Печать Забытой магии (СИ)
Когда по рукам побежали теплые ручейки крови, накопитель в моих руках завибрировал и будто сам распался на несколько частей. Меня тряхнуло от количества энергии, пробежавшей по венам, ее было слишком много, чересчур, она разрывала меня изнутри и искала себе применения. Я уже не думал о наставлениях Клауса, я вообще забыл о нем, меня рвала на части моя же сила и, громко закричав, ища в этом хоть кроху облегчения, я подался вперед, упираясь в землю ладонями, прижимая, буквально вбивая в почву обломки черного камня. Птичку, наблюдающую за мной через окно, я не видел, но зато почувствовал нашу с ней связь, почувствовал и почти сразу успокоился: она в доме, в безопасности, с ней все хорошо, а у меня есть важное дело.
Направив всю свою силу в ладони, я вдруг обрел зрение. Странное, черно-белое, но оно позволяло мне видеть на многие мили вокруг. Все, что происходит на моей земле и под ней. Корни стоявшего передо мной растения уходили глубоко под землю, сплетались там с другими, делились с ними силой и поддерживали жизнь. И я с огромным облегчением направил свою силу и в них тоже. Пропуская ее через эту связь, но не уничтожая все живое. Мне хотелось видеть, а не уничтожать. И я смотрел. Смотрел и запоминал. Видел сильные и слабые стороны Темных земель, запоминал месторасположение новых, еще не тронутых жил с хорошей чистой рудой, видел, где люди уже настолько истончили ресурсы земли, что она прекратила плодоносить, а где, наоборот, земля ждала своих детей, готовая кормить их. Чем больше силы я отдавал, тем лучше понимал, о чем говорил Клаус: действительно, привязка к земле была необходима. Уже сейчас, не задумываясь, как я это делаю, я смог найти свежие мертвые тела. Звери, людки, птицы. Их души уже покинули свои оболочки, оставляя мне простор для действий. Кости вплавить в горные породы, остальное превратить в прах и смешать с почвой. Я сейчас не был магом смерти и не был магом-природником, лес не слушал меня, деревья не реагировали, я не стремился убивать или оживлять. Я просто был хозяином своей земли и старался ей помочь. Дотянуться до каждого уголка вместе с потоками своей магии, заглянуть, запомнить. Не думать. Действовать.
Когда моя сила иссякла, закончилась вся, чуть не загасив искру в груди, картинка перед глазами вдруг сменилась, страх любого мага – остаться без своих сил, гнал меня, мое сознание, на поиски подходящей энергии. Забрать, отнять, пополнить резерв и выжить. Выжить как маг. И я видел, откуда можно ее взять! Видел и это пугало меня намного больше опустошенного резерва.
Сначала перед глазами появилась толстая цепь связи, а проследив за ней, я увидел сгусток сконцентрированной живой силы, он перемещался по дому, быстро петляя между комнатами, манил. Бери – восполняй резерв, тебе хватит, чтобы сохранить магию. От этих мыслей хотелось кричать, ведь я понимал, что в доме, во всем этом огромном мрачном замке есть только один живой лучик света – Птичка. Девушка, ставшая случайной жертвой планов Ашруса. Сумевшая развеять тьму в моем сердце и заставившая меня вновь чувствовать себя живым. Сейчас я это понимал как никогда ясно: Вероника была причиной моих переживаний и оживших эмоций. Меняться я начал из-за нее, благодаря ей!
Отмахнувшись от видения ее жизненной силы, той, что я мог бы пополнить свой резерв, крепче прижал руки к земле. Клаус говорил: все, что не мертвое – есть жизнь. Значит, я буду тянуть эту жизнь из каждой травинки вокруг, выжигая землю во дворе дома, оставляя ее мертвой, главное, что Птичка не пострадает.
– Эй, внучек, ты что творишь! С ума сошел! А ну прекрати! – скрипучий голос старика доносился до меня как сквозь толщу воды, но я предпочитал его не слушать. – Ты же сейчас все испортишь!
Лучше я все испорчу, чем заберу у себя надежду на жизнь.
– Не-ейт! Нейта-ан!
Крик Вероники сконцентрировал мое внимание на ней, но я упорно, сцепив зубы, продолжал тянуть силу из земли.
– Девочка, не стой там, сделай что-нибудь! Он же сейчас все угробит, вообще все, понимаешь!
– Но я…
– Да действуй ты!
Диалог Клауса с моей Птичкой я воспринимал с трудом, силой воли приказав себе не двигаться. Поэтому, почувствовав тонкие руки, обвивающие мои плечи, и женскую грудь, прижавшуюся к напряженной спине – вздрогнул.
– Нейт, Нейтан, остановись, – горячий шёпот Вероники заставил меня застонать, теряя связь с землей, – отпусти, слышишь, не нужно этого делать.
