"Фантастика 2025-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

− Другого выхода я не вижу.
В груди у женщины томилась печаль из-за безвыходности.
Она всем сердцем не хотела отправлять свою любимую и единственную дочь под венец с одним из ферзенских мужчин.
− Тот, что справа, мне кажется более подходящим для принцессы.
Королева шокировано обернулась к стоящей позади служанке.
Арма невозмутимо скрестила с Ингрид взгляд.
− Принцесса так невинна и столь прекрасна душой, что любой будет целовать землю, по которой она пройдет.
  
Напряжение в помещении понемногу начало рассеиваться, и Ингрид смягчилась.
− Не могу не согласиться с тобой, − она обернулась ко второму холсту и небрежно укрыла тот тканью, скрыв лицо ферзеновца. − Совсем скоро они прибудут ко дворцу, поэтому медлить нельзя. Отношения между короной и герцогством Монро пошатывается с каждым днем, и мне требуется подстраховка.
«Стук в дверь»
Женщины синхронно обернулись на звук.
Служанка тотчас подошла к двери и, передав сообщение другой служанке, оповестила королеву о неожиданном госте. Глаза женщины изменились: они стали такими холодными, что даже на лице Армы можно было почувствовать исходящий от неё мороз.
− Приведи его сюда.
− Хорошо.
Она была могущественна.
Лишь взглядом она заявляла о своей власти и оказывала непомерное давление, даже не прибегая к действиям. По этой причине она превзошла даже короля. Её остерегались куда сильнее, нежели её могущественного мужа.
В помещение прошествовал высокий мужчина. Его тело источало силу, а безобразный шрам на щеке пугал каждого второго жителя, если те его встречали.
Стоило мужчине подойти к королеве ближе, как он покорно стал на одно колено перед ней и склонил голову, сказал:
− Ваше Величество, разрешите поприветствовать вас и молить о пощаде.
Женщина леденящим душу взглядом прошлась по фигуре склонившегося рыцаря.
− Ты разочаровал меня.
Слушая очередную мольбу о прощении, в мыслях королевы проскользнул последний её разговор с сыном, и лицо её смягчилось.
− Поднимись с колен.
Он посмотрел на женщину и поднялся по стойке «смирно», расправив широкие плечи.
Женщина была невероятной красоты, даже в возрасте сорока лет.
Белая кожа.
Элегантные золотистые волосы.
Лазурно-зеленые глаза.
Прямая осанка и циничное выражение лица.
В отличие от привычного для всех нежного образа, теперь в ней не было ни одного изъяна.
Он восхищался сильными женщинами.
Он восхищался страстными женщинами.
Он восхищался смесью ума, красоты, бесстрашия и сильными сердцем женщинами.
А подобная для него смесь была столь редка...
Женщина задумчиво обвела взглядом кабинет и подошла к окну. В её голове собирался новый план, словно пазл.
− Арма, я хочу, чтобы ты отозвала всех «охотничьих псов». В связи с очередной неудачей, нам нужно залечь на дно, − приглаживая роскошный ламбрекен, она продолжила. − Возможно, получится решить этот вопрос без кровопролития.
− Слушаюсь... − покорно склонила голову служанка.
− Бард, ты тоже. Пока что будем наблюдать за всем происходящим, что связано с этой девчонкой.
  
