"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
Не прогадал.
Перед строем вышел мордатый подполковник и начал зычно говорить. Его фразы были рубленными, короткими, как одиночные выстрелы автомата. Подполковник явно привык отдавать приказы в бою, чем говорить длинные речи на плацу.
— Приказ вышел, ебана. От командования. Усиление. Война идет, ебана. Знаете. Второй круг того. Непростая ситуация. Надо усилить части, находящиеся за Барьером. Внеочередное формирование боевых групп, ебана.
Среди рядов бойцов началось перешёптывание — все понимали, что сейчас объявят список тех, кому уже сегодня вечером предстоит выйти за Барьер. А вот войти обратно… это как удача повернется.
— Прямо сейчас пойдем, этсамое, — подполковник глянул на часы. — На сборы — час. Отправка сразу пяти групп. Нужна поддержка, ебана. Не справляются, ебана.
Эта новость застала врасплох солдат. По рядам прошелся шорох.
— Тихо там! — рявкнул военный. — Да, прямо сейчас. Приказ такой, ебана. Не обсуждается. Группы сформированы. Я читаю — вы выходите. Потом сразу на склад — получать оружие. И пойдем. Рейд, ебана. Надо выходить.
Подполковник глянул на приказ, начал зачитывать фамилии.
— Кравченко. Елеев. Астахов. Бялко. Дьядков. Сафронов. Шарафут… тьфу, ебана! Шарафутдинов! Веерченко. Гудеев. Грибов. Тихонов. Носов. Это первая группа. Командующий группой — Рябой.
Бойцы понуро вышли вперед.
— Чего встали? — подполковник кивнул. — На склад. Живо. Сбор — у санитарного поста. Обработка, ебана. Потом к Вратам.
Те двинули в сторону санпропусника.
— Дальше поехали, — подполковник послюнявил палец, перелистнул приказ.
— Бойко. Шилов. Троицкий. Манякин. Березин. Баджибаев. Полищук. Колмагоров. Метте. Волков. Андреев. Это вторая группа. Командующий группой — Огнев. Шаг вперед!
Бойцы вышли.
— Живее!
Отряд ушел к санпропуснику.
— Еркимбаев. Все трое, — подполковник глянул на строй. Узбеки вышли. — Ага. Вижу. Дальше. Бобков. Бердичевский. Ар… Ар-Ра… Ар-Рауд… — с трудом выговорил он, вновь глядя на строй. — Татарин что ли?
Из строя вышел Раш.
— О какой! — удовлетворенно кивнул подполковник, видя габариты парня. — С Кубани? Кубанский? Там все такие. Кровь с молоком, ебана! Молодец, тебе двойную коробку боеприпасов дадим — тащить будешь. Вон какие Так, дальше. Журавлев. Рябов. Ходун. Шталин. Вяземский… и Гамильтон. Командующий группой — Карасик.
Что?!
Я не мог поверить собственным ушам.
Карасик тоже вопросительно глянул на подполковника — все-таки Гамильтон был не из его части и включение его в боевую группу было странным. Но поднимать этот вопрос был бессмысленно — приказ подписан и оспаривать его нельзя. А подполковник, судя по его заплывшим сонным глазам, разбираться в этом вопросе желал в последнюю очередь.
«Ладно, — успокоил себя я. — Может быть, так даже и лучше — не проболтается в штабе про Женю. Держи, как говориться, врага ближе к себе».
Слабое утешение, но все же.
— Выйти из строя! — приказал подполковник.
Мы вышли. Гамильтон злобно зыркнул на меня. Взгляд был точно таким же, как и в тот раз, когда его задержали охранники с «кислым». Ничего хорошего он не предвещал.
— Карасик. Принимай своих.
— Есть! — отчеканил тот.
Мы двинули к санпропуснику.
* * *На складе нам выдали оружие — каждому по автомату. Пару магазинов с патронами. Гамильтон при этом радостно улыбнулся.
— Без моего приказа не заряжать! — рявкнул Карасик. — В нарушителя имею полное право согласно Уставу стрелять. И поверьте мне — этим правом я обязательно воспользуюсь.
Стало понятно сразу — Карасик не блефует.
Помимо оружия также выдали фонарик, который можно было закрепить на голове, не занимая рук; одну аптечку; пластмассовую фляжку с водой; сухпай.
— Опять гастрит даете? — проворчал Карасик, осматривая пакет.
