Во тьме

Довольный продавец подделок залез под стол и стал копаться в двух пластиковых коробках, затем он вытащил почтовую открытку:
— Вот. Однажды он оставил мне это. Держите.
Бролен взял открытку кончиками пальцев. Старинная, сделанная в начале XX века черно-белая фотография: город и на переднем плане — мост с тележкой. На обороте тем же почерком, что и на открытке, найденной дома у Спенсера Линча, был написан короткий текст: «Привет, Эд, мне пришлось уехать раньше, чем предполагалось; если появится один из моих клиентов, скажи ему, что я вернусь в следующее воскресенье. Спасибо. Боб».
Эд, продавец фальшивок, ткнул в открытку пальцем:
— Он очень любит писать на почтовых открытках, я несколько раз видел, как он это делает, для него это как визитная карточка. У него с собой всегда их целая куча.
— Сколько за открытку?
Размышляя, Эд пожал плечами.
Бролен вытащил три купюры по двадцать долларов и заметил, что старик доволен.
— А про Малишу Бентс Боб говорил вам что-нибудь? — спросил детектив.
Имея в своем распоряжении лишь те немногие факты, которые у них были, Бролен сначала решил, что секта Калибана состояла из трех человек: Спенсера, Лукаса и Боба, а Малиша была всего лишь помощницей вроде Джанин Шапиро, трудившейся рядом с братом. Но сейчас инстинкт подсказывал ему, что здесь все не так просто, что Малиша занимает в секте более видное место, являясь посредником. Но между кем и кем?
— Нет, он про нее почти не говорил. Однажды только попросил сделать на это имя несколько бумаг.
Глаза старика хитро заблестели, словно он о чем-то умалчивал, оставляя что-то для себя.
— А эта женщина, как она выглядит? Вы видели ее фотографию?
На сей раз Эд оскалился, явно забавляясь ситуацией.
Наклонившись к Бролену, он доверительно сообщил:
— На самом деле эта Малиша Бентс вовсе не женщина.
— Что?!
— Малиша Бентс — это мужчина. Я рассмотрел снимки, которые приносил мне Боб, прося сделать кое-какие бумаги. Это мужчина, загримированный под женщину, даю руку на отсечение.
Бролен был потрясен. Зачем пытаться выдать себя за женщину? Чтобы не быть узнанным? Замести следы?
— Но это еще не все! — заявил продавец поддельных документов.
Когда он заметил, что все внимание Бролена приковано к нему, он медленно, почти шепотом произнес:
— Основное занятие Боба — продажа мяса, но время от времени он занимается кое-чем другим Имея хорошие деньги, он мог делать что-то совсем другое. Однажды ночью мы с ним беседовали, и Боб рассказал мне, что торговать здесь придумал вовсе не он, а Малиша. И ржал как безумный, поверьте мне! Больше всего его забавляло, что это он сказал мне по секрету…
Стремительным жестом Эд пригнул к себе Бролена и почти выдохнул ему в ухо продолжение фразы.
  
64
 
Подняв облако снежной пыли, три автомобиля федералов свернули с шоссе и поехали по петляющей между сосен дороге к дому Роберта Ферзяка, более известного как Боб. За пятьсот метров до дома, на последнем повороте, машины остановились, и из них высыпали все пассажиры. Нейл Кил дал Брэтту Кахиллу крайне полезный в подобных ситуациях пуленепробиваемый жилет девятого поколения «Ультима Баллистик Трит Левел II», приказав ему, что бы ни случилось, держаться сзади.
Углубившись между деревьев, цепочка спецназовцев окружила дом с севера, востока и запада.
Здание было скромным: небольшое шале, построенное на вершине небольшой скалы с пологим южным склоном. Дом стоял на отшибе, и, глядя на него, Брэтт Кахилл не мог удержаться от мысли о том, что, сколько ни кричи, никто здесь тебя не услышит. Место ad hoc [42] идеальное для воплощения любых самых больных фантазий.
Специальный агент Кил приложил к губам портативную рацию:
— Лоуэлс, Мартинс, на позиции? Прием.
— Я на месте. Прием.
— Вижу освещенное окно. Думаю, это гостиная. Прием.
— Не шевелитесь, — предупредил Кил. — Вначале я хочу полностью оценить ситуацию. В доме есть какое-нибудь движение?
 