Глава 3.2
 
Королева, не подозревая, открыто рассуждала и отдавала приказы своим подданным, а Декстер молча наблюдал за ней через дверную щель смежного помещения.
Декстер не пропустил ни одного слова, ни взгляда, ни выражения лица матери. Когда он посмотрел на мужчину рядом с Армой, его голубые глаза потемнели. В его воспоминаниях это должен был быть рыцарь по имени Бард, которого выбрал сам король-отец. Его светлая кожа побледнела, придавая ему пугающий вид. Однако никто здесь не будет сочувствовать ему, даже если увидит его отчаяние.
Принц смог немного расслабиться после услышанного. Его мать, видимо, решила отказаться от убийства Эйрин. Уверенный в том, что его обещание жениться на леди Эрскин смягчило мать.
− Остается лишь известить Пенелопу о предстоящих смотринах, − безразлично заключила его мать.
Звуки ударов каблуков по прохладному мраморному полу звучали невероятно отчетливо.
Юноша быстро покинул комнату и удалился прочь с территории этой части дворца. Декстеру было сложно принять тот факт, что его мать была очень жестокой женщиной.
Королеву окружали именно такие люди, как и она сама – без капли сочувствия, с садизмом, от которого испытывали удовольствие.
Испытывая разочарование с нотками обиды, Декстер наконец-то добрался до той части дворца, где чаще всего он мог встретить свою возлюбленную Эйрин.
Её лазурные глаза притягивали и завораживали. Они были ослепительными и пленяли всех, кого только встречали. Чем больше ты в них погружаешься, тем дольше хотелось оставаться в их плену.
Но люди этого семейства равнодушны перед лицом этого очарования, кроме Декстера.
Эйрин, витая в своих мыслях, тихо сидела на одном из стульев в пустующей библиотеке. Она не подозревала, что за одним из стеллажей с книгами притаился принц.
Он облокотился о стену и молча наблюдал через пустующие отверстия между книгами за дарсийской принцессой. В груди сердце его сжималось от тоски и отчаянья.
Он мог лишь наблюдать за ней.
Мог любить её лишь взглядом.
Мечтать о ней в тайне ото всех... И все это мучаясь от безысходности.
Он сам выбрал такой путь, лишь бы девушка его грез была жива. Он сделал выбор между жадностью и муками.
Дарсийка с улыбкой пробегалась глазами по строкам из письма, что прислали ей родители. Принесенное почтовой птицей известие о том, что вот-вот прибудет одна из её дарсийских сестер, невероятно согревало ей душу.
Отголоски разговоров горничных из приоткрытой двери библиотеки отчетливо прослушивались в самой библиотеке, где находилось лишь двое.
Девушка осторожно прислушалась к тихому шепоту болтушек, что обсуждали приезд ферзенского наследного принца и его единокровного брата.
Юго-западная империя славилась своей великой военной мощью, они практически равны по силе королевству Акрос. «Принц Запада» первый в очереди на трон и являлся источником различных сплетен. А что же касается богатства, то с этой точки зрения, империя Ферзен – самые богатые в мире.
Тогда как маленькое королевство Дарсия было довольно развито в строительстве и искусстве, особенно в скульптуре, из-за большого количества мрамора в горах и скальных бухтах. Страна была седьмым по величине мрамородобывающим и горнопромышленным регионом, благодаря чему королевство держалось на плаву.
Дарсийка увлеченно слушала их разговоры о таинственном принце, представляя его внешний вид.
В это же время напротив соседней части дворца на колокольне стояла молодая девушка и смотрела в окно.
Через обрамленные окна её взор обратился на вышагивающих охранников, что каждодневно патрулируют территорию дворца. Немного дальше суетились другие слуги и садовники. Лица прохожих, смеющихся и болтающих друг с другом, были оживленными, тогда как юная принцесса прибывала в объятьях скорби.
Королева молча наблюдала за стоящей к ней спиной дочерью.
Легкий ветерок из приоткрытого окна трепетал её волосы.
Женщина без слов перевела взгляд на её развевающиеся ветром золотистые локоны.
− Вот ты где.
Сухие слова слетели с уст Ингрид.
Пенелопа уже давно заметила её присутствие, но отстраненно игнорировала.
− Мы давно не виделись, а ты вот где прячешься.
Пенелопа, натягивая добродушную улыбку, повернула голову к матери.
− Здравствуй, матушка. Я себя неважно чувствую...
− Давай я позову лекаря.
− Нет, что ты! − спохватилась девушка, разводя руками. − Я плохо спала из-за дождя. Не волнуйся, пожалуйста.
  
Королева не догадывалась о причинах её плохого сна, однако они её не столько волновали, сколько возможный брак.
Женщина подошла ближе к дочери и, улыбаясь теплой улыбкой, заправила прядь волос ей за ухо.
− Надеюсь, тебе станет лучше. Пенелопа, тебе уже семнадцать, почти.