Абсолютная Власть. Трилогия (СИ)

Добрынин скрипнул зубами и ничего не ответил. Посмотрев на меня, он спросил:
– Прикажете взять её под стражу, господин?
– Да, – ответил я, спешиваясь. – Выделите покои и поставьте охрану. Никуда не выпускать без моего ведома.
– Заковать пленницу в антимагический ошейник?
– Только попробуйте, – огрызнулась на это Карцева.
– Пока что обойдёмся без этого, – произнёс я и повернулся к Эмилии. – Как вы себя чувствуете? Надеюсь, мой Очаг не слишком давит на вас.
  
– Честно говоря, мне немного не по себе. Хотя, возможно, это просто усталость после бессонной ночи. Надеюсь, в покоях, которые мне выделят, будет ванна.
– Проводите её сиятельство, – сказал я воеводе.
Никита кивнул и снова стрельнул в Карцеву убийственным взглядом.
– Слезайте с лошади и следуйте за мной, – приказал он.
– Грубиян. Хотя чего ещё ждать от военного! Вы все как один неотёсанные мужланы, – сказала Эмилия, но всё же спрыгнула на землю.
Встряхнув волосами, она подошла к Добрынину и улыбнулась.
– Хотя, если взглянуть поближе, вы довольно симпатичны, воевода. Вы женаты?
– Нет.
– Как любопытно… Тогда немного поворкуем по дороге, – Карцева без спроса подхватила Никита под руку и сказала: – Ведите! Я хочу как можно скорее прилечь и отдохнуть.
Никита высвободил руку, по‑строевому развернулся и чеканным шагом направился в дом.
Как только они с графиней подошли к крыльцу, на улице показалась Татьяна. Она улыбалась, но, как только увидела Эмилию, застыла. Уголки её губ медленно опустились, брови сошлись над переносицей.
– Ты, – процедила она, сверля Карцеву взглядом.
Эмилия невозмутимо осмотрела её, а затем хлопнула в ладоши и рассмеялась.
– Владимир, вы просто мастер сюрпризов! Кто бы мог подумать, что ваша сестра жива. Все считают её мёртвой.
Таня громко вдохнула, стискивая кулаки и не спуская взгляда с графини. Чувствуя, как бурлит Исток внутри сестры, я на всякий случай подошёл ближе, готовый в случае чего вмешаться.
– Надо же, как ты выросла… – Карцева с улыбкой распахнула руки, будто собиралась обнять Татьяну. – В последний раз мы виделись на балу три года назад. Помнишь? Ты тогда была ещё совсем девчонкой, а теперь превратилась в такую красавицу. Рада тебя видеть, Танечка.
– Я тебе не Танечка! – выкрикнула она и резко повернулась ко мне. – Володя! Что она здесь делает⁈
– Эмилия Романовна – моя пленница. Не беспокойся, Татьяна, она не причинит никому вреда. Воевода, уведи её.
– Идёмте, ваше сиятельство, – твёрдым тоном велел Добрынин.
Обворожительно улыбнувшись Тане, Эмилия проплыла мимо, и они с Никитой скрылись в доме.
Татьяна в два шага оказалась вплотную ко мне, её глаза были полны слёз.
– Что это значит⁈ – воскликнула она, топнув ногой.
– Как я и сказал, графиня Карцева моя пленница.
– Что‑то я не вижу на ней ни кандалов, ни ошейника! Такое чувство, что она просто приехала в гости! Ты не забыл, случайно, что мы с ними воюем⁈ – по щекам Тани побежали слёзы, но она резким движением смахнула их. – Карцева наш враг!
– Послушай меня, – я обнял сестру за плечи. – Наш главный противник – граф Муратов. На его стороне воевал отец Эмилии, а она – всего лишь жертва обстоятельств.
– Жертва обстоятельств? Ты плохо знаешь эту… женщину! – сестра явно хотела употребить слово покрепче, но сдержалась.
– Ошибаешься, она для меня как открытая книга. Считай, что я уже победил род Карцевых. Эмилия выйдет из альянса и поможет нам победить.
– Ты собираешься заключить с ней союз? – ахнула Таня.
– Не совсем. Но ты увидишь, чем всё закончится.
К нам подошёл Соболев. При виде его Татьяна улыбнулась сквозь слёзы. Станислав обнял её и поцеловал в щёку.
– Не плачь, любимая, – сказал он. – Ты должна доверять своему брату. Он глава рода и знает, что делает.
Прерывисто вздохнув, Таня кивнула и сказала:
– Извините меня, я просто расчувствовалась. Но Карцева очень коварна, ей нельзя доверять.