Рация поочередно выплюнула отрицательные ответы. Очевидно, Роберт Ферзяк находился в гостиной один — свет горел только там.
Повернувшись к Кахиллу, Нейл Кил вытащил из-под куртки автоматический пистолет.
— А если все-таки Боб там с кем-то? — спросил Брэтт.
— Думаю, он один, — ответил федеральный агент, — перед входом ни одной лишней машины.
— А в гараже? Вдруг та, что стоит перед домом, машина гостей, а его тачка спрятана в тепле сарая?..
Кил недружелюбно посмотрел на Кахилла — ему не нравились размышления копа. В рации раздался едва различимый голос Мартинса:
— Какое-то движение в гостиной, я вижу тень напротив окна!
— Как думаете, он там один? — спросил Кил.
— Трудно сказать. Мне кажется, да.
Кил коротко взглянул на Кахилла.
Снова раздался голос Мартинса:
— Вот черт! Свет только что погас. Повторяю, последний источник света в доме только что погас.
— Переходим на приборы ночного видения, — скомандовал Кил. — Пора входить.
  
65
 
Искаженные ужасом лица были разложены на столике в гостиной. Тэйер разглядывал их одно за другим. Не в силах справиться со стрессом, шериф Мердок нервно теребил край свитера. Аннабель старалась казаться невозмутимой. Внутри же она вся кипела из-за того, что не может присутствовать при аресте Боба.
Она полностью отдалась расследованию, дошла до того, что скомпрометировала себя, связавшись с Джошуа Броленом и оказавшись рядом с ним в момент гибели Лукаса Шапиро. И ей в этом величественном финале была отведена всего лишь жалкая роль немого свидетеля: завтра вечером она узнает все подробности из газет.
Все трое вздрогнули от пронзительных звуков пейджера.
На табло высветился номер Бролена.
Аннабель встала. Частный детектив наверняка безуспешно пытался ей дозвониться. Больше не спрашивая разрешения у Эрика Мердока, Аннабель подошла к стационарному телефону и перезвонила Бролену:
— Джошуа? Это Аннабель. Что случилось?
— Слушайте, мы заблуждались.
Он говорил кратко: можно было подумать, Бролен запыхался.
— Где вы? — спросила Аннабель.
— Долго объяснять, скажем так: я только что выбрался на поверхность. Аннабель, я уверен, что в секте Калибана было не три человека.
— Ну, это вполне логично. Та же Джанин Шапиро, которую, как мне сказал Кахилл, раскололи агенты ФБР…
— Малиша Бентс, о которой я вам рассказывал, помните? Она играет намного более важную роль, чем я думал. Держится в тени, как химера. На деле, она просто обманка.
— То есть?
За спиной Аннабель, вопросительно глядя на нее, хмурились Тэйер с Мердоком.
— Малиша Бентс не женщина. Это мужчина, скрывающийся под женским именем, чтобы оставаться невидимым, чтобы никто не узнал о его существовании. Аннабель, где вы сейчас?
— Мы с Джеком у шерифа Мердока в Филиппсбурге. Что у вас происходит? Рассказывайте.
Мгновение Бролен колебался.
— Я говорил с человеком, который видел Боба, — наконец, произнес он. — Я был во Дворе Чудес.
Не вдаваясь в детали, Бролен рассказал ей все: как оказался во Дворе Чудес, как Эд, торговец поддельными документами, «помог» ему и, главное, о том, чем торговал Боб в этом проклятом месте.
— Но это еще не все. Время от времени Боб торгует не только человеческой плотью, у него покупают информацию, точные данные, сведения личного характера, которыми владеют только копы, относительно расследований, судебных исков и прочего — короче, ничего серьезного. Понимаете, что это значит? Эд, о котором я вам рассказал, открыл мне, что однажды общался с Бобом по душам и тот выложил ему, что говнюк, скрывающийся под именем Малиши Бентс, коп. Аннабель, в этом братстве смерти состоит полицейский, даже, может быть, один из тех, с кем мы уже сталкивались во время следствия!
Держа в руке трубку, Аннабель застыла с открытым ртом.