Под давлением ее ладоней я как мешок с камнями завалился на бок. В ушах зашумело, тело будто одеревенело и не мог шевелиться, только почувствовал легкие касания пальцев к своим ладоням, по венам внезапно прокатилась огненная волна, несущая в себе силу, и от ее количества я потерял сознание. Кажется, этого было слишком много для иссушенных магических потоков.
В себя я пришел на своей кровати, за окном светило солнце, в крови бурлила магия, мысли были четкими и ясными. Не давала двигаться только тонкая рука, лежащая поперек моего живота.
– Очнулся? – Дэмиан завис надо мной, отвлекая от разглядывания узкой ладони с длинными пальцами. – Не буди ее, Ника уснула всего пару часов назад. Не отходила от тебя.
– Уже день? – неужели Птичка всю ночь провела без сна, сидя рядом со мной?!
– День, но ты бы лучше спросил, какой это по счету день, Нейт.
– Какой по счету? – я перевел взгляд с Дэма на бледное лицо Вероники и отметил глубокие темные тени под ее глазами. – Сколько же я…
– Двое суток. И все это время она была рядом. На все уговоры Клауса оставить тебя одного только упрямо молчала. Кажется, наша художница уверена, что именно старик виноват в твоем состоянии.
– Со мной все нормально, обычное магическое истощение, слишком много…
– Я пытался ей это объяснить, но Ника сказала, что ей становится плохо, стоит уйти от тебя. Я не стал настаивать, она и правда все это время сидела рядом, держа тебя за руку. А сегодня уснула вот на стуле.
– А как? – хотел спросить, как же она оказалась на кровати, но Вероника зашевелилась, сворачиваясь клубком у меня под боком, и я замолчал.
– Так же, как и ты оказался на кровати, – с улыбкой глядя на затихшую девушку, прошептал Дэм. – Вася ей помог. Сначала донеся тебя до комнаты, а потом и ее перенес со стула. Она даже во сне тебя не отпускала.
Мы с Дэмианом ненадолго замолчали, погружаясь каждый в свои мысли. Не знаю, о чем он думал, глядя на девушку в моей кровати, а я не мог поверить, что малышка с огненными волосами не просто была рядом, она заботилась обо мне все это время. Потянувшись к своей искре, понял я и еще одно: мой резерв был полон и восстановился он не сам по себе.
– Дэм, нужно связаться с Ашем. Я хочу, на самом деле хочу попытаться вернуть нам нормальную жизнь.
– Ты готов снова попробовать объединиться? – Дэм был удивлен, действительно удивлен моими словами.
– Да. Готов и знаю, что ты тоже этого хочешь. Чувствую.
Действительно, сейчас я гораздо лучше чувствовал Дэмиана, нашу связь, она была тонкой, но была. И думаю, с помощью сил Аша и знаний Клауса мы могли бы попробовать вновь стать одним целым. Жить как обычный человек, мечтать... любить.
– Да, я тоже хочу, но, Нейт, сейчас у нас есть проблемы поважнее, чем соединение души с телом. Даже если речь идет о нас.
– Важнее?
– Да, брат, у меня очень плохие новости.
Что могло случиться за каких-то пару дней? Видимо, заметив тревогу на моем лице, Дэм грустно улыбнулся.
– Я нашел Лиама, Нейт. И он рассказал мне очень много интересного…
Глава 17 Дэмиан
Оставлять Нейта и Нику одних было страшно. Я полтора месяца наблюдал, как она тянется к нему, а Нейт избегает Птичку; видел, как Вероника расстраивается из-за этого и раз за разом уходит в свой выдуманный мир, рисуя один набросок за другим и на каждом из них Нейт. Замечал, как он стискивает зубы и хмурится, думая, что рисует она меня, но разница в образах, вышедших из-под руки талантливой девушки, для меня была очевидна. Ника могла срисовывать с меня фигуру, но лицо всегда было не моим. Более острый взгляд, напряженные губы, сведенные брови. Нет, таким Ника меня не видела, с ней я всегда был веселым балагуром, оставив образ злого брата для Нейта. Оставлять их было страшно, но им это было необходимо. Как и мне необходим был этот глоток свободы. Наконец-то заняться хоть чем-то. Всем существом я чувствовал, что грядут перемены, и не знал, радоваться этому или нет. Последнее такое предчувствие было перед нападением слахов, после которого мы с Нейтом разделились, а Саманта, в итоге осознав, что мы с ней творили долгие два года, добровольно ушла на перерождение. Я-то, дурак, думал, что перемены должны произойти в моей личной жизни. Свадьба, признание любимой женщине, что я не просто защитник в боевой группе Управления, а аж целый хозяин земель в соседнем королевстве. Я мечтал, как познакомлю Сэм с семьей, как мы с ней вместе будем жить в замке на Темных землях, ходить на озеро Кладис, строить свою жизнь. Семья. Дети. Счастье.