"Фантастика 2024-117". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

— А еще одну сумку выдержит? — вдруг спросила Лисенок.
Дарья оценивающе глянула на зверя, кивнула:
— Пушок, ты выдержишь?
Тот мяукнул.
— Выдержит!
Лисенок скинула с себя куртку, обнажая короткий топик, просвечивающий. Под серым топиком другой одежды не имелось. Пот, проступивший на тонкой ткани, только сильней подчерчивал имеющуюся природную красоту девушки.
— Лишними камни не будут, — произнесла она, поймав мой полный любопытства взгляд.
Я кивнул. Мы насобирали еще, загрузили Пушка. Азарт разыгрался вовсю, но мы не стали мастерить еще одну ношу, понимая, что с таким количеством можем просто не унести всего. Тем более, что по туннелям ходят монстры, а биться против них с тяжелыми сумками в руках не самая хорошая идея.
— Пора возвращаться домой! — довольные полученной добычей, одновременно решили мы.
— Согласна, — кивнула Лисенок. — Только вот каков путь домой?
Этот вопрос заставил нас надолго задуматься — туннель в очередной раз провернулся, меняя свои ходы. Мы смотрели на темный зев туннеля и не узнавали его. Дороги назад никто не знал…
  
Глава 23
 
— А как мы пойдем? — медленно проговорила Дарья. — Мы же не знаем куда идти.
— Ты наблюдательна, — едко заметил я.
Из мыслей было только одно — просто идти наугад, авось куда-то нас и выведет дорога. Но разум подсказывал — этот путь в никуда. Так, скорее всего, мы просто зайдем еще глубже, в самые недра, где прячется еще черт знает что и эти монстры, которых мы встретили по пути, покажутся нам ангелочками.
Надеяться сейчас на удачу было опасно. Порой удача в самый ответственный момент может повернуться к тебе не тем местом. А потому нужно придумать что-то другое. Что-то действенное.
Только вот что?
Я глянул на Пушка. Попытаться использовать его нюх? Только он не собака, вряд ли сможет вывести нас наверх, ведь дом его — здесь. Он толком и не знает, как пахнет свобода и поверхность, солнце, трава и ветер с луга. Вот если бы кто-то другой обладал таким же звериным нюхом…
Я глянул на Дарью.
— Чего? — растерялась сестра.
— Говорят, у волков очень сильно развит нюх, — сказал я.
— И что?
— Просто подумал, что было бы хорошо, если бы у нас сейчас появился — ну вот чисто случайно, — волк, который смог бы по запаху определить, где находиться выход.
— Ты на что намекаешь?
— Не намекаю, говорю открыто. Дарья, нужна твоя помощь. И без нее мы вряд ли сможем отсюда выбраться.
— Ты что, хочешь, чтобы я превратилась в оборотня⁈
— Другого выбора у нас нет.
Это было рискованно. Слишком рискованно. Я помнил, как сестра, словно потеряв память, нападала на меня, пытаясь загрызть. Но сейчас нужно было рисковать, потому что иного способа отсюда выбраться просто не было.
— У лис тоже, между прочем, прекрасный нюх! — заметила Дарья, кивая на нашу спутницу.
— Я не истинный зверь, — спокойно ответила Лисенок. — Маши утратили способности к тонким органам восприятия, когда стали жить с людьми.
— Опять мы виноваты в ваших бедах! — воскликнула сестра, подбоченившись.
— Дарья, не отвлекайся, — произнес я. — Нам нужен твой дар.
— Да какой это дар? — грустно отмахнулась та. — Проклятие.
— Только ты сможешь нас отсюда вытащить.
— Ладно, — после паузы нехотя ответила она. — Попробую. Только сразу говорю, что ничего не обещаю. Не так-то это просто в волков превращаться. Отойдите в сторонку, от греха подальше.
Дарья глянула на Пушка, сказала:
— Не бойся. Сейчас будет небольшое преобразование.
И с этими словами начала вдруг дрожать всем телом. Девушку крутило и трясло, словно в приступе эпилепсии. Она даже застонала, протяжно и болезненно. Но видимых метаморфоз мы не наблюдалось.
«Не получится», — огорченно подумал я, глядя на сестру.
И хотел уже было искать новые пути решения проблемы, как Дарья вдруг вновь застонала.
На этот раз стон получился иным, не болезненным и жалобным, а низким, со звериным рыком.
Пушок поджал острые ушки, со страхом глянул на хозяйку. Посмотреть и в самом деле было на что. Тело девушки увеличилось, спина ссутулилась, а голова вытянулась. Выглядело жутко.
 
