Личный призрак (СИ)

Сзади кто-то сопел, справа громко ругалась кондуктор с не сильно трезвым пассажиром. Слева матерились тихим и таким знакомым голосом, что девушка резко обернулась.
- Лета, не ерзай, – прикрикнула на нее девчонка, с трудом убирая выбившуюся розовую прядь за ухо. – И так еле стою, не лишай последней надежды доехать человеком, а не грязным потоптанным ковриком. Потому что, если еще раз так дернешься, я потеряю остатки равновесия.
- Марго? – все еще удивлено, пробормотала Лета.
- Нет, блин, правый сапог папы Карло! Займи предыдущую позицию и замри!
- Но ведь я, – попыталась возразить Лета.
- Да-да, – раздраженно прервала ее подруга, – держись крепче.
Лета честно попыталась выполнить просьбу, но тут маршрутка остановилась, и в нее ввалились еще пассажиры. Как они умудрились втиснуться, оставалось загадкой, но Марго этим не шибко свежим потоком снесло к передней двери.
- Лета, – раздался ее крик, – не забудь, выходим на следующей!
Девушку вжало в чью-то спину, перекрывшую на время весь обзор, а после…
Она поняла, что стоит у магического барьера, вытянув руки перед собой. Каждый раз, устанавливая защиту, Ханар добавлял светящуюся границу там, где барьер касался травы, что бы Лета или дети по забывчивости не наскочили на него в темноте. И вот теперь она сама того не желая, неосторожным прикосновением разрушила магическую защиту. Черта на траве медленно угасала, а вместо нее чуть дальше во тьме разгорались алым цветом чьи-то не добрые глаза.
====== Глава 22. ======
Глава 22.
Лета смотрела в красные, словно тлеющие угли костра, глаза полные злобы, и ощущала, как всепоглощающий ужас сковывал ее. А рядом с первой парой глаз, словно в насмешку, появлялась еще одна и еще.
Почему чародей не почувствовал разрушение магического барьера, была ли причина, что именно она нарушила тонкие связи, Лета не знала, да и не особо задумывалась. Сейчас важнее было другое, за ее спиной, уверенные в целостности защитного круга, мирно спали дети, а значит нужно немедленно привлечь внимание Ханара, пока не стало поздно, пока еще можно исправить, пока никто не пострадал. Девушка попыталась закричать, но рот перекрыла широкая ладонь. Опешив на мгновение, она попыталась сбросить грубую руку, и тут же оказалась полностью обездвижена.
- Надо же, клюнули? – раздался у самого уха голос.
Кровь так шумела в ушах Леты, что она с трудом узнала Крима. Поняв, кто ее пленил, девушка попыталась еще раз вывернуться, и опять безрезультатно.
А первый зверь между тем переступил окончательно потухшую границу защитного круга, остальные двинулись следом. Низкие, едва достающие замершей девушке до пояса, с вытянутым телом и хвостом, оканчивающимся острым костяным серпом – звери напоминали мохнатых крокодилов на мощных длинных лапах.
Лета перестала дышать от ужаса и наблюдала, как они с ленцой приблизились к костру, как окружили, продолжающих спать детей и мага. Девушка еще раз безуспешно дернулась, попыталась укусить ладонь, все так же надежно зажимавшую ей рот, хотя бы криком предупредить, но руки, что держали ее, казались железными, не чувствительными к боли.
- Тише, девочка! – голос Крима оставался спокойным.
Миллионы мыслей пронеслись в голове за долю секунды:
«Как он мог? Почему? Зачем? Ведь его наняли для защиты!»
Звери между тем практически синхронно вжались в землю, готовясь к последнему прыжку. Лете даже казалось, что она видит, как дрожат в напряжении мышцы их ног. Тихий рык вожака, и шесть хищников кинулись на ничего не подозревающую добычу.
А дальше… Лета даже после затруднялась выстроить последовательность событий, потому что они словно наслоились одно на другое. Еще мгновение назад, вожак летел, целясь спящему магу в горло, а теперь он завис, словно муха в янтаре, тихо скуля и дергая лапами. Остальные звери врезались с разбега в невидимую стену, и теперь зло рыча, бросались на внезапно воздвигнутую преграду.
