свою позицию.
Я смотрю на часы. Он все еще на работе, но, судя по его постоянным звонкам, очень хочет со мной поговорить. Скоро он приедет домой.
Я жму на газ.
  
Глава 62
   
Эйден
Заседание совета директоров созывается в срочном порядке.
Это последнее, чего я, черт возьми, хочу сегодня. Шарлотта не отвечает на мои звонки и сообщения. И она не разговаривала ни с кем из моей команды с тех пор, как Эрик позвонил и рассказал ей обо всем этом дерьме.
Он признался, что сообщил ей плохие новости, с вызовом на лице. Смело с его стороны, учитывая, как я зол. Какого черта он не подождал, чтобы я сам мог поговорить с ней?
— Дайте ей время, — сказал он так, как будто знает ее лучше меня.
Бесит!
И вот теперь я сижу здесь, лицом к лицу с советом директоров. С теми, кто мне больше всего не нравится, с теми же, кто постоянно мешает мне вернуть «Титан Медиа» на лидирующие позиции в отрасли. Некоторые члены совета директоров больше заботятся о своей репутации и статусе, чем о бизнесе.
— Цель этих мемуаров, — говорит Ричард Грантхерст, сидящий напротив меня за столом, — была в том, чтобы создать атмосферу доверия аудитории к компании и к вам как к ее генеральному директору. Эта новость прямо противоречит этой цели.
— Роман с литературным рабом, — говорит Ингрид, взмахнув рукой, украшенной драгоценными камнями. — Неужели нельзя было это сделать не публично. К тому же, она звезда нашего реалити-шоу!
— Вся эта история должна была доказать акционерам вашу зрелость, — продолжает Ричард. — Показать, что компания изменилась, стала лучше.
— Показать, что я не мой отец. Вот что вы имеете в виду, — мой тон язвителен.
Несколько человек неловко ерзают на стульях. Но затем некоторые кивают.
— Да, если говорить прямо.
Я упираюсь руками в деревянную столешницу.
— Позвольте мне прояснить несколько моментов, — говорю я. — Во-первых, вы все сами проверяли мисс Грей и сочли ее отличным кандидатом для написания этих мемуаров, основываясь на ее предыдущем опыте. По этому пункту ничего не изменилось.
— Мы не знали, о ее прошлом как звезды реалити-шоу, — возражает Ингрид. — Это может серьезно навредить репутации этих мемуаров.
Мой тон безжалостен.
— Тогда вам следовало бы провести более тщательное исследование. Мне не нужно напоминать вам, что эти мемуары были вашей идеей, а не моей.
Ричард скрещивает руки на груди. Он один из двух членов совета директоров, которые работают здесь со времен моего отца. Он всегда был осторожным, до нелепости осмотрительным и одержимым своим имиджем.
— Идея была в том, чтобы продемонстрировать силу. Победу над неблагоприятными обстоятельствами, если хотите.
— Не понимаю, как один заголовок в таблоиде это изменит.
— Это уведет обсуждение книги в сторону от той истории, которую мы хотим рассказать, — говорит Клэр, еще один из членов совета директоров.
Обычно резкая, она одна из немногих, кто регулярно меня поддерживает. Теперь ее глаза прищурены.
— Это плохая реклама, и она затмит мемуары.
— Я не согласен.
Я сжимаю кулаки и наклоняюсь вперед.
— Если говорить серьезно, то это возможность. У Шарлотты своя история преодоления трудностей. Отчасти благодаря проблемам, с которыми она столкнулась после съемок в нашем реалити-шоу. Несмотря на это, теперь она опытный писатель.
— И твоя девушка? — спрашивает Ричард, приподняв брови.
Я встречаю его взгляд.
— Да.
По крайней мере, я все еще хочу, чтобы она ею была. Но она может возражать против названия, особенно после последних нескольких дней. Это кажется все менее вероятным с тех пор, как появились новости, и она перестала отвечать на мои звонки. От разочарования у меня сжимаются челюсти и скрежещут зубы.
