"Фантастика 2025-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

- То же мне герой выискался! – фыркнула, хлопнула три раза в ладоши.
Метла упала на пол рядом со мной, как и обещал душка Икциар, избавивший меня от необходимости прятать орудие в особняке.
Металась, как волчица в клетке, дожидаясь ночи. Открыла окно, и подруга-луна осветила мой путь. Душа пела, когда оттолкнувшись от подоконника, прошептав три волшебных слова, я спрыгнула вниз и понеслась к небесам. Ветер свистел в ушах, раздувал волосы, искрились многочисленные звезды, подмигивали, смеялась вдогонку ночная проказница.
  
Нужное растение нашлось на поле за городом. Светлячки закружились хороводом, запела ночная птица, сплелись нити света в знакомые узоры, вспомнилось заклинание. Завертелась ведьма, танцуя с метлой, уговаривая лень-траву помочь. Встрепенулись нежные листочки, раскрылись бутоны, выпуская упругие лепестки, разлился в воздухе дурман, туманя голову.
Не мешкая, чтобы не забыться, не пропасть в сладком дурмане, я сорвала два цветка – магу хватит! Запрыгнула на метлу и вернулась в особняк, никем не замеченная.
Затеплила на кухне очаг, повесила котелок, налила воды, бросила сухих травок и добытые цветы, зашептала:
- Кручу-верчу,
Райта Ладова запутать хочу!
Заманить, окружить, заставить ведьме Липкиной служить! – повторяла и помешивала деревянной лопаткой, поглядывая на дверь – вдруг кому взбредет притащиться, напугаю до колик.
Закончила, наполнила склянку, ухмыльнулась.
Вот только, пока добиралась до своей комнаты, передумала. Вспомнился огненный силуэт, улыбка мага, которую он дарил не мне – другим, всколыхнулось все, что знала о Ладове. Пожалела его. Пусть останется таким, какой есть. Мне без надобности жалкий, таскающийся по пятам раб.
- Найду другой способ! Сам от меня сбежит! – вполголоса постановила я, толкая дверь.
Остолбенела, замечая меряющего широкими шагами комнату Икциара.
  
