Твоя измена - не моя вина (СИ)

— Ты замерзла? — в вопросе была доля скепсиса, учитывая температуру в салоне и то, что на мне было надето. — Я думал, что мы покинули мероприятие потому, что тебе стало душно. — Раздраженно.
Вот оно. То самое выражение лица, по которому я мастерски научилась улавливать тонкую грань между снисхождением и смирением. Будто это ему, а не мне месяц назад вскрыли грудную клетку, открывая всему миру напоказ внутренности, оголяя сердце.
  
— Так и есть, — я кивнула, проглотив обиду. Сейчас она ощущалась особенно остро, по-настоящему. Видимо знание о том, что муж не гнушается пихать свое достоинство в другую женщину (возможно даже не одну) придало остальным открытиям особенную горечь.
Нужно было выдавить из себя улыбку — хотя бы попытаться, но казалось едва губы растянутся в нужном направлении получится только оскал, а закуска из креветок в темпуре — единственное, что я ела на празднике — испачкает дорогой салон его машины.
Когда тишина в салоне автомобиля стала слишком гнетущей Руслан решил, что со мной можно что-то обсудить.
— Лесь, давай я тебя санаторий отправлю, чтобы восстановить силы. Можно было бы взять путёвку на острова в тропиках, но врач же просил воздержаться от перелетов. А здесь тебе могли бы провести косметические процедуры, чтобы твой шрам…, — муж остановился на светофоре и повернулся ко мне, — то есть, чтобы ты могла надевать те вещи, которые тебе так идут. Это платье, — он поднял руку, рисуя в воздухе овал вокруг меня, — элегантное, но не для таких случаев.
— Тебе было со мной неловко? — это был мой самый вежливый способ намекнуть мужу, что его замечание было не только нетактичным, но и бредовым.
— Я не это имел ввиду.
— Правда? — фыркнула я.
— Мы не станем ругаться. Ты устала, я понимаю, — он снисходительно погладил меня по макушке и снова медленно нажал на педаль газа.
Машина плавно тронулась с места. Мимо нас бесконечным потоком мелькали деревья и дома.
Происходившее казалось чем-то нереальным. Возможно ли, что мне все лишь почудилось? Это ведь Руслан и Наташа. Эти двое были самыми близкими и родными мне людьми после родителей. Они бы никогда не предали меня, после того, через что я прошла.
Не так мерзко. Не так грязно.
Я посмотрела на мужа, словно пытаясь найти доказательство собственным мыслям. Он по прежнему отлично выглядел. Волосы уложены в небольшом беспорядке, двухдневная щетина, белая рубашка с коротким рукавом и тремя расстегнутыми верхними пуговицами. Никаких следов покушения на мою собственность не наблюдалось.
С другой стороны вряд ли Руслан стал бы ходить с воротником запачканным губной помадой или позволил какому-нибудь женскому рыжему кудрявому волосу приклеиться к своим же брюкам. Он многое знал о супружеской неверности и не допустил бы таких промахов.
И все же… ошибки быть не могло. Я слышала их, знала, что это были именно они.
Машина свернула направо. Мы проехали еще около двухсот метров и автоматические ворота открылись, пропуская хозяев внутрь.
Дома было тихо. Я мечтала, что рано или поздно в этих стенах зазвучит детский смех. Мечтала о большой семье. Руслан, казалось бы, разделял мои мечты, но сначала просил меня закончить учебу. Потом постажироваться в суде и получить хоть какой-то опыт перед декретом. Ему была образованная жена, а не просто мама и домохозяйка.
Потом он, конечно, был уже не против, но мое состояние стало резко ухудшаться и ни о какой беременности в ближайшее время речи уже не шло.
— Мне нужно съездить в офис и проверить документы, которые секретарь подготовил к заседанию в понедельник, — он соврал так филигранно, что не знай я всей правды, легко бы поверила.
— Руслан, останься сегодня, — я повернулась к мужу, застыв посреди лестницы, ведущей на второй этаж. Слабая попытка что-то изменить, но все же… — Я устала засыпать и просыпаться одна.
— Тебе просто нужно отдохнуть. — Он даже не задумался над моей просьбой, но подошел и обнял меня. Не крепко, как фарфоровую куклу, слишком хрупкую, чтобы сжать посильнее. Как будто действительно любит. Еще утром такая забота меня умиляла и радовала, я поражалась терпению и пониманию моего супруга. Сейчас же… меня тошнило. — Лесь, у нас все наладится. Главное поправляйся, я подожду.
Руслан прижался губами к моему лбу, развернулся, сбежал со ступенек, подхватил пиджак, бумажник и ключи от дома и машины. Правда за порог выйти не успел, услышав мой вопрос, брошенный ему в спину.
— А ждать ты будешь самозабвенно имея Белову в рот? Одного раза за сегодня было недостаточно?
  
