Мнимые люди (СИ)

И пока передавалась команда по взводам, он сам, не долго думая, послал первую гранату в гущу противника. Пока летела первая, дослал вторую в потствольник и снова выстрелил. А с взрывом третий гранаты подключились уже и остальные. И снова окрестности озарились короткими вспышками огня и громоподобными звуками взрывов.
Совсем рядом с капитаном находился один из станковых скорострельных гранатомётов. Лактионов просто любовался, пока заряжал подствольник, как лихо держась двумя руками за поручни гранатомёта, вёл огонь один из его бойцов. Быстро и четко посылая снаряды один за другим, он перекапывал землю и всех кто на ней находился, точно по линии. Вот только звук издаваемый при этом неприятно давил на уши, но это ничего, можно пережить, авось не оглохнешь.
Сотни фонтанов-гейзеров с резким громовым хлопком, взметались в отдаление от людей и что творилось сейчас там, лучше было и не знать, но то что противнику приходилось не сладко это и без слов понятно. И так могло бы продолжаться довольно продолжительное время, пока например не закончились бы боеприпасы, если бы не вмешались «мимы».
Пришло их время собирать кровавый урожай.
Люди и не догадывались, что первые ряды нападающих, так бездарно брошенные под пули, и сотнями лежащие сейчас на земле с разорванными телами, были всего лишь мясом. Это были представители самой низшей касты в иерархии «мимов» — сверх людей: самые слабые, самые глупые; больные, калеки, что остались со времён первых противостояний, и так далее. Этих то недочеловек, как сами называли их «мимы», и бросили в сражение первыми, дабы провести, так называемую, разведку боем. Что они и проделали и надо сказать довольно блестяще. До позиций людей они не дошли каких-то пятьдесят метров.
И вот наконец настало время, ввести в бой организованные силы, строго следуя плану. В подтверждение чего по месту сражения, вновь, перекрикивая разрывы гранат, провыл «крикун», отдавая следующую команду замершим в ожидании «воинам».
Капитан Лактионов аж замер на секунду. Такого, нечеловеческого крика, ему слышать ещё не приходилось.
«Это какую же надо иметь глотку, чтоб производить такой немыслимый и дикий для человеческого слуха, звук?» — с содроганием подумал он.
А затем случилось невероятное…
Так мило капитаном обласканный гранатомётчик, вдруг неожиданно для всех, рухнул как подкошенный и замер не издавая звуков. За ним, так же резко, прекратили своё существование ещё несколько бойцов, за ними ещё и ещё, и как назло все гренадёры.
Истеричный крик осознания, привнёс ясности в происходящее:
— Снайперы!.. — И все сразу же, будто по команде, ещё полностью не осознавая толком, но уже повинуясь инстинкту, пригнули головы.
Снайпер это не игрушки. Когда в разгар боя вокруг тебя носятся и свистят пули, фонтанчиками взрываясь чуть ли не у самого лица, то как-то не очень задумываешься, что одна из них может в любой момент пробить тебе башку. Но вот когда среди относительной тишины звучит всего лишь выстрел одинокий, а ты порой и не слышишь его, а пуля, без всякой суеты, ложиться ровнёхонько в цель, вот тогда, по настоящему становится страшно. Страшно от того, что эта смерть приходит внезапно и из неоткуда, и промахиваться она, как правило очень не любит. Вот почему при слове снайпер, хочется сразу же упасть на землю и забиться в щель, дабы тебя никто не видел и не слышал…
— Блядь! «Кукушка» — убери этих снайперов к чёртовой матери! — пригибая голову заревел Лактионов, обращаясь к отряду прикрытия, находящемуся чуть позади основной линии обороны.
— Ответ отрицательный! Не можем засечь. У них пламегасители.
— Ищите, твою мать! Даю минуту! — Отсоединившись, Лактионов показал жестом, чтобы пока никто не высовывался, и лишний раз не маячил своей башкой, на радость «мимов».
Подбежавший адъютант доложил ему, что мутанты, своей выходкой постарались в основном вывести из строя скорострельные гранатомёты. На что капитан, сплёвывая, зло прошипел:
— Огрызаются твари. Не желают дохнуть, как скот на бойне. — И помассировав лицо, зарядил предпоследнюю гранату и вымерев на глаз траекторию, послал презент вражине. Пущай не расслабляются.
