Верность (ЛП)

Сначала Ральф спрашивал Челси о характере Брайса. Эти вопросы быстро закончились, и он перешел к фактам. Его вопросы напоминали допрос детектива. Наклонившись через стол, он спросил: — Чтобы мы точно знали даты: как долго вы с Брайсом встречались?
Челси глубоко вздохнула: — Я впервые встретила Эдварда Спенсера в августе этого года.
Ральф демонстративно зашуршал бумагами: — Этого года?
  
— Да, сэр.
— Но здесь, мисс Мур, у меня ваше показание полиции Эванстона, где сказано, что у вас с мистером Спенсером были отношения, начавшиеся еще на первом курсе колледжа. — Он выглянул поверх очков для чтения, которые успел надеть. — Вы ведь учились в Стэнфорде, не так ли?
— Да, на первом курсе я училась в Стэнфорде.
— И были соседкой мисс Коллинз по комнате?
— Да, сэр.
— Мистер Спенсер совершил... — он снова взглянул в бумаги, — ...в общей сложности пять поездок в Калифорнию во время вашего первого курса. У него есть чеки, подтверждающие эти поездки.
У меня перехватило дыхание, и по спине пробежал холодок. Пять раз. Брайс пять раз летал в Калифорнию и ни разу не поговорил со мной. Он что, следил за мной?
— Это был вопрос? — спросил мистер Оуэн.
— Вы хотите сказать, что не видели мистера Спенсера и не разговаривали с ним во время любого из его визитов?
— Именно это я и говорю: нет, не видела.
Ральф повернулся ко мне: — А вы, мисс Коллинз? До отъезда в Пало-Альто вы с мистером Спенсером встречались.
— Вы просили допросить мисс Мур, а не мисс Коллинз, — напомнил мистер Оуэн.
Я покачала головой: — Все в порядке. Брайс и я встречались в старших классах. Это общеизвестно. Я порвала с ним, когда уехала.
— Вы порвали, пока не согласились выйти за него замуж.
— Я не...
— И все же он приезжал, — перебил Ральф. — Брайс летал в Сан-Франциско коммерческими рейсами и в Пало-Альто частными много раз. Я упомянул ваш первый курс. Его визиты не ограничились тем годом, они продолжались все четыре года. Продолжались даже после того, как он начал встречаться с мисс Саммерс. Есть даже записи о том, что он останавливался в отеле на Стэнфорд-авеню. Вам знакома Стэнфорд-авеню?
— Да, — сказала я. — Знакома.
— Как далеко это было от вашего жилья?
Нокс рядом со мной напрягся. Мы не соприкасались, но я чувствовала, как его ярость растет. Не знала, на кого она направлена — на Ральфа или на Брайса.
— Это длинная улица. Мне нужна точка отсчета.
Ральф продолжал: — Как вы себя чувствовали, зная, что ваш бывший парень встречается не только с вашей соседкой, но и с другой женщиной? Его фотографии с Мелиссой были в СМИ.
Я ответила: — Я не знала, что он был в Пало-Альто. Я не следила за его передвижениями. Он не встречался с моей соседкой. Это правда, что он пытался связаться со мной несколько раз, когда я только переехала на Запад, но я заблокировала его номер. Я даже заблокировала его в социальных сетях.
— Почему?
— Потому что я рассталась с ним.
— В вашем общежитии или квартире был телефон? Стационарный?
Я попыталась вспомнить: — Да, в первом общежитии был.
— Мисс Мур, вы когда-нибудь отвечали на этот телефон?
— Конечно.
— И вы никогда не говорили с Брайсом Спенсером? Никогда не флиртовали с ним? Никогда не поощряли его оставить Александрию и выбрать вас?
— Нет, мистер Портер, не делала.
— Ральф, — сказал мистер Оуэн, — мисс Мур не подозреваемая. Она здесь, чтобы дать показания об Эдварде Спенсере. Может, мы сосредоточимся на субботе?
— Эти вопросы касаются добросовестности свидетеля, — объяснил Ральф, снова поворачиваясь к Челси. — Вы солгали полиции Эванстона или лжете сейчас?
— Я встретила Эдварда Брайса Спенсера в августе этого года, когда лежала в больнице Стэнфордского медицинского центра. У меня нет воспоминаний о разговорах с ним или даже о том, чтобы видеть его до этой даты. Недавно у нас с мистером Спенсером были отношения. Он попросил меня помочь ему, солгать ради него. Я думала, он заботится обо мне. Я хотела помочь.
