Мой неотразимый граф

— Граф Фальконридж, — объявил дворецкий Рис.
Мара вздернула подбородок, расправила плечи, изящно сложила руки на талии, а пальцы сцепила, чтобы сдержать волнение.
Джордан вошел, снял цилиндр. Ее сердце застучало быстрее.
— Милорд, — приветствовала его Мара скромным книксеном.
Джордан ответил поклоном и тут же улыбнулся.
— Миледи, я вернулся, как обещал. — Он любезно кивнул миссис Басби и вопросительно приподнял бровь, когда Томас ткнул в его сторону ложкой и залепетал что-то неразборчивое, но вполне дружеское.
Мара с удивлением поняла, что мальчик узнал графа.
— И вам прекрасного доброго вечера, лорд Пирсон, — ответил ребенку Джордан.
Мара рассмеялась, стараясь не слишком сиять от радости.
— Мне кажется, я ему нравлюсь, — с улыбкой заметил Джордан.
— Я тоже так думаю.
— Как у вас дела? Оправились после вчерашних приключений?
— О да. А вы как?
— Прекрасно, — легким тоном произнес он и положил перчатки и шляпу на комод у двери. С привычной наблюдательностью он отметил развернутые газеты и добавил: — Паркер сообщил, что ночью все было спокойно.
— О да. — Она сделала приглашающий жест. — Милорд, позвольте предложить вам угощение.
Он посмотрел на блюдо с холодным мясом.
— Пожалуй, я могу соблазниться. А вы как себя чувствуете, миссис Басби? Вчера вы переволновались. Боль в груди еще беспокоит?
— Нет, сэр. Благодарю вас. Я здорова. — Старушку поразило, что пэр Англии осведомляется о ее здоровье.
— А Томас? Как он себя чувствовал после вчерашнего испуга в парке? Надеюсь, малыш не просыпался от ночных кошмаров?
— Нет, сэр. Он всю ночь спокойно спал, — ответила няня.
— Молодчина, Томас. Вырастешь и сам будешь защищать свою красавицу маму.
И он присел к столу. Мара, очарованная его обходительностью, не сводила с него глаз.
— Так, что тут у вас? — с шаловливым блеском в синих глазах спросил Джордан и с наигранной жадностью осмотрел стол.
— Я могу сделать вам сандвич.
— Правда? — удивился он этому простому предложению. Интересно почему, задумалась Мара. Потому что она виконтесса? Не такие у них отношения… Удивленно приподняв брови, она ждала ответа. — Очень мило с вашей стороны. Пожалуйста, — пробормотал он и как зачарованный стал наблюдать за ее движениями — вот она кладет на тарелку ломтик ржаного хлеба, на него тонко порезанные кусочки ростбифа…
— Горчицу? — обыденным тоном спросила Мара и подняла глаза.
Джордан молчал на пару секунд дольше, чем требовалось.
— Да, пожалуйста.
Мара опустила голову и, намазывая горчицу, вдруг жарко покраснела. В сандвиче нет ничего чувственного, одернула она себя, но почему он так пристально на нее смотрит? Решившись поднять глаза, она молча указала на швейцарский сыр на тарелке. Джордан кивнул, глядя на нее. У нее перед глазами вдруг возникла картина: сидя у него на коленях, она кормит его из рук. Ей вдруг стало невыносимо душно.
Миссис Басби прочистила горло и отвернулась.
— Миледи, мастер Томас уже поел.
— Да-да. — Мара нервно усмехнулась. — Больше размазал, чем поел.
— Отнести его в ванную?
— Да, пожалуйста. Благодарю вас, миссис Басби. Только скажите мне, когда он будет готов ко сну. Я сама его уложу.
— Да, миледи. Простите, сэр.
— Доброй ночи, миссис Басби.
Няня подхватила мальчика на руки и понесла в детскую. Мара решила, что Джордану, как и ей, было ясно: няня увела Томаса, чтобы оставить их наедине.
Они обменялись понимающими улыбками. Мара закончила приготовление сандвича, разрезала его пополам и протянула тарелку Джордану.
— Что вы будете пить?
— Что нальете, — пробормотал он, не отрывая глаз от ее шеи.
— Чай? Вино? Думаю, мерло подойдет. Кстати, вчера доставили бочонок темного эля. Вашим людям должно понравиться. Я так им благодарна.
— Вы знаете дорогу к сердцу солдата, дорогая. Эль будет очень кстати.
