Детектив с небес

– Он не ругал тебя за то, что ты впустила в дом незнакомого? – спросил Ю Чинсин.
– Еще как! Когда тот дедушка ушел, устроил настоящий скандал. Но на что тут так злиться? Мне взрослого человека за дверью держать, что ли? – пожаловалась Чон Хёджу.
– Тут твой отец прав. Всякое случается, нужно быть осторожной, – сказал Сон Йохан.
– А что с тем дедушкой? Почему вы о нем расспрашиваете?
  
– Он умер, – последовал ответ пастора, и девочка замолчала. – Полицейские считают, что это было самоубийство. А тебе он каким показался, Хёджу?
Она на некоторое время погрузилась в воспоминания того дня и после паузы заговорила:
– Даже не знаю. По его лицу я бы не сказала, что он собирался покончить с собой. Это папа мой ходит с таким выражением, будто уже готов умереть.
– Да? А что, он стрессует в последнее время?
– Не только в последнее, я его вообще никогда радостным не видела. Он живет так, будто на него легли все переживания в мире. Может, это из-за того, что он с детства увлекается литературой? Я как-то тайком заглянула в его черновик, ужасно депрессивный. Рассказ об аутсайдере, невозможно читать.
– Он же учитель, привык критически мыслить, наверное, поэтому и пишет о таких проблемах, – предположил Сон Йохан.
– Хм…
Хёджу скривила рот. Вдруг она сунула руку в карман. Ей кто-то звонил, и она в спешке вытащила телефон. При этом из кармана выпал сложенный флаер. Ю Чинсин подобрал листовку и раскрыл ее, пока Хёджу отвечала на звонок.
– Алло, пап. Я почти пришла, уже возле дома. Кого? Нет, никого нет.
Сон Йохан приложил к губам палец, как бы прося не упоминать о них двоих, и Хёджу с улыбкой сбросила звонок.
– Мне надо идти.
– Ты сюда ходишь на волонтерство? – спросил Ю Чинсин, показывая девочке листовку.
– Да, мне, вообще, не очень-то хочется туда ходить, но там председатель – папин школьный друг.
– А что? Если он друг твоего папы, разве это не облегчает тебе работу?
– Не то чтобы… Да и репутация у места не очень. Вроде бы по новостям даже рассказывали о каком-то коррупционном скандале. Мне правда уже нужно идти.
Отпустив Хёджу домой, Ю Чинсин протянул Сон Йохану листовку.
– Вы верите в совпадения?
На флаере было объявление о волонтерском мероприятии и номер счета для пожертвований. А проводила его организация «Beautiful Seoul».
– Ку Вонджун собирался встретиться не с одним человеком, а с двумя: учителем старших классов Чон Хёсоком и председателем «Beautiful Seoul» Юн Чихо.
Пастор повернул к Сон Йохану телефон. С поисковой страницы смотрел интеллигентного вида мужчина средних лет.
– Ку Вонджун двадцать пять лет провел в тюрьме за убийство. А Чон Хёсок и Юн Чихо двадцать пять лет назад были старшеклассниками, причем учились в одной школе.
– Хотите сказать, есть вероятность, что они как-то связаны с тем делом?
Сон Йохан поднял голову и взглянул на пастора.
– Я думаю, двадцать пять лет назад они были свидетелями убийства.
– Тогда становится понятно, зачем он искал Чон Хёсока и Юн Чихо.
– Зачем же?
– Вы не понимаете? Он хотел отомстить. Ведь это из-за их показаний он получил такой большой срок.
Ю Чинсин с досадой покачал головой:
– Вы что, даже посмотрев то видео, считаете, что Ку Вонджун убил ни в чем не виновного школьника? Он тогда уже принял Бога в свое сердце.
Криво усмехнувшись, Сон Йохан ответил:
– И что, он стал «сыном света»? Некоторые из заключенных тоже раскаиваются в своих грехах. Есть даже те, кто хочет стать пастором. Только в итоге они возвращаются к старым привычкам и снова становятся преступниками. Люди не меняются.
Лицо следователя исказилось от гнева. Он будто говорил о ком-то знакомом.
– Кого вы имеете в виду? – озадаченно спросил Ю Чинсин.
Однако Сон Йохан сменил тему:
– Вы мне мешаете, так что теперь можете идти. С Юн Чихо я встречусь сам.