— Значит, вы лгали?
— Я помогла ему обеспечить алиби.
— Мисс Мур, вы осознаете, что если признаете это в суде, то признаетесь в лжесвидетельстве? Вы знаете, что такое лжесвидетельство?
— Да, сэр, знаю. Я скажу правду, если меня вызовут в суд. Я скажу им то же, что сказала вам: я встретила мистера Спенсера в августе.
— И когда вы переехали к нему? В сентябре?
Ее лицо побелело, она подалась вперед: — Мистер Спенсер сказал всему миру, что я не более чем его шлюха. Ничто из того, что вы или кто-то другой скажете мне на свидетельской трибуне, не сделает мою ситуацию хуже. У меня не осталось ничего, кроме правды. И я не стану медлить, чтобы озвучить ее.
Ральф сделал пометку и поднял глаза: — Значит, это месть?
— Ральф, она не под судом, — сказал мистер Оуэн.
— Мисс Мур, он платил за ваши отношения, не так ли?
— У нас было соглашение, о котором вы так часто упоминаете. Я не могу и не буду говорить больше. Если вы упомянете об этом в суде, вы нарушите его часть соглашения, и я уйду, получив оплату за весь год.
— Разве не в этом ваше намерение сейчас? Использовать пункт о нарушении, о котором упомянул мистер Оуэн?
В комнате повисла тяжелая пауза. Наконец мистер Портер продолжил: — Скажите нам, что вы чувствовали, когда он назвал вас шлюхой? Что вы чувствовали, когда они с Александрией обручились?
— Использованной. Дешевой, — ее ответы были отрывистыми. — Есть еще какие-то слова, которые вы хотите, чтобы я использовала?
— И что вы чувствовали, когда узнали, что он встречается не только с Александрией, но и с Мелиссой?
— Я не знала о Мелиссе, кроме как в прошедшем времени.
— И все же вы жили в одном доме?
— Я никогда ее не видела.
Их ответы и возражения летели как молнии. Мистер Оуэн неоднократно вмешивался. Я пыталась вставить свое слово, но Ральф каждый раз концентрировался на Челси.
— Мисс Мур, вы никогда не видели Мелиссу, так же как никогда не видели Брайса Спенсера до августа этого года?
Челси перестала отвечать, скрестив руки на груди, а ее глаза наполнились слезами.
— Думаю, мы закончили, — сказал Нокс, поднимаясь.
— Хорошо, — ответил Ральф. — Давайте поговорим о субботе, о дне, когда мисс Саммерс была зверски убита. — Он сузил глаза. — Где вы были?
Она дала тот же ответ, что и детективам: проснулась в поместье Монтегю и выполняла поручения Джейн.
— Весь день?
— Да.
— У вас был водитель?
— Нет. Мне дали служебную машину Монтегю.
— И вы знали, куда ехать?
— У меня был список с адресами. В машине был GPS.
Ральф сел ровнее: — Мисс Мур, ваша щека. Когда это случилось?
— Довольно, — сказал мистер Оуэн.
— Мелисса выглядела здоровой молодой женщиной. Она сопротивлялась, прежде чем вы ее убили?
  
Глава 26
 
Аделаида
Треск огня успокаивал меня, когда я то проваливалась в сон, то приходила в себя. С каждым днем я чувствовала, как силы возвращаются, но почти две недели я провела в постели, чаще всего в одурманенном состоянии. Шли часы, дни, и я начала вспоминать обрывки того, как проходила моя детоксикация.
Не раз я просыпалась от резкого толчка, когда тело сотрясали судороги, а ребра отзывались нестерпимой болью. В памяти всплывал образ медбрата — грузного мужчины. Еще я помнила насекомых и ползучие растения. Эти видения были не такими реалистичными, как в момент самого «отходняка», но их было достаточно, чтобы я больше никогда не притронулась ни к обезболивающим, ни к алкоголю. Я не рискну пройти через это снова.
  
Орен тоже внес свою лепту. Сильвия заверила меня, что в доме нет ни капли спиртного. Каждая бутылка с чем-либо содержащим градус была убрана. И хотя я не собиралась ничего искать, знание того, что алкоголя рядом нет, успокаивало.