Влюбиться в Ноябрь (СИ)

— Что? — бегу за ним следом на кухню. Как-то он очень уж по-хозяйски тут…
— Я декабрь, — басит.
— А где Марк? И кто такой девятый? Что вообще происходит?
— Он тебе что-то сказал перед тем, как выйти?
— Сказал не бояться. Братья помогут… Вот еще, — поднимаю ключи со стола и отдаю медведю. Тьфу, декабрю! — Сказал найти апреля. Но я не знаю как. Адреса он не дал.
— Собирайся. Поехали, — разворачивает меня и подталкивает к лестнице наверх.
Оборачиваюсь и никуда не иду. Не ответил ни на один вопрос. Только больше нагнал туману. Что-то печатает в телефоне. Опять хмурится. Суровый, здоровенный, с бородой. Смотрю то в окно, за которым хлопьями валит снег, то на мужчину напротив. Похож ли он на декабрь? Как он вообще должен выглядеть? А за Деда Мороза тоже он отрабатывает? Или как это у них все…
— Деда Мороза не существует. Иди уже собирайся, по дороге все расскажу. Времени мало, — отвечает на не высказанные вслух вопросы, так и не поднимая глаз от телефона.
— В-вы что?! Мысли читаете?!
— Как и все месяцы, — отмахивается очень буднично. И продолжает писать сообщение.
Несколько секунд шокированно пялюсь на него, но сбегаю наверх. Мало ли что у меня в голове там еще вертится! Он же все услышит! Какой кошмар!
Рядом с декабрем ужасно холодно. Когда мы собрались выходить он неодобрительно цокнул, глядя на мои кроссовки и короткую курточку. Словно из ниоткуда достал сапоги и теплую шубу, но сильно ситуацию это не изменило. На улице уже намело настоящие сугробы!
Через полчаса мы стоим у гаража на выезде из города. Вокруг только ангары, безликие склады и бесконечная лента железной дороги. На гараже снаружи висит навесной замок. И как же так может быть, чтобы там был Апрель? Он же тоже ну… Человек?
— Открывай, — вздрагиваю от голоса, перебивающего беспрерывный поток моих мыслей. Ну точно настоящий медведь. Думаю эту мысль и тут же виновато поднимаю глаза. Ну не специально я.
Как только я выдергиваю замок из петель, ворота распахиваются и прямо на меня валится пьяный вдрызг, судя по перегару, молодой парень. Обнимает и будто невзначай успевает облапать.
— Это явно не то что нужно, — пытаюсь его сбросить с себя, но его лапы все наглее начинают меня щупать!
— Это что за красота такая, — проводит пальцем по нижней губе и скуле. Тут-то его и декабрь встряхивает за шкирку, наконец оторвав от меня! — Воу, дек, а ты как здесь, братишка?
Божечки, что за семейка…
  
17. Обвенчана с ноябрем
 
— Дурака выключи. Ты же все почувствовал, — декабрь снова чувствительно встряхивает парня, и все опьянение молодого в секунду куда-то улетучивается.
Он отталкивает руки медведя, становясь твердо на ноги. Оглядывает меня совсем трезвым взглядом, любопытно приподняв бровь. Устраивает целое шоу, застегивая в правильном порядке пуговицы на рубашке, предварительно их полностью расстегнув. Со спецэффектами расстегнув. Ну что за позер? Недосматриваю импровизированный стриптиз. Закатывая глаза, захожу вглубь гаража следом за декабрем.
Гараж внутри оказывается вполне себе уютной квартирой. На вид гораздо больше, чем ржавый каркас снаружи, а наполнением напоминает студенческую комнату в общаге.
— И цветы с улицы убери, — щелкает чайником и разгребает на столе место, чтобы заварить чай, декабрь. — Чтобы весной не ныл, что розы после мороза поднять не получается!
— Так ты с морозами аккуратнее. Розы на юге родные, это ты здесь редкий гость, — освобождает для меня кресло, сгребая оттуда кучу книг и обертки от чипсов. Усаживаюсь, потому что ноги не держат.
— У меня от вас голова кругом, — декабрь несет мне кружку чая, но молодой перехватывает.
— Моя гостья. Дай поухаживаю, — сам отдает мне чай и присаживается рядом на корточки.
— Аккуратнее с ней. Ноябрь уже поухаживал на свою голову. Что делать теперь…
— Тебя как зовут? — спрашиваю невпопад.
— Апрель,— улыбается во всю пасть молодой парень.
— Вы издеваетесь надо мной, да?
— Нет. Я по паспорту Апрель. Ничего экзотичного. Зато декабрь у нас целый Святогор! Богатырь богатырей, — наклоняется ближе, будто собирается сообщить страшную тайну. — Он у нас вообще со странностями. Настоящий опер, ты знала? Не смог и в этой жизни бросить любимую работу.
  
