Агентство ’Последний путь’ (СИ)

  
Агентство "Последний путь"
   
Глава 1
 
Широкоплечий мужчина в лёгком кольчужном доспехе с коротко остриженной бородой оглядел отряд и сморщился.
Молодой клирик трясся так, что казалось, ещё чуть-чуть и рухнет в обморок. Мантия на нем была коричневого цвета, но перед ее был испачкан содержимым желудка, который начинающий целитель умудрился продемонстрировать после столкновения с последним противником.
Лучник хоть и старался, но внимание привлекал его правый глаз, который всё время косил в сторону. Как он вообще хоть куда-то попадает, было совершенно непонятно.
Маг, стоявший позади, держался неплохо, но за всё время боя с тремя измененными тёмной магией волками он выдал всего две огненные стрелы. В глаза из его одежды бросался правый сапог, который давно «просил его покормить».
-Ч-ч-что? — заикаясь, спросил клирик, поймав хмурый взгляд воина.
— Ребят, — вздохнул мужчина и указал на кости, скрывавшиеся под высокой травой. — Это детские кости. Эта сука уже начала жрать людей. Понимаете, к чему я?
— Это не ведьма, а упырь? — нахмурился лучник.
— Тут есть некромант? — выдал свою версию маг.
Воин вдохнул через сжатые зубы и медленно выдохнул через нос.
— Это значит, что эта тварь перевалила тридцатый уровень. Ей уже нет смысла просто питаться смертью разумных. Ей нужна плоть.
— К-к-к-как тридцатый? — затрясся клирик.
— Вот так, — хмыкнул мужчина. — Вы в первый раз идёте на элиту?
— Не наш уровень, — признался маг и тут же спросил: — Что делать будем? Вернёмся?
— За элиту опыта хорошо дают и статы обязательно, — подал голос лучник, но с лёгкими нотками сомнений тут же добавил: — Только тридцатка нам не по зубам.
Взгляды отряда скрестились на воине.
— Верша, ты ведь берсерк, так? — задал висевший в воздухе вопрос маг.
— Если бы вы посидели в нашем городишке ещё пару дней, то точно бы обо мне услышали, — хмыкнул воин.
— А уровень у тебя какой? — поинтересовался лучник.
— Н-н-неприлично ведь, — дернул его за рукав клирик.
— Неприлично, — кивнул воин и взглянул на кривую дверь, уводящую в землянку, вырытую в корнях огромного дуба.
— Нам ведь решать надо, что делать, — одернул руку лучник. — Тут не до приличий.
— Не хочешь — не говори, — вмешался маг. — Просто скажи — потянешь её или нет. Нет — уйдём. Да — постараемся помочь.
Берсерк хмыкнул, вытащил пару коротких топоров из-за пояса и обреченно произнёс:
— Постарайтесь просто не мешать.
Он развёл руки в стороны и, подойдя к двери, уже замахнулся ногой, но тут же замер и поставил ногу на место.
— Да, вот ещё что... — он повернулся, ещё раз оглядел отряд и снова сморщился. — Радномом заклинаю вас и анальными пробками, постарайтесь не сдохнуть, как зеленые выблядки, обосравшиеся от одной элитной ведьмы!
Клирик позеленел, у лучника правый глаз встал на место, а маг покраснел от злости.
Берсерк замахнулся и со всей дури влепил ногой по двери, отчего та слетела с петель и унеслась внутрь землянки.
— Хуйня из-под коня! Я твой рот наоборот, через зад коленом и по самые гланды! — перешёл он на неистовый рев.
Руки в стороны, взмах, второй, поворот вокруг своей оси, и воин в один миг превращается в смазанный вихрь, который проносится внутрь землянки.
Раздаётся оглушительный и пронзительный визг, грохает какое-то заклинание, и из землянки вырываются клубы чёрного дыма.
— Ах ты ж кошёлка старая! — раздается гневный рёв берсеркера.
БУДУМ!
Дым исчезает, и снова раздаётся истошный визг.
— М-м-м-может помочь? — задаёт вопрос клирик.
— Сказано же — не мешать, — фыркнул маг.
— П-п-парни... — мямлит лучник.
— Ты когда заикаться начал? — взглянул на него маг.
— К-к-когда этих у-у-увидел, — указал за спину магу тот.
Маг развернулся и обнаружил, что из леса, на их полянку, выходит пара медведей с черной, слегка дымящейся, шкурой.
***
Верша выбрался из землянки на коленях. Сил, чтобы стоять уже не было, но, несмотря на слабость и обильное кровотечение из ран, свою добычу он не отпустил. Он волок за собой изувеченный труп сухой костлявой старухи. И если бы не пасть полная длинных острых зубов и руки с длинными чёрными когтями на пальцах, можно было бы подумать, что берсерк угробил умирающую бабушку.
 