Я заставляю себя изображать спокойствие и компетентность. Расправляю плечи, глядя на каждого члена совета директоров за столом.
— Мемуары почти готовы. Не забывайте о нашей сделке. Калеб и Нора Стоун из «БинБокс» будут здесь на последнем раунде переговоров в конце этой недели.
— Нам нужны эти мемуары, прежде чем мы одобрим проект, — говорит один из новых членов совета директоров.
Она достает какие-то бумаги и надевает очки для чтения.
— И, согласно установленному графику... черновик нужно сдать к концу недели.
— Книга будет закончена, — говорю я.
Ричард складывает руки на столе.
— Надеюсь, мы все согласны, — говорит он, и мне не нравится его тон, — что в последнее время к компании проявляется нездоровый интерес. Налоговое расследование все еще продолжается. Я знаю, что оно фиктивное – мы все это знаем – но оно получило широкую огласку.
— Я сразу же все опроверг, — отвечаю я. — За прошедшие недели я также дал несколько коротких интервью, чтобы продолжить опровергать эти обвинения. Слухи утихают. На следующей неделе будет опубликован квартальный отчет о прибыли. Это изменит направление дискуссии и поможет снова поднять цену акций.
— Мемуаристка. Встречаться с ней...
Ингрид качает головой.
— Это ставит под сомнение серьезность вашего отношения к своей роли. «Титан Медиа» сейчас нуждается в хорошей рекламе. Цена акций в ней нуждается. И это, безусловно, укрепит общее доверие совета директоров к генеральному директору.
— К генеральному директору, — говорю я. — Вы имеете в виду меня.
Она склоняет голову, не отводя от меня взгляда. Хотя некоторые из окружающих ее людей тут же отводят глаза.
— Да.
Я кладу ладонь на стол.
— Я два года был генеральным директором «Титан Медиа». За это время мы увеличили прибыль, сбалансировали бухгалтерский учет и провели масштабное расследование налоговой службы в отношении наших налоговых деклараций. Мы вернули большинство рекламодателей, покинувших нас после ареста моего отца. Мы расширяем офис в Лос-Анджелесе, и при этом наши накладные расходы никогда не были такими низкими. Я шел на уступки Совету директоров ради хорошей рекламы.
Мой голос становится резче.
— Я давал интервью на нашем собственном ток-шоу. Я позаботился о том, чтобы фамилия Хартман как можно меньше ассоциировалось с репутацией Альфреда. Я согласился на требования Совета директоров быть осторожным в моих планах по расширению, даже когда я был с ними не согласен. У Совета директоров нет оснований не доверять мне. Поэтому я позабочусь о том, чтобы эта покупка «БинБосс» состоялась. Я справлюсь с любой шумихой вокруг компании, как справлялся раньше. И буду встречаться с кем захочу, черт возьми.
Я встаю с кресла руководителя и застегиваю пиджак.
— Первый черновик мемуаров будет в ваших почтовых ящиках к концу недели, — говорю я. — Написанный фантастическим автором, который перевыполнил ваши требования.
Я покидаю встречу.
Я прошу Эрика освободить меня на остаток дня. Он, не колеблясь, поворачивается к экрану компьютера и начинает бегать пальцами по клавиатуре.
Я раньше никогда не игнорировал совет директоров. По крайней мере, не так эффектно. Но сейчас я хочу, чтобы они и их внимание к цене акций катились к черту.
— У нас есть несколько новых запросов на комментарии, — говорит Эрик.
— Продолжай им отказывать.
Я смотрю на телефон.
— Статья, над которой работала Жанетт, готова?
— Я свяжусь с ней.
Я уже пячусь к лифтам.
— Пожалуйста. И пришли мне номер Веры Тран из издательства «Полар Публишинг».
  
Эрик поднимает брови. Но потом просто кивает.
— Сделаю.
В голове крутятся варианты. Мне нужно все исправить. Единственным человеком, который не должен был пострадать во всей этой истории, была Шарлотта.
Я мчусь обратно к дому. Ее машина стоит на подъездной дорожке. Слава богу!