 
Удовлетворившись доставкой, капитан соединился с отрядом прикрытия:
— Ну что, засекли? — и получив отрицательный ответ, было уже пригорюнился, как со стороны противника, раздалась команда, взволновавшая Лактионова, да и не его одного, настолько, что он от удивления выпрямился в полный рост, сразу же позабыв о всяких там снайперах.
— Строить клин! — Команда прозвучала отрывисто и грубо, с этакой характерной хрипотцой, будто человеку произнёсшей её, плохо удавалось чётко выговаривать слова.
— Это что ещё за фокусы? — удивлённо отреагировал Лактионов, хватаясь за бинокль. — Какого …, они там затевают?
С неподдельным интересом наблюдая за действием противника, он заметил, как «мимы» пришли в движение и повинуясь команде, противник сомкнул разрозненные ряды, перебросив свежие силы с тыла, создав таким образом новый авангард ударной силы, и приступил к следующему акту гениального сценария.
— Смотрите, смотрите… Они поднимаются, — пронёсся вздох разочарования по рядам людей.
— Приготовиться к бою! — отдал команду Лактионов. — Сейчас пойдёт вторая волна! Всем быть на чеку! — И в подтверждение его слов, тяжко провыл «крикун».
После чего, «мимы», чуть поодаль от авангарда и всего в шестидесяти метрах от людей, под продолжающиеся разрывы гранат и яркие трассы, разрывающие материю ночи; выстроили своих солдат, вдоль фронта, в жиденькую цепь.
— Глядите капитан, — обратил внимание на довольно странное построение «мимов», адъютант. — Не знаете, чего это они там, держат в руках? Как думаете?
Лактионов вначале и не понял, на что указывал лейтенант, но присмотревшись заметил, как «мимы» придерживали сбоку от себя, довольно странные конструкции, в темноте так сразу и не разглядишь.
— А чёрт его знает, — пожал он плечами.
Тем временем, в стане врага резко прозвучала команда:
— Вперёд! — и цепь «мимов», подчиняясь невидимому командиру, устремилась к людям, постепенно сменяя чёткий шаг, стремительным бегом. Следом, соблюдая дистанцию, но ни на шаг не отставая, тронулся и основной авангард. Живая, всесокрушающая волна, вновь ожила и пришла в движение. И вновь под ногами людей мелко завибрировала земля, отзываясь на топот десяток тысяч ног. И могло показаться, что вновь повторяются события прошлого раза. Когда первую волну, удалось таки людям остановить с наименьшими потерями. Но так могло показаться лишь в первые секунды. И спустя мимолётный отрезок времени, чувство «Дежавю», бесследно исчезло, стоило только бросить взгляд на жиденькую цепь «мимов», так безалаберно казалось бы брошенных в самое пекло. На самом деле, невидимый командир всё рассчитал, вплоть до-секунды.
Именно эта самая, жиденькая цепь, смести которую казалось бы ничего не стоило, преодолев половину пути, вдруг чуть притормозила своё стремительное продвижение и вытащив из-за спины, странные конструкции, неожиданно для людей, укрылись за ними. Тем самым предъявив людям разгадку, своего плана.
Первым, ну может и не первым, но во всяком случае первым возвестившим, что разгадал задачку, был капитан Лактионов:
— Это же милицейские броне-щиты. — Остолбенел капитан. — Где они их только раздобыли?
— А вон у тех похоже вообще какие-то двери, — показал адъютант.
— Не просто двери, — поправил его Лактионов, перемещая взгляд. — Это стальные двери пятой степени защиты. Их и из автомата хрен пробьешь, — прокомментировал он, и тут же с сомнением добавил. — Во всяком случае издалека.
— Но зачем им это? — не понимающе спросил лейтенант.
— Я и сам бы не прочь это узнать, — отрешённо ответил Лактионов, продолжая наблюдать за дёйствиями «мимов».
И вскоре, наблюдения принесли свои плоды. Небольшое обстоятельство, а именно, как один из «мимом», напоровшись на проволочное заграждение, под своей защитой даже и не заметил его, а спокойно проследовал дальше, наматывая всё больше и больше кусков проволоки на свой броне щит. Капитана словно обухом огрело по башке: