Между строк (ЛП)

— О чем именно?
— Ты был там, чтобы пойти в поход и пожить в палатке. Ты часто так делаешь?
— Как только появляется возможность. Иногда еще занимаюсь водным туризмом. Здесь вокруг есть красивые места.
Прошло уже несколько недель с тех пор, как я в последний раз был на природе. Джошуа-Три, национальный парк Секвойя, острова Каталина. Все они находятся в пределах досягаемости.
  
— Да, есть, — говорит она. — Хотя в этих краях я посетила не так много природных достопримечательностей.
Я смотрю на нее. Мы могли бы продолжить ехать. Через несколько часов мы были бы в Джошуа-Три. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы подавить в себе дикий порыв.
— Еще успеешь посетить, — говорю я ей вместо этого.
Она оглядывается. Уклон дороги становится все круче с каждым поворотом.
— Куда мы едем?
— На Малхолланд-Драйв.
— О. Я слышала об этой улице.
Через несколько минут я сворачиваю на нее. Это извилистая дорога, уютно устроившаяся высоко в горах и почти пустынная в это время суток. Здесь у меня редко ловит мобильный телефон. Возможно, это моя любимая часть поездки по этой дороге.
Слева от нас простирается городской пейзаж, выглядывающий из-за нескольких деревьев. Он быстро скрывается за большим поместьем. Но ненадолго.
Я съезжаю на смотровую площадку и выключаю двигатель.
— О, — вздыхает она. — О.
Она уже вышла из машины, оставив дверь открытой. Я смеюсь и тоже выхожу.
— Что думаешь?
— Это великолепно.
Она смотрит на сверкающую гладь Лос-Анджелеса, простирающуюся до самого горизонта и исчезающую на западе в черной глади океана.
— Мы находимся выше, чем твой дом.
— Да. Намного выше.
Она прислоняется к капоту моего джипа. Ее взгляд прикован к городу, лежащему далеко внизу.
— Все это похоже на лихорадочный сон, — говорит она. — Это место. Тот ресторан. Твой дом. Все это.
— Это хороший сон?
Она обнимает себя за плечи и поглаживает руку.
— Да. Я не знала Лос-Анджелес с этой стороны, когда была здесь в последний раз. Есть так много вещей, которые я никогда не делала.
— Чего ты не делала?
— Я не занималась серфингом. Я никогда не поднималась на эти горы. Эм... это обсерватория? Я никогда не ходила туда, чтобы посмотреть в телескоп.
Я открываю багажник и нахожу сумку с запасной одеждой для походов, которую храню здесь.
— Обсерватория Гриффита, — говорю я.
— Да. Точно. Я еще не была там.
— Мы сходим, — обещаю я ей и вытаскиваю синюю толстовку с капюшоном. — Еще мы пойдем в Центр Гетти. И я научу тебя серфингу.
Я протягиваю ей свитер. Она смотрит на него, а потом улыбается.
— Спасибо.
— В это время суток прохладно.
— Да.
Она надевает свитер через голову и просовывает руки в рукава. Он ей сильно велик. Когда ткань охватывает ее тело, она слегка вздыхает. Как будто она довольна.
Она выглядит чертовски мило.
— И океан. Я еще не была на нем, — тихо говорит она.
— Ну, Хаос, мы должны решить и эту проблему.
Семейный дом в Малибу в последнее время почти пустует. Мама бывает там иногда, но в основном она живет в Сономе. Там она нашла новых друзей. Более спокойную жизнь. Думаю, это пошло ей на пользу.
— Это совсем не сложно.
Ее губы слегка изгибаются, как будто она мне не до конца верит, но все равно подыгрывает мне. Хотя я говорю совершенно серьезно.
Я прислоняюсь к капоту джипа, оказываясь рядом с ней. Она смотрит на меня, а потом прыгает на капот, и я сразу же подхожу к ней, положив руки на бедра.
— Ой, — говорит она.
— Ты в порядке?
— Да.
Она откидывается назад, опираясь руками о лобовое стекло. Теперь она такая же высокая, как и я.
Ее лицо находится всего на пару сантиметров выше.
— Ты часто бываешь здесь?
— Иногда чаще, иногда реже, — говорю я.