Ханар вдруг оказался совсем не там, где до этого на фоне костра виднелся его силуэт. Он что-то быстро бормотал, Лета не слышала, но видела как двигаются его губы, а длинные пальцы порхали, выводя в воздухе руны. Повинуясь его действиям, вожак опустился на землю, на все четыре лапы и замер, словно окаменел. Маг подошел к нему, положил ладонь правой руки на голову, словно хотел похвалить собаку, а левой начертал в воздухе знак, похожий на тот, из-за активации которого они с Летой недавно поссорились.
 
Засмотревшись, девушка с запозданием осознала, что какое-то время уже свободна, к тому же сидит на земле, и встать обратно при всем желании не может.
Звери бесновались вокруг барьера, пытались прорваться, помочь вожаку, и не могли приблизиться ни на шаг. Один из хищников вдруг запнулся, ткнулся мордой в траву, и остался в ней лежать. Следом упал его собрат, потом еще один. Двое оставшихся сообразили, что пора спасаться бегством, и кинулись в разные стороны. Далеко им уйти не дали: тот, что кинулся вправо, лишился головы, а последнего сразила упавшая с небес молния.
Место, где стоял Ханар, освятила яркая вспышка, и это было последнее, что запомнила Лета, прежде чем ее сознание смыло яркой волной.
Сквозь дурноту пробился голос Ханара, который звал ее по имени:
- Лета! Лета! Ты как?
А следом резкий окрик Крима:
- Кончайте драму! Упустим же!
- Все из-за тебя и твоего «гениального» плана!
- Вот именно – гениальный! А если промедлим, то все зря затевалось!
«Что затевалось?» – хотела спросить Лета, но слабость во всем теле сводила эти попытки на нет.
Ханар мчался по лесу, преследуя оставленного в живых вожака, ухватившись за чужое заклятье, словно за путеводную нить. Чем ближе маг был к цели, тем отчетливей понимал, что этого врага он уже встречал. Поэтому, когда маг выбежал на поляну и увидал Верховного жреца извечного Хаоса Таха, не удивился. Его противник тоже не выглядел растерянным – силы, почувствовать приближение чародея, хватило, как и времени приготовится к бою.
Они одновременно метнули заклятье: темный маг оглушающее, а жрец что-то смертельное, испускающие волны холода; одновременно выставили защиту: заклинание мага, срикошетив, отлетело куда-то в кусты, заклинание жреца с шипением растворилось в магическом щите.
 Вот только вылетевшего из-за пределов поляны аркана, Тах не ожидал, и спустя пару секунд был спеленат по рукам и ногам. Путы были пропитаны антимагическими эликсирами, не давая жрецу и шанса освободиться. Он лежал на земле, скрепя в бессильной злобе зубами.
- Ты жалкая букашка под пятой наступающего Хаоса! – закричал жрец, в голосе его слышались восторженно-фанатичные нотки, – Моя жизнь ничто в сравнение с величием восставшего Хаоса! И если моя смерть приблизит хоть на миг пришествие его, я умру с улыбкой на устах, прославляя его! Смерть – это лишь один из путей стать вновь единым с Хаосом, который породил меня! Я готов к пыткам...
- Хватит строить из себя чокнутого фанатика, – резко оборвал его игру в истеричку спокойный голос.
Ханар подошел совсем близко, если бы не связанные руки, жрец мог бы спокойно дотянуться до него. Темный маг разглядывал противника с высоты своего не маленького роста, и старался, не допустить на своем лице проявления любых эмоций. Безразличие – идеальное оружие. Спокойствие – лучший способ вывести врага из себя.
- Значит готов на пытки? – поинтересовался чародей, – И даже с радостью примешь их? Ну-ну…
Он плавно повел рукой, и в воздухе над лежащим жрецом замерцала «Руна правды», вот только она отличалась от той, которой пользовались все известные жрецу маги. Каждый изгиб, каждый связующий заклятье узел, каждая линия-накопитель, пульсировала темной энергией.
- Думаешь, на меня это подействует? – Тах, умел держать удар, сохранять лицо, даже в сложной для себя ситуации, – Неужели ты настолько глуп. Этот знак не поможет тебе, я под защитой Хаоса.