— Что есть, — пожал плечами кладовщик.
— Выдай нашим парням нормальное питание — от этого быстрее загнемся, чем от вражьей пули.
— Говорю же — все, что есть!
Карасик принялся живо спорить с кладовщиком, выбивая хорошие сухпаи, а мне было все уже безразлично. Я понимал, что не успел сообщить ни Ольге, ни Бартынову, ни Воцлаву о том, что меня отправляют за Барьер. И теперь ничего уже не сделать.
Сухпаи выбить удалось — не другие, хорошие, а только двойную норму каждому.
Получив нужное, двинули к Барьеру.
…Мы стояли в пропускной зоне, напряженно молчали, не зная что сказать. И даже Карасик был молчалив, не травя своих черных анекдотов и не задавая мозговзрывные загадки.
Лишь только Гамильтон то и дело косился на меня и недобро сверкал глазами. Пойти в открытую против меня ему мешал Карасик. Гамильтон фыркал по собачьи, потом принимался гладить автомат, не двусмысленно поглядывая на меня.
Оглянув всех тяжелым взглядом, Карасик сказал, что будет стрелять в каждого, кто посмеет бежать или нарушит дисциплину.
Стоящий рядом мордатый подполковник одобрительно кивнул, сказал:
— Верно. Военное время, ебана. Стрелять можно. Не осудят. Ссыкливых лучше сразу в расход. Они только мешать будут, ебана.
Среди боевой бригады повисла гнетущая тишина.
Карасик кивнул, едва слышно произнес:
— Один на примете точно есть. Посмотрим как поведет себя. Надо будет — пристрелю.
— Верно, — кивнул подполковник.
— Охренеть! — только и смог вымолвить Клим. — Вы что, в своих стрелять будете?!
— Разговорчики в строю! — рявкнул Карасик.
Он словно бы изменился. От было веселого парня не осталось и следа. Теперь это был сосредоточенный солдат, готовый выполнять любой приказ. Готовый убивать. Словно сжатая пружина, он был напряжён, сосредоточен. Не хотелось бы мне увидеть, как эта самая пружина выскочит из своих тисков.
Зазвучала сирена. Громко, пронзительно, страшно.
Врата начали медленно открываться. И в каждом движении ощущалось величественность. Барьер был словно огромным хтоническим монстром, а Врата его ртом. Еще мгновение — и он проглотит нас.
Чернота, показавшаяся между створок, росла, обнажая первозданный космический мрак, давящий на сознание своим отсутствием дна.
— Господи Иисусе! — выдохнул Шталин, испугавшись.
Я тоже струхнул, впрочем, как и все остальные.
Повеяло холодом, леденящим, пронзающим.
— Зажечь огни! — приказал Карасик.
Мы включили фонари. Но те едва ли смогли разбить тьму — настолько она была плотной.
Низкий раскатистый стон вырвался из зева пасти Барьера. Остап невольно отпрянул назад. Врата и в самом деле напоминали огромную пасть. Добровольно идти туда не у кого не было желания.
— Давай, сынки! — внезапно по доброму произнес напутствие подполковник. — Не дрейфь!
— Первая группа — пошла! — крикнул Карасик. — Вторая группа — пошла! Третья группа — пошла!
Выход за Барьер был открыт и мы вошли во тьму.
Тим Волков
Фаворит смерти 3 (бояръаниме)
Глава 1
Что я тут делаю?
Почему именно я?
Какими переплетениями судьбы меня забросило сюда, в самый эпицентр ада?
Все эти вопросы — и еще множество других, — кружили в моей голове словно дикие осы, не давая покоя, норовя ужалить.
— Живее шагаем! — перекрикивая сигнал тревоги, рявкнул Карасик.
Он был весь на нервах.
Я и остальные парни тоже нервничали. А если признаться честно, то боялись. Боялись до дрожи в коленках этого всего, что вдруг в одно мгновение предстало перед нами.
Барьер…
Он открыл рот и проглотил нас, чтобы потом выплюнуть, пережеванных, изувеченных, как делал множество раз до этого.
Мы боялись. Мы, мать его, так боялись, что едва не орали от ужаса!
И даже невозмутимый здоровяк Раш Ар-Рауд со страхом оглядывался, светя фонариком по сторонам.
Первая группа бойцов рванула вперед. Ее тут же поглотила тьма и сколько мы не светили им вслед, так и не смогли развеять эту темноту.