Луч света, что окрашен в золотой (СИ)
— Да, — он не сразу вспомнил, что Билл ждёт пояснений. — Т-твой дневник. Его нашли?
Билл на мгновение замер, поднял взгляд, внимательно оглядев мальчишку. Эти несколько секунд показались Дипперу вечностью, и он выдохнул, когда мужчина усмехнулся и опустил фигуру.
— Нет, — Билл откинулся на спинку кресла и склонил голову в сторону. — Мне интересно, как ты умудрился так его потерять. Я отдал приказ просмотреть все книги, что переносили в тот день, но мне до сих пор не доложили о результатах.
Диппер смущённо опустил голову, мысленно оскорбляя себя всеми известными ему словами. Его талант всё портить выходил на новый уровень в своей абсурдности. На этот раз он умудрился потерять ужасно важную вещь так, что её до сих пор не могут найти. В закрытом от остального мира каньоне, где буквально всё фиксируется в документах.
«Браво, Диппер. Прекрасная работа!»
— Ты же не заберёшь другой дневник? — осторожно спросил Диппер. Ему совсем не хотелось терять такое ценное сокровище, ведь он не дошёл даже до половины.
А Билл почему-то громко рассмеялся, окинув мальчишку лукавым взглядом.
— И это то, что тебя волнует, Сосенка? — он затих, прикрыл рот рукой, сдерживая рвущиеся наружу смешки. — Как мило. Нет, я не буду забирать его, если моё творение так сильно тебе нравится.
Он придвинулся ближе к мальчишке, прищурился, не сводя пристального взгляда с его глаз. Снова тихо рассмеялся, когда парень вдруг отодвинулся подальше и едва заметно покраснел, быстро отводя взгляд.
— Расскажешь мне, что именно тебя так интересует в нём? — он плавно передвинул слона, опустив его совсем рядом с рукой мальчишки. Подпёр щеку ладонью, насмешливо усмехнулся, проследив за тем, как нерасторопно парень потянулся к чашке и попытался скрыться за белым фарфором.
— Конечно нет, — пробормотал Диппер, не понимая, почему вместо привычного раздражения его грудь сдавливает странное, совсем непривычное волнение.
Во всяком случае, Билл больше не злится…
***
Диппер вздохнул, перелистнул очередную страницу и заботливо пригладил пожелтевшую от времени бумагу.
Новый дневник не сильно отличался от того, который ранее читал Диппер. Тот же автор, тот же стиль написания и почерк. Только темы были немного другими — путешествия сменились зарисовками планов новых этажей, исследованиями и идеями на будущее. Иногда в тексте проскальзывали знакомые имена, системы, которые появятся в дальнейшем. Каньон приобретал знакомые очертания и всё больше походил на тот, каким является сейчас.
И Диппер с интересом вчитывался в каждое слово, еле сдерживая охватывающий его восторг.
Билл в дневнике не был похож на того себя, каким он показывался мальчишке. Скорее казался отдельной его личностью — серьёзной, признающей свои недостатки. Его текст пестрел сносками и примечаниями, названиями книг и отдельными цитатами. Билл однозначно не был хорош во всех областях — не разбирался в архитектуре, плохо понимал отдельные отрасли экономики. Однако каждый свой недостаток он хорошо осознавал и не позволял себе игнорировать.
Диппер не раз удивлялся, обнаруживая заметки поверх готового текста. Перечёркнутые предложения, замечания на полях. Кое-где на один рисунок был приклеен другой, полный подробными описаниями изменений и исправленных ошибок.
Диппер не был уверен, что сам он смог бы уделять время чему-то подобному. Он не любил перечитывать свои старые работы. Старался не заглядывать в них лишний раз и не сильно беспокоился, если в новых появлялись те же ошибки. Потому что от его недочётов никто бы не пострадал. От его решений не зависело что-то настолько масштабное и невероятное — это были обычные конспекты, которые не влияли ни на что, кроме его оценок.
Чёрт, да даже сейчас, когда от его распоряжений зависит успех побега, он не прислушивается к отчётам коллег и не вкладывает всего себя в общий план. Оставляет всю скучную работу на старших и опытных сотрудников, а сам лишь присутствует на собраниях и следит за тем, чтобы всё шло хорошо.