Глава 3
 
Руслана не часто можно было застать врасплох.
Последний раз он выглядел таким растерянным, когда его чуть не уволили из-за проигранного дела. В общем-то пустякового, но это сильно ударило по репутации фирмы. Тогда он несколько недель пропадал на работе по ночам, чтобы исправить свою ошибку и доказать начальству, что это был его первый и последний промах на работе.
Это не значит, что он больше никогда не проигрывал, лишь то, что был очень внимателен к деталям каждого дела.
Так что даже мои новости о необходимой срочной операции не смутили его. Он лишь спросил значит ли это что я не смогу поехать с ним вечеринку в честь двадцатилетия компании.
— Только если вечеринка переедет прямо ко мне в палату, — улыбнулась я, хотя по щекам катились слезы.
Мне было страшно до жути. Я даже ветрянкой в детстве не болела, а тут страшный диагноз — недостаточность клапана и как следствие необходимость проведения стернотомии. За терминами скрывался смысл операции — вскрытие грудной клетки и страшный, уродливый шрам, который останется со мной на всю жизнь.
Руслан держал меня за руку, пока мой хирург рассказывал о возможных осложнениях. Он был неподалеку, когда меня готовили к операции и брали последние анализы.
— Мне составить завещание? — пошутила я, когда медсестра вышла из палаты.
— Я уже все подготовил. Иметь мужа юриста не так уж и плохо, правда?
Мне хотелось возразить, что у меня вообще-то тоже высшее юридическое, но я не успела — врачи снова пришли в палату и через минуту меня забрали.
В палате я проснулась одна.
Я знала, что Руслан работал и не обиделась. Я верила, что ничто не сможет разлучить нас. Ведь я была жива и все прошло хорошо. Тогда мне казалось, что мы созданы друг для друга и этот мужчина будет мне опорой и защитой до самого конца. Но людям свойственно ошибаться и учиться на своих же ошибках.
Как жаль, что первая меня ничему не научила.
Сейчас же Руслан молчал. Долго. Он замер у входа, положив руку на ручку и смотрел на меня, словно оценивая мое заявление. Как профессиональный юрист.
— Не понимаю о чем ты, — наконец выдавил муж, прощупывал почву. Он, конечно, не мог не отработать гипотезу о том, что я просто блефую, хотя за годы брака я ни разу не кидала в его сторону беспочвенных обвинений в чем-либо.
Собственно у меня не было поводов. Я доверяла человеку безоговорочно. И любила без оглядки. Красиво и наивно.
— Ты понимаешь, — я старалась придать голосу твердости, и у меня даже получилось не стушеваться, а гордо вздернув подбородок, спуститься на одну ступень лестницы. Лучшая защита — нападение? Так это работает в обе стороны, дорогой. — Не прикидывайся идиотом, Руслан. Тебе это совсем не к лицу.
Он кивнул. Понял, что все серьезно.
— Что ж. — Руслан отпустил дверную ручку и сделал шаг обратно в дом. — Послушай, Лесь. Это ничего не значит. Наш с тобой брак никак не пострадает и я прекращу эту связь…
— Как давно?
— Что?
  
— Как давно вы трахаетесь? Как давно вы, с моей как-будто-бы лучшей подругой, делаете из меня дуру? Как давно ты решил, что тебе это необходимо? — вопросы сыпались один за одним. Голос все еще оставался под контролем. Мне нельзя нервничать, нельзя создавать дополнительную нагрузку на прилично потрепанный организм.
Руслан тяжело вздохнул и закатил глаза, словно я спросила его о том, почему он позволил обсчитать себя на кассе магазина и не перепроверил стоимость йогуртов. Словно я была… сварливой женой, достающей мужа по пустякам, а не той, кто поймал его на измене.