Шанс для дознавателя (СИ)

— Мне тоже так кажется, — кивает дознаватель, уже подходя к передатчику.
Некоторое время я безучастно наблюдаю, как коллега общается с дежурным инквизитором. Он умеет это делать — в минуты опасности Ирмис из добродушного увальня превращается в хищника, способного достать жертву одним броском. Вот и сейчас он скупо, особо не размениваясь на факты, сообщает о сложившейся ситуации. Разговор затягивается — собеседник на том конце трубки задает многочисленные вопросы и я, кажется, вновь начинаю волноваться. Но сейчас это излишне и я принимаю единственное правильное решение — выхожу в коридор и толкаю вторую дверь.
Первое, что я замечаю — запах. Лакричный, неприятный, им здесь пропитано буквально все. Источник запаха тоже находится почти сразу: на столе я обнаруживаю два блюдца — с миндалем и ненавистными с детства черными конфетами. Самописное перо лежит у ножки стола, рядом со скомканными листами бумаги. А на столе обретается несколько одинаковых папок с порядковыми номерами и карта. Мне хватает лишь одного взгляда, чтобы понять, что это копия — причем копия моего экземпляра.
Да, Джо не хватает — он бы подтвердил.
Защиты здесь нет, поэтому я берусь за осмотр папок. И уже первая из них радует подробностями — передо мной дело Лавинии. Я мельком проглядываю страницы: уже знакомый мне отчет, копии документов о рождении детей и браке, несколько страниц, исписанных неразборчивым почерком. Отложив папку в сторону, берусь за следующую.
Элинор Алвис, штатный инквизитор южной провинции. С его делом я знакомлюсь ещё быстрее: собственно, две страницы текста делом никак не назовешь. Следующие несколько папок содержат данные незнакомых мне инквизиторов и дознавателей. Их я сразу откладываю в сторону, не желая терять время.
И, наконец, когда передо мной остается последняя папка, я ненадолго замедляюсь: интуиция подсказывает мне, что сейчас я увижу кое-что очень знакомое.
И я не ошибаюсь.
Риндан Максвелл, ведущий инквизитор по особо важным делам.
— Мейд, ты здесь? — дверь за моей спиной распахивается.
— Да, — я оборачиваюсь, — смотри, что нашла.
Ирмису хватает десятка минут, чтобы ознакомиться с содержимым. Все это время я терпеливо жду рядом, сжимая в руках папку с делом Риндана. Заглядывать мне в неё откровенно не хочется — и я не могу отказать себе в этой маленькой прихоти, а потому, когда дознаватель складывает папки в одну стопку, кладу свою ношу сверху.
— Как Лавджой оказался здесь? — задаю резонный вопрос, — он же с Ринданом уехал.
— Вот у Риндана своего и спросишь, — Ирмис подхватывает папки, — пойдем вниз, сейчас приедут дознаватели.
Мы спускаемся на кухню и я сразу же оккупирую подоконник. Раскладываю карту, прижимая попавшимися под руку чашками и раскладываю рядом свою.
— Ты смотри, как интересно складывается! — заглядывает через плечо Ирмис, но я уже и сама вижу различия.
Это действительно копия моей карты — тонкая, филигранная. И с уже внесенными изменениями. Дома Морриса больше нет — вместо него два одинаковых прямоугольника. Здание на месте существования фонтана зачеркнуто. А главное — тонкой чернильной линией проложен маршрут к крепости.
Из… этого дома.
Спустя полчаса кухня заполняется народом. Коллега из отдела пристального дознания быстро проводит осмотр дома и выслушивает меня. Он почти не задает вопросов, за что заслуживает мою горячую благодарность. И решение тоже принимает быстро — и запрашивает инквизитора из крепости.
— Ждем! — бросает он нам, положив трубку.
Я верчу в руках карту. Маршрут за эти полчаса ожидания я выучила наизусть. Беря начало из этого дома, он проходит через весь Лаерж, проходя под фонтаном и заканчиваясь у крепости. Идти явно придется больше часа — другое дело, есть ли у нас это время?
— Может, имеет смысл сократить дорогу? — уточняю я, — есть ли еще какие-то точки входа ближе?
Ирмис, сидящий за столом, поворачивается на голос:
— Исключено. Мейд, твоя судьба уже решена, смирись.
Я не отвечаю — но начинаю заполняться злостью.
 