Мара послала Мэри за элем, а Джордан, откусив от сандвича, зарычал от удовольствия:
— Восхитительно!
Мара усмехнулась его преувеличенному восторгу.
— Нет-нет, правда. В жизни не ел сандвича вкуснее.
 
Вошла Мэри и поставила перед ним кувшин эля.
— Я на небесах! Ваше здоровье! — Он приподнял кружку. — А вы что-нибудь съедите?
Мара покачала головой. От волнения она не сможет проглотить ни кусочка. Наблюдая, как он ест, она не могла поверить, что сидит за столом со своим идолом, Джорданом Ленноксом, мужчиной из ее грез. Конечно, он изменился, стал жестче, но под лощеной внешностью лондонского денди она сумела разглядеть милого двадцатидвухлетнего юношу.
Стало темнеть. Вошел Рис, зажег свечи в канделябрах и в трехрожковых подсвечниках на столе и удалился, осторожно прикрыв за собой двойные двери.
Джордан и Мара улыбнулись друг другу. Теплая, почти семейная атмосфера смягчила их души.
— Итак, — начала Мара, поставив локти на стол и положив подбородок на скрещенные пальцы. — Вы готовы признаться?
— Признаться? В чем?
Она кивком указала на разложенные газеты.
— Вчерашнее приключение, как вы выразились, не попало в газеты. Правда странно?
— Вот как? Да, это замечательно.
— Конечно, замечательно. И очень загадочно. Ни в утренние, ни в вечерние выпуски. Джордан, вам ничего об этом не известно?
— Мне? О Боже, разумеется, нет.
Мара прищурилась и лукаво улыбнулась:
— Вы ведь как-то это устроили, правда?
— Возможно. — Джордан откинулся на спинку и положил руку ей на плечо. — Я же сказал вам, что не стоит беспокоиться. Когда вы научитесь мне доверять?
— Что вы предприняли?
— Не забивайте этим свою хорошенькую головку.
Мара фыркнула от этой банальности и, дурачась, толкнула его в бок. Джордан рассмеялся такой форме протеста.
— Теперь вы у меня в долгу. Остальное не имеет значения. Главное, что вы довольны.
— Довольна? Да я на седьмом небе от счастья. Вы спасли мою репутацию.
— А я вот не уверен, что все позади.
— Что вы имеете в виду? — снова встревожившись, спросила Мара.
— Сплетни о вас и регенте. — Джордан покачал головой. — Их надо прекратить.
— Да, — вздохнула Мара и кивнула в знак согласия. Нападение на карету показало, что дело зашло слишком далеко. — И что вы предлагаете? Уверена, вы способны дать мне совет.
Джордан ухмыльнулся, почувствовав колкость в ее фразе.
— Решение лежит на поверхности. Если вы хотите прекратить сплетни о вас и регенте, надо чаще появляться в обществе другого джентльмена.
— Понимаю. Чтобы возникли другие слухи.
— Вот именно. Менее сомнительные. По крайней мере такие, из-за которых на вас не нападут на улице. — Джордан сделал глоток эля.
Мара с улыбкой ждала продолжения, догадываясь, куда он клонит.
— И какого же джентльмена, по вашему мнению, я должна найти, чтобы он выручил меня из этого затруднения?
— Ну, не знаю… Человека, который бы пользовался всеобщим уважением, даже восхищением. Веллингтон, к сожалению, занят, но если вы готовы удовлетвориться моей персоной, буду рад услужить.
— Очень благородно с вашей стороны.
— Да, говорят, я парень что надо. — Джордан с улыбкой посмотрел ей в глаза. — Надеюсь, леди Пирсон, вам понятны все выгоды моего предложения.
— Должна признаться, что да. Но… я вижу и опасности.
— Какие же?
— Я уже говорила, что не ищу любовника, — спокойно, но твердо проговорила она.
— Черт возьми, я тоже! Не беспокойтесь. Проблем не будет. А если возникнут, всегда же есть Дилайла.
— Но тогда Коул вас пристрелит, — сделанным сожалением вздохнула Мара.
— Жаль, — пробормотал Джордан. — Значит, это не слишком удачная мысль. Но верьте, — он помолчал, — я не собираюсь вас соблазнять.
«Если вы сами того не пожелаете», — мысленно закончил Джордан.
«У самцов тоже есть свои достоинства, — прозвучал в голове у Мары голос Дилайлы. — Со временем ты научишься их ценить». Она тут же склонила голову, чтобы скрыть разгоревшийся на щеках румянец.