Превращение было не простым, я слышал, как хрустят кости, изменяясь, вытягиваясь, принимая новую форму. Лисенок интуитивно дернулась вперед, чтобы помощь Дарье. Но я остановил ее. В процесс метаморфоз вмешиваться нельзя.
Превращение длилось минут пять. Под конец, когда сестра уже была неотличима от волка, Дарья издала протяжный рык, сотрясая своды туннеля. От этих звуков у меня «мурашки» пошли по спине.
— Дарья? — осторожно произнес я, поглядывая на лохматого зверя.
Я помнил, что в прошлый раз мне с трудом удалось признала меня. Хотелось верить, что сейчас сестра все же не переступит грань звериной сути.
— Ты меня слышишь? Понимаешь?
Оборотень кивнул.
Отлично! Полдела получилось. Теперь нужно искать выход.
— Ты чувствуешь свободу?
— Я чувствую луну, — гортанным хриплым голосом ответила сестра. — Она еще спит, но она со мной тут.
Мощная лапа легла на грудь, в область сердца.
— Тогда веди нас туда, где слышен глас луны!
Оборотень издал протяжный вой, отчего Пушок еще сильней вжал голову в плечи. Шумный вдох воздуха — и Дарья рванула вперед. Мы побежали следом.
Поиски выхода сопровождались долгими перебежками и короткими остановками, в которые Дарья обнюхивала воздух, фыркала, что-то нечленораздельное рычала. И вновь — беготня.
— Мне кажется, мы уходим еще глубже, — наконец не выдержала и произнесла Лисенок.
И как ни странно, но я тоже ощущал это. Туннель вел нас все чаще вниз, чем вверх и мы словно в самом деле спускались в какие-то неведомые дебри.
— Дарья, — осторожно позвал я сестру. — Ты уверена, что мы идем правильной дорогой?
— Пути меняются, — хриплым голосом ответила сестра. — Они в движении. Прямо сейчас. Лабиринт. Очень сложный лабиринт. Но мы выйдем.
С этими словами она вновь бросилась вперед.
Нам ничего не оставалось, как последовать за ней.
Мы спустились еще ниже, на этот раз даже не было в этом сомнения. Уклон был крутым и нам пришлось даже тормозить, чтобы улететь вниз. Туннель становился то уже, то вновь расширялся.
А еще ощущался, все сильней и сильней, какой-то странный фон. И чем ниже мы спускались, тем плотней он был. На магические эманации это не походило, но какие-то магические элементы в нем все же присутствовали. И элементы эти мне не нравились. Пепельный, пыльный, отдающий мертвечиной фон, словно мы попали в могилу.
Я уже хотел остановить Дарью, чтобы объяснить ей свои опасения насчет того, что мы все же заблудились окончательно, как вдруг тропа привела нас в странное помещение.
Прямоугольный, большой каменный зал, размерами с самолётный ангар. Сверху свисали огромные сталактиты, словно зубы доисторического монстра. Из пола возле стен поднимались неровные наросты, похожие на пальцы покойников.
А дух мертвечины был просто нестерпимо плотным, удушливым.
— Нехорошее место, — шепнула Лисенок.
Я и сам это понимал.
— Нужно возвращаться, — сказал я, обращаясь к Дарье.
Но она и не слышала меня. Вместо этого вырвала из рук фонарик и направила луч вперед.
И мы увидели Дверь. Именно так, с большой буквы, потому что иначе обозначить это было нельзя. Массивная и огромная, словно предназначенная для великанов, она величественно высилась в конце зала.
Что она тут делает? Кто ее вообще создал?
А главное: проход куда она закрывает?
Мы остановились, принялись рассматривать находку. Посмотреть было на что.
Созданная с нарушением всех правил архитектурного искусства, дверь представляла собой ряд деревянных горизонтальных балок, скрепленных друг с другом одной вертикальной металлической скобой, пробитой шляпками гвоздей. Сами балки были изготовлены из неведомого черного дерева и представляли собой зашкуренные бревна, в человеческий обхват толщиной. Металлическая скоба тоже была любопытной. Сложно представить, какой кузнец ковал ее, а судя по неровностям, шероховатостям и вмятинам ее именно ковали, а не прокатывали на заводе.