Глава 8. О виноватых
 
- Что-то случилось? – забеспокоилась я, так как до этого мгновения не видела духа противоречия в таком взвинченном состоянии.
В очах Икциара блеснуло алое пламя, а потом подземец вкрадчиво спросил:
- Знаешь, что делают в Подземье с теми, кто приносит плохую весть?
Дрогнула, но сумела небрежно дернуть плечом, отвечая:
- Вероятно, то же самое, что делали в старину с ведьмами, принесшими в дом важных господ нерадостную новость!
- О, нет, моя дорогая ведьмочка! Твоих соотечественниц всего лишь четвертовали. У нас все иначе! Паземок лишают крыльев; бесов – языка… - замолчал, но я задавать вопрос не стала, приняла другое решение. И он кивнул. Досказал. – А вот дух противоречия, такой, как я обязан провести двести лет, прикованным к стене одного из ущелий Рваных гор!
Он говорил не о прошлом, это было его настоящее.
- Таков закон! – с мрачной усмешкой произнес демон, по лицу прочитав все, о чем подумала.
Шутить, язвить, возмущаться было глупо и бессмысленно – чужое королевство, как соседская усадьба – туда не лезут со своими советами, особенно, если в них не нуждаются.
- Я не буду столь сурова. Ты мой друг! – сказала горячо, подбежала, порывисто схватила за руку.
Он поднял другую, погладил меня по голове, улыбнулся:
- Знаю, но увы… - замер, заглядывая в мои глаза, как в душу.
Всхлипнула, сама того не ожидая. Никогда не была склонна к слезам.
- Почему отправили тебя?
- Не меня, - привлек к себе, обнял, прижался чешуйчатой щекой к моей, и я крепко обхватила шею духа противоречия, чувствуя, что теряю его. – Мою сестру. Владычица Зиалея сама наказывает лар, и она милосердна…
- Тогда почему? – попыталась отстраниться, но он не позволил.
Продолжил негромко, но эмоционально, так что теперь и сердце заныло.
- Я никогда не был трусом, Лея! И это стало бы позором для всей семьи, ведь в том, что произошло, есть доля моей вины! Я должен был отправиться вместе с тобой!
- Ты знаешь? – прошептала я, обняла сильнее, не желая отпускать.
- Знаю… все знаю! О твоих похождениях в Асодаре разве, что глухой не слыхал!
- Я…
- Ты! – он чуть отодвинулся, не разжимая рук, цепко удерживая меня за талию, но я и не сбегала. – Несговорчивая, мстительная ведьмочка! Пойми, месть, обиды – ненужный хлам в твоей душе, избавься, пока кто-то еще не пострадал!
- А кто? – я позабыла вдохнуть.
- Твоя сестра…
- Веснушка? Как она? Как ее семья?
- Спасли… всех. Малыши, правда, родились раньше на два месяца, но лары и три ведьмы уже воркуют над ними. И мальчишке, и девчонке Ар'рцелиус велел подобрать новорожденных торотигрят – хранителей! Лучше, когда с самого детства привыкают!
Выдохнула, но тревога не покидала, чутье подсказывало – и здесь отметился Геррар.
- Убью! А когда вернется на Вейтерру в новом обличье, то сделаю это снова! – яростно проговорила я.
Икциар неодобрительно зыркнул на меня.
- Не о том мыслишь, милая!
- Я догадалась, что Геррар изготовил два счетчика. Один – для меня, другой – для моей сестры, она все карты ему спутала, забрав пленницу с корабля!
- Три, - ровно известил он.
- А…
- Твоему красавчику - четырех стихийнику был подброшен сувенир!
- И…
- Он жив и здоров! Огнев необычный человек!
- Как и Ладов, - сама не поняла, почему мне вспомнился Райт. Помотала головой, вскипела. – Геррар умрет! Игр не будет! Это война!
- Не то, не так, не для того, - вздохнул, сник дух противоречия.
- Что произошло? Объясни толком! – не любила чувствовать себя виноватой, поэтому злилась.
- Счетчик оказался у Лютовых дома. Твоя сестра, в отличие, от тебя не знала, что он из себя представляет! Когда супруг вернулся, время истекало. Ани позвала владыку Ар'рцелиуса, но он разбирался с Герт'Зеаром и с тобой! Пришлось магу Лютову выкручиваться, спасать жену и соседку по дому. Лют измененный, но не бессмертный. Кое-какая силушка у него имеется, но быстро справиться он не смог. Ани переволновалась, и спустя пятнадцать минут после того, как счетчик уничтожили, вопил уже маг Лютов.
- А наказывают тебя, - едва слышно заметила я.
- Считаешь, несправедливо?
- А справедливо, что Геррару все сходит с рук! Сначала он меня пленил, потом Веснушку, а Артуар ограничился одним лишь предупреждением, даже по носу перевозчика не щелкнул!
- Вероятно, есть причины…
- Какие? – гнев клокотал внутри меня, Геррара хотелось задушить голыми руками. И если бы не Икциар, я бы, не задумываясь, схватила метлу и сиганула в открытое окно, чтобы забрать из укромного места и разбить ледяное сердце врага!
- Нам о них не расскажут, - философски откликнулся дух противоречия. – Знаю, тебе больно, но, поверь, если продолжишь – оступишься и вернешься к тому, с чего начала!
Снова прильнула к мускулистому, черному плечу демона, вздохнула.
- Возможно, ты прав, но у меня нет иного выхода. Геррар не отступится, даже если я отпущу.
- А отпустишь ли? – спросил, но ответа не дождался, сам изрек. – А если ради меня?
Приподнялась на цыпочках, опираясь на мощные плечи, и на одном дыхании пообещала:
- Попробую!
- Помни… - взял мои ладони в свои, переплетая пальцы. Смотрелось восхитительно: белоснежные, тонкие, девичьи и чешуйчатые, когтистые, демонские.
- Запомню! - сквозь слезы произнесла, разжимая пальцы. А потом, спустя минуту крикнула Икциару вслед, когда он медленно уходил, оставляя после себя лишь дымку. – Мне будет тебя не хватать…
- И мне… - синеватый туман заполонил комнату, словно символ расставания: темный, горький, проникающий внутрь вместе с дыханием, отравляющий тело.
- Клянусь, что верну тебя домой! – вытирая слезы, дала последнее обещание.
  
Не смогла уснуть, металась, ворочалась с боку на бок, умаялась. Надоело. Нет ничего лучше работы. Она, родимая, всегда спасала и от хандры, что напала, и от чувства вины, которое меня все же грызло, и от прочих неурядиц, что нет-нет, да случались в моем существовании.