Абсолютная Власть. Трилогия (СИ)

– Ах ты подлец! Дёргал свою сосиску, представляя меня⁈
– Н‑но вы же сами…
– Охрана! – выкрикнула графиня.
Два телохранителя тут же ворвались в столовую. Когда они зашли, в просторной комнате стало как будто бы тесно.
Красные глаза Рубина уставились на мигом побледневшего слугу. Оникс, у которого на лбу был вырезан магический символ подчинения, навис над беднягой, и у того затряслись колени.
  
– Высечь его! – приказала Карцева.
Оникс молча кивнул, хватая слугу за руку. Из‑под кожаной маски Рубина раздался приглушённый смешок.
– Госпожа, но вы же сами сказали! Госпожа! – вопил юноша, пока его утаскивали.
Дверь захлопнулась. Чувствуя себя ещё отвратительнее, чем до этого, Эмилия схватила бокал и залпом допила вино. Кровь стучала в висках, в ушах звенело, и очередной стук в дверь она расслышала не сразу.
– Ваше сиятельство… – прозвучал робкий голос служанки.
– Чего тебе?
– Б‑барон фон Берг… Прибыл с визитом. Просит встречи.
– Барон. Фон. Берг? – почти по слогам проговорила Карцева. – Какого демона этот бурдюк забыл в моём доме?
– Прикажете отказать в визите, госпожа? – пролепетала девушка.
Эмилия вздохнула.
– Нет. Проводите в малую гостиную. Подайте ему что‑нибудь… Я сейчас приду.
Служанка молча поклонилась и вышла. Графиня опустила взгляд на перепачканный вином пеньюар, встала и быстрым шагом направилась в гардеробную.
Она долго выбирала подходящий наряд, и в гостиную явилась только через полчаса. На ней было строгое платье под горло с длинными рукавами и подолом в пол. Волосы Эмилия собрала в шишку. Она не хотела, чтобы фон Берг хоть на секунду подумал, будто симпатичен ей.
Хотя платье всё равно подчёркивало её превосходную фигуру. Терять обаяние графиня тоже не собиралась.
– Генрих Карлович, – войдя в гостиную, сладко проворковала она, – какой неожиданный визит.
Фон Берг вскочил с бархатного кресла, отбросив недоеденное пирожное. Быстро вытерев испачканные кремом пальцы о салфетку, он поклонился. Эмилия поморщилась, созерцая плешь у него на макушке.
– Эмилия Романовна! – воскликнул барон. – Вы сегодня особенно восхитительны.
– Благодарю, – холодно ответила Карцева.
Она села напротив него, выпрямила спину и выжидающе посмотрела на фон Берга. А тот, усевшись, уставился на неё, глупо улыбаясь.
– Генрих Карлович, – произнесла графиня. – Вы приехали, чтобы взглянуть на меня? Или чтобы насладиться пирожным?
– Да‑да, к делу, – закивал барон. – Понимаете… Я слышал о том, что случилось.
– Не сомневаюсь.
– Хочу, чтобы вы знали, – фон Берг наклонился вперёд и понизил голос. – Муратов хочет всё спихнуть на вас. Я в этом не сомневаюсь, потому что он не допустит, чтобы на его род пало обвинение в терроризме. Ему придётся обвинить вас.
– Что ж, пусть попробует.
– Я вас прекрасно понимаю, дорогая Эмилия Романовна… Будь я на вашем месте, я бы тоже не сдержался и попытался убить Михаила. В конце концов, он обезглавил вашего отца!
Карцева стиснула подлокотники кресла, еле сдерживаясь, чтобы не вцепиться ногтями в жирное лицо барона. И он туда же! Только этот жирдяй явно чего‑то хотел от неё. И она даже догадывалась чего.
– Вы что‑то хотите предложить, ваше благородие? – голос графини звучал ровно, будто разговор шёл о погоде.
Фон Берг положил ладонь на стол. Перстни на его коротких пальцах блеснули, когда ладонь, будто огромный слизняк, проползла по столешнице.
– Я могу вам помочь, – проникновенно зашептал он. – У меня есть связи во Владивостоке. В полиции, прокуратуре, дворянском суде… Всё можно уладить. Но… – толстые пальцы придвинулись ближе, почти касаясь колена Эмилии, – нужна взаимная услуга.
Не нужно было объяснять, о какой услуге мечтал барон. Карцева почувствовала, как к горлу поднимается тошнота. Слишком много вина? Или её тянет блевать от одного только намёка на связь с этим жирным потным ублюдком?