Парень вздохнул и помотал головой, отгоняя лишние мысли. Не хотелось сейчас думать о планах, решениях, о чём-то серьёзном и требующем его полного внимания. Хотелось просто расслабиться, отвлечься от волнений и заняться тем, что ему нравится. Тем более в его заслуженный перерыв, который уж точно не будет длиться вечно.
Диппер перевернул страницу и едва заметно улыбнулся, обнаружив зарисовку знакомого кабинета. Он пригладил пальцами очертание стола, обвёл контур кресла и тихо рассмеялся, обнаружив, что выискивает шахматную доску.
Кажется, нужно поменьше витать в мыслях…
— Малой, ты доклад доделывать собираешься?
Диппер вздрогнул, подскочил с места и моментально спрятал дневник за спину. Машинально, даже не успев обдумать это действие. Он неспокойно поёрзал, поднял виноватый взгляд на старика и натянул смущённую улыбку, надеясь, что его бурной реакции не придали большое значение.
Гэдрон ведь вполне мог поинтересоваться, что именно так увлекло мальчишку, и потребовать отдать ему дневник.
— Да, я как раз хотел закончить его сегодня, — кажется, виноватый взгляд у него получился не очень естественным. Гэдрон подозрительно прищурился, оглядев мальчишку и разбросанные вокруг документы.
— Закончить? — он усмехнулся, подняв тетрадь и раскрыв её на нужной странице. — Ты и половины не сделал, крысёныш.
Диппер разгневанно выдохнул, мысленно ругая себя за то, что не отложил конспект подальше. Нужно было хотя бы сделать вид, что он в процессе работы. Раскидать вокруг книги, нарисовать бесполезные формулы на листочках. Хоть как-то отвести от себя подозрения, а вечером сослаться на усталость и отложить сдачу доклада.
— Я… — Диппер прикусил губу, в панике пытаясь придумать оправдание. Работать сейчас никак не хотелось. Он не смог бы написать и несколько предложений, ведь голова была полна другими мыслями, никак не относящимися к химическим реакциям. — Я просто…
Он сердито сжал пальцы, злясь на самого себя. Господи, почему он так глупо себя ведёт? Избегает работы, оправдывается, занимается бесплодными делами, игнорируя обязанности? Он был похож на одноклассников. Тех самых, сидящих за последней партой и отзывающихся на голос учителя лишь тогда, когда их спрашивали прямо. Они так же раздражались, когда им припоминали долги, так же не делали задания и проводили время за глупыми развлечениями. Смеялись над ним, ведь он слушал каждое слово учителя и выполнял всё заданное.
Что с ним стало теперь? Почему он так разленился и стал уделять время совсем не тому, что нужно?
— Эй, пацан! — в тоне Гэдрона послышались обеспокоенные нотки. — Всё хорошо? Ты чего это?
Диппер поднял взгляд, растерянно захлопал ресницами и помотал головой. Чёрт, снова слишком много мыслей. Он даже не понимает, что происходит вокруг, и не слышит вопросов.
— Я просто устал, — Диппер виновато улыбнулся и аккуратно спрятал дневник за стопкой книг. — Много всего навалилось, вот я и…
Он снова врал. Так низко и глупо, совсем напрасно. Но ложь так легко срывалась с языка, что Диппер и сам поверил в свои слова. Да, он устал. Устал от планов, подозрений, попыток узнать начальника получше и вывести его на прежние разговоры. Ему абсолютно не хотелось делать задания, ведь существовали проблемы и серьёзнее. Какая разница, что он не доделает конспект, если Билл потеряет к нему интерес и решит избавиться? Зачем тратить время на доклады, если можно просмотреть новые страницы дневника и узнать что-то более полезное и важное?
Это звучало так логично, так правильно, что Диппер легко принял эти мысли. Повторил что-то подобное и для Гэдрона, смущённо шмыгнул носом и пообещал доделать всю работу к концу недели, как только сможет прийти в себя. Старик лишь махнул рукой, проворчал что-то недовольно и попросил сделать хоть часть работы. Он ушёл, не добавив ничего больше, не поинтересовавшись деталями, не посоветовав новую литературу.
А Диппер почувствовал себя ужасно провинившимся. Присел на пол, открыв дневник на прежней странице, и со стоном спрятал лицо в ладонях.