— На полставки, — глухо добавляет декабрь, даже не поворачиваясь к нам. Все так же колдуя с чем-то на столе.
— Дурной, дурной сон… — ворчу. Пытаясь стереть это наваждение, тру глаза. Апрель неожиданно перехватывает мои пальцы.
— Вы когда успели обвенчаться? — шокированно разглядывает мое кольцо, а я начинаю нервно смеяться.
— Мы не… — начинаю фразу, но натыкаюсь на выразительный взгляд декабря и фейспалм Апреля. Он прячет смех в ладони, а я… Я начинаю реветь. Так горько, как никогда в жизни.
— Тихо. Тихо. Он все сделал правильно. Иначе его бы уже не было совсем, а ты бы забыла обо всем, с момента вашего знакомства. Вы потом все обсудите, и ты обязательно настучишь ему по башке. Но сейчас тебе нужно успокоиться, детка.
— Успокоиться?! Детка?! Да что вы… — подрываясь с кресла, разливаю чай, а на улице грохочет раскатистый гром. Декабрь хватает меня за локоть и тащит к дверям, распахивая их настежь. Ошарашенно пялюсь на происходящее на улице.
— Успокоиться, иначе весь город в каток превратишь!
На улице стеной льет ледяной дождь. Сугробы, что насыпал Декабрь, покрываются ледяной коркой. Листья на деревьях становятся похожи на стеклянные леденцы. Поезд, проезжая мимо, высекает искры от соприкосновения с контактным проводом. Все обледенело за считаные минуты.
Это делаю… Я?
— Н-да. Общим сбором не обойдемся. Пора звонить старейшинам, — вздыхает Апрель.
  
18. Домой
 
Апрель выходит на улицу прямо под ливень. Рубашка его моментально промокает, но он только сильнее начинает красоваться. Ветер меняется. Становится злым и неожиданно теплым. Дождь стихает.
— Что со мной? — экстренно прекращая реветь и вытирая дорожки слез, оборачиваюсь к декабрю. Или Святогору? Как мне его теперь называть?
— Его можно просто Свят, — протискивается между нами Апрель, не забывая потереться об меня своим прессом, обтянутым мокрой, отчего прозрачной, рубашкой. За что и получает затрещину. И этот мысли слышит?!
— Не помню, чтобы кто-то проворачивал данный фокус, — показывает на мое кольцо Свят. — Оно связало вас самыми прочными узами. Вы с ноябрем стали одним целым. Не удивительно, что часть его силы перешла к тебе. Так что будь аккуратна с эмоциями.
— Да как здесь удержать эмоции, когда каждые пять минут новые сюрпризы! — топаю от отчаяния, а на улице снова грохочет гром.
— Привыкай. У нас всегда весело, — подмигивает Апрель, но тут же выставляет ладони в защитном жесте, испугавшись моего наступления.
— Каким бы клоуном ни казался, но Апрель прав, — вздыхает Свят. — Нужно связаться со старейшинами.
— Это я мигом, — радостно восклицает Апрель.
— Они вернут Марка? Что будет с нами?
— Сложно сказать. Они обычно отличаются оригинальностью наказаний.
— Наказаний?! Но за что? — то, что нас разделили, вообще кажется абсурдом. За что еще наказания? — Ты что там делаешь? — с удивлением наблюдаю, как Апрель запускает Скайп на ноутбуке.
— Ты думала, мы потащим тебя мрачный склеп, в котором люди в черных балахонах будут проводить ритуалы и жертвоприношения? — издевается.
— Ну… да? — да ни о чем я не успела подумать. Но Скайп?!
— Нет.
— Нет… — тру виски, стараясь прогнать подступающую мигрень. Оборачиваюсь к Святу, — В чем мы провинились?
— Хранитель времени не имеет права открывать правду о себе смертным. Обычно в таком случае хранителя наказывают, а смертного попросту убирают. Но Марк умудрился вас обвенчать…
— Такое уже было? Какие решения они принимали?
— Если Марк прав и увидел в тебе свою истинную… Такого не случалось уже много тысяч лет. Последний раз это был так давно, что рассказы об истинных считают легендой.