Приехавшие с инквизитором гвардейцы занимают свой пост у двери и, пока человек с нашивкой кардинала общается с Ирмисом, я набрасываю тулуп и выхожу из дому.
— … так дурдом там, — сообщает один гвардеец другому.
При виде меня парень замолкает.
— Где дурдом? — уточняю.
— Так в крепости же! — осознав, что за болтовню на посту его ругать не будут, парень расцветает, — кардинала ждут. Народ уж на площади собираться начал, скоро яблоку негде упасть будет.
Я некстати вспоминаю рассказ Адель об обломках статуй горгуль.
— Скоро?
— К закату, говорят, выступать будет.
К закату. Вот и в моем сне тоже был закат. А… который час?
Ничтоже сумнящеся, я транслирую вопрос гвардейцу и тут же получаю ответ:
— Когда выезжали, два пополудни было.
А ведь сюде ехать чуть больше получаса. Выходит, что сейчас уже около трех — и значит, до возможного выступления кардинала всего несколько часов.
Мои мысли прерывает скрип двери
— Мейд, тебя, — Ирмис, на миг показавшийся в дверном проеме, тут же скрывается там же.
Инквизитор кардинала тоже немногословен. Пока я, сбиваясь, рассказываю о своих умозаключениях, он задумчиво смотрит в окно. И, только когда я замолкаю, переводит на меня сосредоточенный взгляд.
— Понятно, мисс Локуэл. Мы примем необходимые меры.
— Моя помощь нужна?
В непроницаемых темных глазах я, кажется, вижу отблеск насмешки:
— Вы же отстранены. Идите домой, мисс Локуэл, завтра к вам прибудет королевский дознаватель для протоколирования ваших показаний.
Подобное странное отношение меня не устраивает и я пытаюсь бороться:
— Вы примете меры?
— Мы сделаем все возможное, — вежливо заверяют меня. Только вот… я не верю ни единому его слову.
Ирмис догоняет меня уже у калитки.
— Мейд!
Я резко оборачиваюсь. Узел на затылке распускается и коса больно, с захлестом бьет меня по щеке.
— Что?!
Наверное, дознаватель все-таки разбирается в оттенках настроения, потому что тормозит тут же. Останавливается, с опаской глядит на меня и очень неуверенно сообщает:
— Мейд, я прослежу, чтобы всё было как надо.
— Тебе хоть что-то уже известно? — тут же иду в атаку я.
И не прогадываю.
— Максвелла последний раз видели у дверей нового архива. Насколько я понял, он спустился в одиночку. Лавджой два часа назад отбыл из крепости. Алвис… — он замолкает.
— Что? — подталкиваю к продолжению.
— Алвиса задержали. Сейчас он дает показания.
— Они делают что-то для решения ситуации? — бушующие внутри эмоции заставляют меня повысить голос. — Ирмис, не молчи! — прошу я уже тише, видя, как мешкает дознаватель.
— Будут, — тихо сообщает мужчина и воздух вокруг нас сгущается. Я предполагаю, что услышу, но все-равно жду чуда.
И его не происходит.
— Как только Алвиса допросят, они выделят отряд для разрешения ситуации, — заканчивает дознаватель.
— Нечего будет разрешать… — лишь поджимаю я губы, отчетливо понимая, как проведу этот вечер.
  
Глава 23
 
Домой я не вхожу — влетаю, чем опять пугаю Терру. На этот раз девушка вооружена ножом, а на разделочной доске перед ней разложены очищенные клубни картофеля.
— Мисс Ло…
Но я качаю головой, уже набирая номер.
Джо отвечает почти сразу — уж не знаю, дежурил ли он у передатчика или случайно проезжал мимо.
— Мейд? Что-то срочное?
Исследователь собран, а значит, ему сегодня тоже несладко. И он сразу же подтверждает это:
— У меня полон дом народу — если ждет…
 
— Не ждет, — сходу считываю я, — Джо, как в кратчайшие сроки добраться до архива под крепостью?
Кажется, своим напором я огорошиваю мужчину, потому что в трубке поселяется молчание. Джо не издает ни звука — и я, повинуясь невнятному порыву, тоже молчу, чувствуя, как где-то наверху решается моя судьба.