Авангард. Первый круг (СИ)

— Договорились.
— Чем больше ты пытаешься казаться дерзкой, тем очевиднее твоя внутренняя неуверенность. Да и просто сбавь обороты, во всем мера нужна.
— Ты подумал, что я это про старушку? Ой, прости, обещала же так Эрику Кирилловну больше не называть…
— Всем доброе утро, — раздались вдруг словно обволакивающие со всех сторон слова.
Это Эрика — она сейчас вышла на внешний помост башни и тихий голос ее был заметно усилен. Появилась верховная жрица в тот самый момент, когда первые солнечные лучи начали золотить кроны деревьев и выглядела настолько прекрасно, что я невольно засмотрелся. Церемониальный полупрозрачный наряд из многослойного серебристо-белого паутинного шелка струился по телу Эрики как оживший лунный свет, на плечах наплечники в виде стилизованных крыльев совы, а высокую грудь поддерживает каркасный пояс-корсет из серебра. Сейчас Эрика простерла руки над площадью, и замерев в величественной позе продолжила говорить.
  
— Повторяйте за мной. В лучах утренней зари я принимаю дар нового дня, — короткая пауза. — Как лес пьет росу, я впитываю мудрость предков, — снова пауза. — С каждым вздохом во мне растет уверенность древних камней, а в сердце звучит чистота лесного родника…
О, а я знаю, что это такое — аффирмация. У меня был коллега, в прошлом психолог, так он кроме личных и в основном непрошенных консультаций постоянно нечто подобное по утрам задвигал. Над этим его галимым НЛП мы поначалу подтрунивали, но вскоре устав от насмешек психолог начал заряжать нам аффирмации в духе «Если мы сегодня умрем, то давайте сделаем это красиво», после чего самовнушения его прямо хорошо пошли. Хотя у Эрики сейчас, даже несмотря на пафос, напутствие звучало приятно и вполне естественно.
— … Мои мысли ясны как небо после дождя, а путь мой освещен светом Элуны, — продолжал звучать под кронами голос беловолосой жрицы. — Я любимое дитя леса и сегодня со мной его благословение. Солнечный свет в моей душе, сила корней в моих руках, и я следую течению реки моей судьбы… Всем хорошего дня, — после долгой паузы уже вполне обычным голосом закончила Эрика, опуская руки и удаляясь.
Да, неплохое приветствие — я не повторял, но все равно взбодрило не хуже травяного чая, который в свою очередь бодрил лучше, чем кофе. После такого выступления Эрики поселение уже полностью проснулось, от недавнего спокойствия предрассветной тишины не осталось и следа.
Я смахнул крошки с колен и спрыгнул с кресла-корня, оглядываясь вокруг и с удовлетворением понимая, что моего присутствия нигде не требуется. Механизм, который мы запустили вчера, начинал работать самостоятельно — вот что значит выбрать подходящих руководителей на нужные участки.
— Куда мы пойдем? — поинтересовалась Лиза, на удивление выступление Эрики никак не прокомментировавшая.
— Сначала отведем твоих друзей-дегенератов в аванпост на север, после прогуляемся на южную границу. Завтракай пока, схожу их подниму.
Оставив Лизу вместе с изучающим военную доктрину Кэррионом, взял с собой пятерку Розенкранца и двинулся к Альпийским тетеревам. Обойдя Священную рощу и перейдя по выгнутому мостику через серебряный ручей, вышли на улицу между высоченными деревьями, где еще до разрастания города были хижины-апарты, вплетенные в развилки могучих корней. Стены их были сплетены каркасом из гибких побегов и живых ветвей, снаружи покрыты слоем мха. В апарты верхнего уровня можно было попасть по изящным винтовым лестницам или по легким мосткам от соседних деревьев — на эту улицу мы заселяли в основном детей леса, очень уж здесь антураж соответствующий.
Чертовой дюжине альпийских тетеревов — тринадцатым был посол, выделили две хижины. Сам выбирал — когда вчера обходил поселение и осматривал жилые площади, в самые засранные Марии Сантос запретил уборщиц отправлять, определив это как место жительства своего особого отряда.