Она улыбнулась так сладко, что барон зачарованно заморгал. Его губы растянулись в улыбке, которая была полна надежды.
– Генрих Карлович, – с придыханием произнесла она, наклоняясь вперёд и глядя ему в глаза. – Вы же знаете, я всегда ценила вашу предприимчивость.
Фон Берг задышал чаще. Его зрачки расширились, на висках заблестели капли пота. Он сглотнул и прохрипел:
– Эмилия… Я мечтал об этом с нашей первой…
– О чём именно? – она резко отстранилась. – О том, чтобы шантажировать меня? Или о том, чтобы залезть в постель к женщине, которая вдвое младше вас? Я уж не говорю о том, что вы женаты!
Барон издал короткий икающий звук, будто получил удар в живот. Его лицо стало цвета перезрелой сливы.
– Я… я хотел помочь…
– Помочь? – Эмилия рассмеялась. – Вы хотели купить меня, как последнюю шлюху!
Она подскочила и указала пальцем на дверь:
– Вон! Пока я ещё могу сдерживаться! Помедлите хоть секунду – и я выпотрошу вас, как свинью. Вон отсюда!
Исток в груди графини вспыхнул. По рукам пробежали магические разряды, и в комнате стало холодно. Указывающий на дверь палец покрылся коркой льда, принявшей форму клинка.
Генрих поднялся, выставив ладони. Попятился, споткнулся о ковёр и едва не упал.
– П‑простите… Вы неверно меня поняли, ваше…
– ВОН! – Эмилия взмахнула рукой.
Несколько ледяных лезвий свернули в воздухе и вонзились в пол у ног барона. Он тут же сорвался с места и через секунду скрылся за дверью.
Графиня упала в кресло и закрыла лицо руками.
– Суки, – выдохнула она. – Мерзкие мужланы. Похотливые несправедливые твари!
Она стиснула кулак, выпуская гнев наружу в виде магии. Руку окружил гудящий вихрь, который Эмилия не смогла сдержать. Снова подскочив, она выбросила руку вперёд.
Из её ладони ударил мощный ледяной поток. Окно напротив разлетелось вдребезги, магия ударила в куст сирени, срезав большую часть кроны. Обломки веток и листья покрылись инеем.
Карцева шумно выдохнула, прижимая дрожащие пальцы к груди. Дверь гостиной медленно приоткрылась, и внутрь заглянула служанка.
– Ваше сиятельство… – взгляд девушки скользнул по выбитому окну и осколкам на ковре. – Всё в порядке?
– А ты как думаешь⁈
– Простите… К вам снова посетитель, если можно так сказать.
– Выражайся яснее, демоны тебя возьми! – выпалила Эмилия.
– Ворон, госпожа. Магическая птица. Говорит, что он от барона Градова.
Карцева замерла. Внезапно она ощутила, как внутри стало теплее – её согрели воспоминания о голосе Владимира, об искренних комплиментах и его притягательной внешности.
– Хорошо, – одёрнув платье, сказала графиня. – Я с ним поговорю.
Служанка кивнула, и вскоре в комнату влетел иссиня‑чёрный ворон. Он уселся на спинку дивана, где ещё недавно сидел фон Берг, и вежливо кивнул. Из клюва полился знакомый бархатный голос:
– Эмилия Романовна, сегодня вы сияете ярче солнца. В такую мрачную погоду ваша красота кажется особенно великолепной.
Карцева невольно поправила причёску. Губы сами собой сложились в улыбку.
– Вы мне льстите, Владимир Александрович, – она села, специально выбрав позу, которая подчёркивала линию бёдер.
– Это чистая правда, – ответил ворон. – Кстати, о правде… Я знаю, что это не вы атаковали колонию.
Графиня замерла на секунду, чувствуя, как к глазам подбираются слёзы. Проглотив вставший в горле комок, Эмилия спросила:
– И откуда такая уверенность?
– Я прекрасно понимаю, что вы бы не пошли на такую глупость. Вы не только красивая, но и умная женщина, – ворон наклонил голову, заглядывая ей в глаза. – У меня есть предложение, Эмилия Романовна. Официально мы враги, но это не мешает нам помочь друг другу…
  
Глава 11
   
Ловушки
 
Получив от графини Карцевой нужный ответ, я разорвал связь. Ворона оставил ей, взяв игривое обещание вернуть мне череп при встрече.
После этого я отправил ворона в поместье Соболевых, чтобы побеседовать с самим графом, а также Секачом и Ночником. Надо было передать просьбу графу и приказы своим лейтенантам.