— Блядская карга, — проворчал Верша, вставая на ноги.
Вытерев кровь с глаз, которые заливало из раны на лбу, он оглядел поляну перед жилищем элитной ведьмы.
— Вот, ебаный насрать, чтоб вас раком да до медвежьей горы в ухо шомполом подгоняли... — выругался он и сплюнул на землю.
Отряд по частям валялся на земле вперемешку с парочкой медведей. Голова мага лежала чуть в стороне от тела. Рана была рваной, словно её не отгрызли, а просто оторвали. Лучник голову сохранил, но лежал на земле с развороченной грудной клеткой. К чести этого «напарника» стоит сказать, что, несмотря на свое косоглазие, он умудрился влепить одну стрелу в глаз медведю, который, судя по виду клирика, с удовольствием жрал его потроха. Второй медведь лежал на земле, оплетенный корнями деревьев, и пытался шевелиться. Судя по тому, как его прижало и сколько корней было на земле, клирик пытался таким способом его задушить.
— П-п-п-помоги... — прохрипел целитель, удерживая кишки рукой, лежа на боку. Те вываливались, но он словно обезумевший пытался их собрать обратно.
— То есть ты попёрся сюда без заклинания самоисцеления, — проворчал Верша и, покачиваясь, подошёл к члену отряда. — На что ты рассчитывал, кретин?
— П-п-помоги... — снова прохрипел клирик, все медленнее шевеля руками.
— У меня нет ни зелий, ни исцеляющих заклинаний, — хмыкнул берсерк. — У меня даже маны нет. И судя по твоей тупости, исцеляющих зелий у тебя тоже нет.
Клирик бросил попытки сгрести кишки обратно, обреченно взглянул на воина и открыл рот.
— За тупость надо отвечать, — сплюнул кровавый сгусток Верша.
Клирик собрал последние силы, согнулся и встал на корточки. Придерживая внутренности, он поднялся на ноги, кишки посыпались на землю, тело целителя пошатнулось, и он рухнул лицом в землю.
— Херовая была идея, — вздохнул берсерк, бросил ведьму и, вытащив топорик, подошёл к медведю. — Но раз уж команда — сраные дебилы, то делиться с ними не обязательно.
Взмах, удар, и череп измененного тьмой медведя раскалывается, а воин довольно кивает мелькнувшему на переферии сигналу об уведомлении.
После этого он развернулся и подошёл к оглушенной элитной ведьме.
— Ну, а теперь сладенькое, — произнёс он и нагнулся к ведьме, одновременно занося топор.
Взмах, миг, и когтистая лапа старухи перехватывает топор, а вторая впивается в лицо берсеркера.
— Ах ты ж сука... — рыкнул он, хотел вывернуть руку, перехватил лапу твари на запястье у своего лица.
— Проклинаю тебя, кровавый ублюдок! Проклинаю тебя на счастье! Счастливо дитя не будет — не найдёшь покоя! Проклинаю кровью своей твою! Проклинаю душою! — оглушительно визжит она.
В следующий миг Верша выворачивает её лапу, державшую его за лицо, раздается хруст, и ведьма выворачивается. Лицо берсеркера заливает кровью от новой порции ран, в воздух взмывает второй топор и опускается на череп старой ведьмы.
— Блядское отродье!
Хрясь!
В стороны летят брызги крови.
— Недоёбаная карга!
Хрясь!
Удар вскользь и в сторону летит скальп старухи.
— Чтоб тебя, мразота...
Хлюп!
Череп проломило и вместе с кровью в стороны летят осколки черепа.
— Черти вилами ебли!
ХЛЮП!
Топор уходит глубоко внутрь черепной коробки.
Берсерк бил и бил, хотя вместо головы ведьмы уже был не череп, а мешанина из темно-красной, густой крови, костей и мозгов. Бил он неистово, со всей злостью до тех пор, пока звук не стал глухим. Остатки головы ведьмы смешались с землёй и превратились в грязное месиво.