– Мешаю? А мне кажется, я вам помог.
– Будь сейчас времена, когда вас называли «охотничьим псом», может, и помогли бы. – Слова Сон Йохана заставили пастора вздрогнуть. – В Корее не найдется и сотни судмедэкспертов, верно? А среди них только один человек бросил это дело и стал пастором. Я тут поузнавал, у вас в те годы была отличная репутация. И прозвище вы получили за то, что не упускали ни малейшей детали.
– Я не люблю его.
– Вы теперь не хладнокровный судмедэксперт, а слабохарактерный пастор, так что называть вас так уже никто не будет. Идите занимайтесь своими приходскими делами. А работу следователя буду выполнять я.
Сон Йохан оборвал разговор и пошел прочь. Некоторое время Ю Чинсин следил за удаляющейся фигурой и наконец пробормотал:
– Господи, что же делать с этой заблудшей овцой?
4
Выйдя из участка, Сон Йохан увидел ожидавшего его Ю Чинсина.
– Здравствуйте!
В руках пастор держал по стакану кофе навынос.
– Зачем пожаловали?
– Пришел подбодрить вас в этом нелегком деле.
Пастор с улыбкой протянул ему стакан.
– Я же сказал, что пойду один.
Следователь мельком взглянул на кофе, но принимать не стал.
– Я приготовил этот латте с фундуком специально для вас. Правда не будете? Мне его выбросить?
– Зачем выбрасывать? Жалко!
Сон Йохан выхватил – почти вырвал – стакан из рук пастора.
– Это же ваша машина, да? Кажется, я видел ее у кофейни.
Не дожидаясь ответа, Ю Чинсин направился в сторону автомобиля. В замешательстве следователь пошел было за ним, но после глотка кофе застыл на месте. Глаза его округлились.
– Вкусно, да? – улыбнулся пастор.
Йохан с недовольным видом проворчал:
– Вы садитесь или нет? У меня дел много.
Офис «Beautiful Seoul» находился в районе Каннам. Подъезжая к нужному зданию, следователь и пастор увидели человека, вышедшего на одиночный пикет с плакатом:
Долой незаконную слежку в благотворительном фонде!
Председатель Юн Чихо, извинись и покинь свой пост!
– Коррупцию внутри фонда изобличил их главный бухгалтер, и его же в итоге уволили. Самое смешное – «Beautiful Seoul» сами проводят кампании по защите сотрудников, которые доносят на своих работодателей.
Услышав пояснение пастора, Сон Йохан скривился:
– Мерзкие лицемеры.
Оставив машину на подземной парковке, они поднялись в офис фонда. Встреча была назначена заранее, так что сотрудник сразу провел их в кабинет.
– Председатель сейчас на совещании, подождите немного, пожалуйста.
– Ничего страшного. С вами все в порядке? – спросил Ю Чинсин.
– Что, простите?
Пастор окинул провожатого взглядом: белки глаз того были мутными, кожа – желтоватой.
– Вы неважно выглядите. Похоже, в последнее время вы очень похудели.
Внимание Чинсина привлекли брюки сотрудника: для его телосложения они казались чрезвычайно свободными. Не будь пояс затянут так туго, брюки совсем сползли бы.
– Да, я действительно сильно похудел.
– Тогда вам стоит обратиться к врачу.
– Спасибо за беспокойство, – выдавил сотрудник в замешательстве.
– Он в основном имел дело с покойниками, но все же был врачом. Сходите разок на прием, хуже точно не будет, – поддержал пастора сидевший рядом Сон Йохан.
Как только сотрудник вышел, следователь встал и подошел к прозрачной стене. Отсюда, из кабинета председателя, был виден практически весь офис.
Ю Чинсин тоже поднялся с места и осмотрелся. Письменный стол был завален кипами документов, а стены увешаны почетными грамотами от правительства и благодарственными письмами из разных мест. Пока пастор читал их, дверь открылась.
  
– Извините, совещание затянулось.
Председатель был в костюме без галстука и в кроссовках – стиль активного общественного деятеля. Пожав руки обоим посетителям, Юн Чихо сел.
– Прошу прощения за ожидание, но у меня чуть позже запланировано выступление в прямом эфире, поэтому много времени уделить не смогу. Извините.