Вошел в первый «мужской» дом, осмотрелся. Пол устлан толстыми циновками из трав, в стены встроены многочисленные ниши и полки, также живые, образованные переплетенными ветвями и корнями. У дальней стены находится неглубокий очаг-чаша из белого камня, где легонько сочится родниковая вода, по стенам спальные места — койки с натянутыми между корнями матрасами из паутинного шелка. Под ними мусор, пачки из-под чипсов, бутылки из-под пива и воды, использованные влажные салфетки. Почти все бородатые эльфы здесь уже проснулись, но на улицу никто не торопился — большинство валялось на кроватях, некоторые лениво переговаривались. Мусор в помещении, похоже, никого не волновал. Почти никого — высокий эльф-посол, единственный из присутствующих полностью одетый, явно тяготился нахождением здесь, я просто его не сразу заметил.
— Всем доброе утро, — нарушил я общее спокойствие, привлекая внимание. — Так, мужчины! Одеваемся, собираемся, выходим завтракать, после все идем в поход, готовность двадцать минут.
— Куда идем? — поинтересовался кто-то.
— Вы переезжаете в загородный особняк.
— Мы не давали на это согласия! — возмущенный возглас сразу был дополнен десятком аналогичных комментариев.
— Это не вопрос обсуждения. Или через десять минут вы все на площади на завтраке, или пойдете на голодный желудок. Время пошло.
Не дожидаясь возражений вышел из помещения и направился в соседние апартаменты, женские. Здесь, на удивление, было чисто, но едва перешагнув порог увидел переодевающуюся Ашатан, испытав серьезное душевное потрясение. Она возмущенно заорала, но я тоже орать умею — рявкнул так, что на соседней поляне колокольчики зазвенели.
— Дамы, — перешел я на нормальный голос, игнорируя прикрывшуюся ворохом одежды Ашатан. — Сейчас нам предстоит прогулка на ваше новое место жительства, в прекрасный загородный особняк. Присутствие обязательно, так что прошу собираться на главной площади через десять минут.
— Если мы откажемся?
— Кто откажется выполнять мое прямое распоряжение, будет вычеркнут мною из списков жителей города, став нежелательной персоной под сенью Великого леса. Если честно, я от вашей бесполезности и наглости уже утомился, так что буду рад получить первых изгоев, чтобы вдохновить остальных их примером.
— Мы можем опротестовать решение на суде небесных арбитров!
Надо же, даже не слышал о таком — категорически не хватает знаний о семи реальностях. Но в небесных арбитрах я почему-то уверен, поэтому только улыбнулся.
— Давайте попробуем. Уверен, это будет незабываемый для всех опыт. Так что, есть кто-то, кто не готов менять дислокацию?
Желающих не нашлось — все же паразиты не совсем тупые, а избирательно. Причем во многом они умнее меня, это тоже не стоит забывать. Послушав несколько секунд возмущенного молчания, я покинул женские апартаменты. Почти всех оставшихся паразитов из города удаляю, это очень хорошо.
Рози со своей пятеркой остался контролировать сборы переселенцев, чтобы никто не разбежался — лови их потом, а я вернулся к Белой башне и забежал наверх сообщить Эрике что ухожу. Нашел ее за навигационным мостиком, погруженной в управленческое меню.
— Госпожа верховная жрица, — отвлек я ее.
Эрика вздрогнула, потом резко обернулась и смущенно опустила взгляд.
— Милорд, — кивнула она, принимая предложенный официальный тон. Вот только глянула так, что подойдя ближе я не удержался и погладил ее по волосам, а Эрика вдруг прижала мою ладонь себе к щеке. Сделав шаг вперед, я поцеловал ее в лоб, а она крепко обняла меня, спрятав лицо на груди.
— Это намек на серьезные отношения или все еще демонстративно случайный порыв? — спросил я.
  
— Не знаю, — прошептала Эрика.
— Ты же понимаешь, что ничего у нас просто не получится?
— Ты так в этом уверен?
— Ты тоже в этом уверена, просто не готова пока себе признаться. Нет, на самом деле я бы с удовольствием стал безработным жиголо у тебя на полном обеспечении, но с моим рейтингом света мне просто не позволят это сделать. А если ты отринешь все свои амбиции и решишься стать верной женой, ожидающей меня из долгих командировок, у тебя это не получится сделать из-за интересов семьи.