– Кто сказал, что я ей доверяю? – пожал плечами я. – Не переживай. В конце концов именно наш род будет праздновать победу.
– Так и будет, – кивнула Таня. – Кстати, час назад приехал Артём. Он привёл с собой целую толпу женщин, мне так и не объяснили, кто они.
– Женщин? Вроде бы Артём должен набирать добровольцев в дружину, – хмыкнул я. – Пойду, найду его. Станислав Николаевич, чувствуйте себя как дома. Ваши люди могут расположиться в казарме.
– Благодарю, Владимир Александрович, – Станислав кивнул. – Татьяна, как насчёт немного прогуляться? Такое прекрасное утро!
Я отправился на поиски Артёма. Долго искать не пришлось. Парень обнаружился за казармой, где они вместе с Секачом сидели на скамейке, пили квас и что‑то весело обсуждали.
– Доброе утро, – поздоровался я.
– Доброе утро, барон!
Оба встали со скамейки. Секач приложил руку к козырьку, а рыжий поклонился.
– Ваше благородие! – тут же выкрикнул Артём, подходя ко мне. – Спасибо, что ребят послали. Если б не они, лежать бы мне сейчас мёртвым.
– Пожалуйста. Что за женщин ты привёл, и что с вами случилось?
– Там история такая, что мурашки по коже! Вы деревню Лисичкино знаете? Бойцы Муратова её в бесплатный бордель превратили…
И Артём рассказал мне про судьбу, которая постигла Лисичкино, и про то, как он решил с этим покончить. А затем во всех красках описал ночное сражение.
– Значит, это были люди Роттера? – спросил я у Секача, когда рассказ подошёл к концу.
– Да, господин. Мы забрали с собой выживших. Там среди них Шаман и Рома Краснов, и другие знакомые парни… Все те, что в полку Роттера служили. Только теперь на них форма Карцевых.
– Любопытно. Карцева у нас в плену, кстати, – я кивнул в сторону дома. – И пока мы ехали сюда, она рассказала, что Роттер вместе со всеми людьми сбежал из её казарм несколько дней назад. Как раз перед тем, как пытались убить Михаила.
– Думаете, можно ей верить, господин? – хмыкнул Секач.
– Да. Потому что этой ночью убить пытались не только вас, но и нас с графиней, – сказал я и кратко поведал о засаде на Васильевском озере.
– Офигеть! – воскликнул Артём. – Этот ваш Роттер настоящий псих.
– Он всегда какой‑то странный был, – буркнул Секач.
– Я не думаю, что всё это – его инициатива. Больше похоже на то, что граф Муратов не выдержал и решил одним ударом избавиться от ненадёжной союзницы, а также от меня и ключевых людей рода Градовых.
Рыжий захлопал глазами и переспросил:
– Это я, что ли, ключевой человек?
– Конечно. Ты моё доверенное лицо и собрал уже немало людей в дружину.
– Ну, я… Спасибо, – пробормотал Артём.
– Пожалуйста, – ответил я и почувствовал, как родовое кольцо на пальце потеплело и завибрировало. – Меня вызывает Базилевский. Уверен, что на Филиппа Евгеньевича тоже напали.
– Надеюсь, Ночник успел ему на помощь, – сказал Секач.
– Сейчас узнаем, – сказал я, сел на скамейку и сосредоточился.
Моё сознание отправилось вдаль, и через несколько мгновений очутилось в призванном вороне, который сидел на руке Базилевского.
Филипп Евгеньевич выглядел усталым и потрёпанным. Даже несмотря на то, что его причёска и одежды были, как всегда, идеальны. Тёмные круги под глазами, ссадины на лице и перевязанные ладони выдавали, что он побывал в переделке.
– Как вы себя чувствуете, Филипп Евгеньевич?
– Я в порядке, ваше благородие, – голос юриста был усталым, но твёрдым. – Хотя ночка выдалась тяжёлой. Меня пытались убить. Благодарю, что приставили ко мне наблюдение – если бы не Ночник с людьми графа Соболева, мы бы вряд ли сейчас говорили.
– Я предполагал, что подобное может случиться. Рад, что всё закончилось хорошо. На меня и Артёма тоже напали, но никто не пострадал – кроме наших врагов.
  
– Благодаря вам, господин, – глубоко кивнул Базилевский. – Я уже подал заявление, полиция приступила к расследованию. Теперь необходимо, чтобы они узнали и о других покушениях. Это можно расценивать не только как нарушение прекращения огня, но и очередное военное преступление!