Были дни перед судом над моим отцом, когда я, проведя пятнадцать часов в офисе с юристами и бухгалтерами, покупал еду и приезжал сюда около полуночи. Мне казалось, что это единственное время, когда я могу дышать. Единственное время, когда я могу расслабиться.
— Здесь красиво, — говорит она.
Ее голос становится дразнящим.
— Ты, наверное, привозишь сюда всех своих девушек.
— Я никого сюда не привозил.
Она краснеет, и на ее коже появляется милый румянец. Она сидит на капоте моего джипа, и я хочу, чтобы так было всегда.
На моей машине. В моем доме. В моем свитере.
Калеб, может, и заставил ее улыбнуться там, но здесь она моя.
— Не уверена, можно ли тебе верить, — говорит она.
— Я когда-нибудь тебе лгал?
Она обдумывает вопрос. Затем качает головой.
— Нет, — признает она. — Не лгал.
— Ты была права, когда говорила, что я многого недоговаривал. Но я не лгал.
Она опирается руками о капот.
— Я могу это понять. Я делала... то же самое.
— Это сложно.
— Что?
— Доверять новому человеку.
Она слегка кивает. Здесь почти нет освещения. Только свет от сверкающего города и звезд над головой достаточный, чтобы увидеть ее, освещенную миллионом маленьких точек.
— Да. Это так, — говорит она.
Я подхожу ближе, кладу руку на капот рядом с ее рукой.
— Тебя ранили в прошлом.
По ее блуждающему взгляду я понимаю, что она укрепляет свои стены. Но потом она вздыхает, и передо мной снова моя Шарлотта.
— Это так очевидно?
— На самом деле нет. Ты хорошо это скрываешь.
— Но ты это видишь.
— Да.
В ней есть неиссякаемый источник энергии, который позволяет ей каждые несколько месяцев собираться и переезжать на новое место. Немногие люди могли бы работать так, как она.
— Это было давно, — говорит она.
Я подхожу ближе, и она немного раздвигает колени, как будто приглашая меня встать между ними. Желание занять это место настолько сильно, что мне нужно глубоко вздохнуть, чтобы подавить его.
— Со мной та же история.
— Хммм. Но ты живешь с последствиями каждый день, — говорит она. — Это оставляет шрамы. Такие переживания...
— Ты загадка, Шарлотта Грей.
Ее губы слегка приподнимаются, но улыбка сдерживается внезапной застенчивостью.
— Не пытайся меня понять.
— Почему?
— Тебе может не понравиться то, что ты обнаружишь.
— Это невозможно, Хаос.
Она качает головой.
— Возможно.
Я встаю между ее бедрами и кладу ладони на капот рядом с коленями.
— Ты еще не сбежала от меня, хотя знаешь самые сокровенные, самые мрачные секреты моей семьи.
— Нет, не знаю, — тихо говорит она. — Все, что я знаю, это то, что твой отец совершал ошибки. Но я пока не видела и не слышала о каких-либо твоих ошибках.
— Мне нравится слово «пока» в этом предложении. Оно вселяет уверенность.
Она снова улыбается. Смотрит на меня, а потом на себя. Нас разделяют всего несколько сантиметров.
— Эйден, — шепчет она. — Что мы здесь делаем?
Мои руки сжимают теплую сталь.
— Я не знаю, Хаос. Но знаю, что мне это нравится.
— Мы работаем вместе.
Но ее глаза смотрят на меня, и этот восхитительный румянец снова поднимается по ее щекам.
— Мне нужно закончить эти мемуары, чтобы произвести впечатление на Веру.
— Хммм. А мне они нужны, чтобы совет директоров одобрил мою покупку.
— У нас обоих есть большие надежды, связанные с этой книгой.
Она настолько близко, что я могу просто наклониться вперед, чтобы прикоснуться к ее губам.
— Да, это так. И еще мы привлекаем друг друга.
Она громко выдыхает. Кажется, что ей требуется целая вечность, чтобы согласиться.
— Да. Но ничего больше.
Она снова качает головой, как будто пытается прояснить мысли.
— Ты и я – мы из разных миров.
— Я знаю и не планирую ничего серьезного.
Она кивает головой.
— Ничего серьезного. Это правило номер один. Как только кто-то из нас начнет испытывать эмоции...
  
— Мы прекращаем?
Она снова кивает.
— Да. Мы не можем допустить, чтобы все запуталось.