Развод для попаданки, или Верните мне дракона!
– Смотрю, вы теперь доктору служите?! – прикрикнула я. – Или все-таки мне, а?
Я ожидала, что они окончательно стушуются, перепугаются и покинут уже помещение, но… Они возмутились. Дружно! Щеки вспыхнули, глаза засверкали.
Одна из девушек с достоинством проговорила:
– Мы никому не служим! И служить никогда не будем.
С этими словами девицы вышли из комнаты, оставив меня в состоянии, мягко говоря, растерянном.
Ну и как это понимать? Что значит «не служат»?
До этого момента я была уверена, что они мои служанки, а теперь…
Теперь уж и не знаю, кто они такие.
Да что ж это за ерунда! Мне вообще-то надо разбираться с уже имеющимися вопросами, а не обзаводиться новыми! Ладно, добавим эту тайну к списку имеющихся и отложим на потом.
Убедившись, что дверь за «не-служанками» плотно закрыта, я юркнула к своему тайнику и достала письма, надеясь хоть что-то выяснить о себе самой и своей новой жизни.
Глава 4
Письма оказались чтивом весьма любопытным. Кроме «дорогая», «милая моя» там обнаружились и другие эпитеты: «прекрасная», «несравненная» и даже «сладкая».
Я быстро перелистнула в конец письма в надежде найти там подпись. А что, раздобыть третье имя было бы неплохо. Но, увы, вместо подписи были лишь сердечки и цветочки. Любопытно, это у них тут принято так оформлять переписку или просто кавалер княгини такой великий оригинал?
Впрочем, на восторженные эпитеты я вскоре перестала обращать внимание. Уже ко второму письму кавалер Аннабель называл ее безрассудной. Точнее, не совсем ее, а какую-то ее задумку.
«Одумайтесь, вы себя погубите, и меня заодно, потому как жизнь без вас мне не мила».
Ну надо же, какая драма!
Чем больше я читала, тем больше меня раздражал автор. И не только потому, что его манера изъясняться была нарочито высокопарной, а потому, что он ничего не писал по делу. Из этой переписки я поняла лишь, что от чего-то он княгиню активно отговаривал. Очень похоже, что от брака с драконьим князем, во всяком случае он не раз упоминал «этого мужлана» и «это чудовище».
Ответных писем я не видела, однако, судя по тому письму, можно было догадаться, что мольбы поклонника не заставили княгиню переменить свое мнение. Я уже едва не скрипела зубами.
По поводу чего, черт возьми? Чертов конспиратор!
Что такого собиралась натворить княгиня? Хотя почему собиралась? Скорее всего, натворила. И лишь в последнем письме я увидела хоть что-то похожее на то, что искала.
«Неужели вы и правда думали, что сможете подделать печать истинности и остаться неразоблаченной? Вам следует покинуть замок как можно скорее. Ни о чем не беспокойтесь, я уже придумал план бегства. Доверьтесь мне, прием в честь багровой луны. Я там буду…»
Я снова и снова перечитывала письма, хотя в целом картина была более-менее ясна. Подделать печать истинности… Кое-что становилось понятно, кое о чем я догадывалась, хоть не была уверена. Но одно было ясно: похоже, во всем замке есть только один человек, с которым я могу обсудить сложившуюся ситуацию.
Я быстро сложила письма в коробку. Закопала ее под чулки и задвинула ящик, мельком успев подумать, что тайник не слишком хорош, учитывая то, что одевают и раздевают госпожу эти самые «не служанки». Ну да ладно, судя по датам на конвертах, эти письма лежали тут месяцами, а значит, полежат еще.
Разобравшись с этим, я еще раз оглядела комнату. Должно здесь быть что-то такое: шнурок, звонок, колокольчик… Если госпоже, например, понадобится, стакан воды или что-нибудь посущественнее, не выглядывать же ей в коридор и не кричать: «Эй, кто-нибудь, подойдите сюда!» Не величественно получится.
Искомое нашлось быстро. Колокольчик белого металла. Впрочем, я уже столько раз ошибалась относительно местных обычаев, что за него бралась с опаской. Кто знает, кого я таким образом призову в свою комнату?
В этот раз мне повезло: призвалась одна из «не-служанок». Из-за двери показался веснушчатый нос.
– Чего изволите, ваша светлость? – в ее голосе все еще явственно слышалась обида. Однако она явилась тут же, по первому требованию, и говорит почтительно… И вот что она делает, если не прислуживает? В каком таком словаре мне это можно посмотреть?
Как же у них все сложно!
– А вот и изволю, – уверенно заявила я. – Что-то не спится мне.
Та кивнула, словно ничего другого и не ожидала. А ведь на улице уже давно стемнело. Это что же, княгиня привыкла ложиться с рассветом?
– Мне срочно нужно встретиться с мужем, – объявила я.
Вот тут-то ее проняло.
– Что? Как? Зачем? – Она вытаращила глаза. – Нет, вы не можете!
Я запахнула пеньюар.
– Поясни, пожалуйста, что значит не могу? Его апартаменты находятся так далеко, что я не способна преодолеть это расстояние?
Щеки девицы пошли пятнами.
– Нет, почему же… Всем известно, великий князь занимает западное крыло замка, идти не более четверти часа.
Э-эм… Сколько? Да я у себя за пятнадцать минут доходила до почты, еще и в аптеку успевала заглянуть. Это какой же у них тут замок?! Но выказывать удивление было не время, так что я демонстративно нахмурилась:
– Тогда в чем дело?
– Но это неприлично! – ахнула она.
– Напомню, он все еще мой муж, а значит, мне решать, что прилично, а что нет. Проводи меня сейчас же.
– В таком виде?
Я начала бояться, что она сейчас грохнется в обморок. Но произнесла тихо и твердо, тщательно следя за тем, чтобы в голосе была слышна уже закипающая ярость:
– Именно в таком виде.
– Конечно, госпожа. Пойдемте, госпожа, – пролепетала она.
Я поправила пеньюар. К счастью, все эти кружева были достаточно пышными, чтобы скрывать сверток, который я взяла с собой.
Пока мы шли, я с трудом удерживалась, чтобы не крутить головой по сторонам и не ахать изумленно на каждом шагу.
Стены покрывали фрески, изображавшие сцены охоты, сражений и пиршеств, в которых неизменно фигурировали люди и драконы. В простенках между ними располагались статуи – и там тоже драконья тема, прямо скажем, превалировала. Великолепная мозаика, восхитительные витражи на окнах… В своей прошлой жизни я обожала музеи и картинные галереи… Но ни один из них не шел ни в какое сравнение с тем, что я видела сейчас… И никогда в жизни равнодушный вид не давался мне так тяжело…
В конце концов я решила просто смотреть под ноги, чтобы не отвлекаться на местные красоты. Успею еще все рассмотреть, если, конечно, следующее покушение на княгиню не будет более удачным, чем сегодняшнее. Отвлекшись от произведений искусства, я обнаружила, что в коридорах царит полная тишина. Замок словно умер. Эхо наших шагов и тихий шелест моего пеньюара были самыми громкими звуками. Однако задавать вопросы я не стала.
Путь показался мне бесконечным, и я уже начала подумывать, что либо замок просто невероятно огромен, либо моя проводница специально ведет меня куда-то не туда… Кажется, прошло куда больше, чем четверть часа. Мелькнула мысль: а точно ли я могу ей доверять? Мне уже стоит начинать беспокоиться?
Именно в этот момент мы наконец-то остановились перед массивной узорчатой дверью.
– Прошу, – поклонилась девушка и исчезла – быстро и бесшумно, словно ее и не было. Вот это выправка! Для не-служанки она просто профи!
Впрочем, сейчас профпригодность не-прислуги интересовала меня меньше всего. Сердце замирало от страха в преддверии грядущего разговора. Слишком уж многое будет от него зависеть…
Может, зря я все это затеяла? Да, безопаснее будет вернуться в свою комнату и подумать еще немного – вдруг мне придет в голову что-то получше? Усилием воли я подавила так не вовремя проявившиеся страхи. Отступать поздно, да и не в моем характере.
Я решительно толкнула тяжелую дверь и… застыла на пороге, мгновенно забыв и о гудящих ногах, и вообще обо всем на свете.
Комната, в которую я попала, выглядела роскошно до неприличия: приглушенный свет, бархат, шелка и много мягких подушек, разбросанных на полу. Картины, статуи, золото, драгоценные камни… Теперь-то становилось понятно: апартаменты княгини обставлены довольно скромно.