Код Заражения (СИ)

В руках у них мелькали куски труб и арматурные штыри. Мощные тела прикрывали лохмотья и гремящий металлоломом.
– Откормленные, – успел буркнуть я, и в этот момент пронумерованные открыли огонь.
Одновременно со стороны угла заговорила спарка крупнокалиберных пулемётов. От приближающейся толпы полетели клочья, и она каждую секунду начала терять по десятку особей. Но волна скачущих тварей продолжала приближаться, будто, не замечая оторванных конечностей и пробитых насквозь тел.
  
Тяжёлые пули выбивали куски из гипертрофированно мускулистых тел, отбрасывали мутантов назад, но те снова вскакивали и бежали. Часто пули попадали в импровизированную броню, зачастую вогнанную прямо под кожу халков.
Через десять секунд пронумерованные начали перезаряжать дымящиеся винтовки. Они снова открыли огонь, но добежавшие до корпуса твари стали пропадать в мёртвой зоне под стенами. Впрочем, и это было предусмотрено – на первом и втором уровне здания начали взрываться мины.
В ушах зазвенело. БТР замолчал, а пространство за окнами заволокло клубами пыли. Семнадцатый отошёл от проёма и быстро перезарядился. В этот момент здание содрогнулось, раздался скрежет и удары. Казалось, снаружи кто-то скачет прямо по кирпичной стене.
В клубах пыли промелькнула тень. Сегменты титановой решётки сильно тряхнуло. Я успел отпрыгнуть в сторону. И в тот же миг со стороны окна прилетел наточенный обрубок железного лома.
Задев меня по касательной, он со шлепком воткнулся в кафельный пол, выбив фонтан керамических осколков.
– Вон он! – крикнул я, указывая Семнадцатому на здоровенную тварь, начавшую выгибать решётку.
– Огонь! – заорал полковник.
Семнадцатый в упор расстреливал чудовище, но все пули уходили в танковый люк, которым прикрывался супер-халк. Пластинчатая решётка натянулась и затрещала. Из стены со скрежетом полезли анкера. В клубах пыли показалась оскаленная рожа с шипами во лбу. Разумеется, я опознал сбежавшего альфа-халков. Поймав мой взгляд, монстр взревел от приступа ярости и рванул решётку так, что несколько анкеров вылетели из стены.
И в этот момент Семнадцатый вдруг перестал стрелять, оттолкнул меня и потащил что-то из-за своей спины. Это оказался огнемёт, из раструба которого вырвалась, огненная струя напалма. Пламя мгновенно объяло халка, но тот всё равно продержался несколько мгновений.
– Убью-ю-ю! – прорычал он, явно обращаясь ко мне, а потом исчез из поля зрения.
Затем послышался протяжный вой вожака, и мелькавшие за решётками твари почти сразу исчезли.
Стрельба прекратилась. Над головами раздался топот.
– Снайпера, работать по целям в произвольном порядке, по мере их появления на верхних уровнях. Тактик, давай полный доклад! – потребовал полковник, осматривая практически вырванную решётку.
– Судя по картинке, с дронов, уничтожено более четырёхсот мутантов четвёртого типа. Около тридцати крупных особей укрылись на верхних этажах корпуса. Тяжело ранен один боец бронегруппы прикрытия. Остатки стаи большой опасности не представляют, но зачистку рекомендовать не могу. Это повлечёт гибель одного-двух бойцов штурмовых групп. На лестницах и верхних этажах расставлены «подарки». Думаю, они сами на них нарвутся.
Как только тактик закончил доклад, наверху раздался хлопок взрыва, и с потолка посыпалась побелка.
– Бойцы, добить подранков на земле и пополнить боекомплект! Снайпера, не спать! Выбейте тварей, засевших у меня над головой!
Когда голос полковника стих, я убедился, что окна на другой стороне уровня тоже закрыты титановыми сетками. Если бы не эта технологичная новинка, то половина пронумерованных, скорее всего, погибла во время атаки.
Семнадцатый с парой пронумерованных подошли сзади и вытащили ещё одну пластиковую упаковку из-за моей спины. Тут же вскрыв её, они принялись разбирать пузатые магазины для винтовок.
Рассмотрев в них патроны, я удивился. Нечто подобное я видел в интернете. Патрон калибра 404 внушал уважение, а бронзовая пуля с крестовидным наконечником выглядела устрашающе. Заряд походил на сильно укороченный четырнадцатимиллиметровый.
Подняв с пола пустой магазин, я прочёл маркировку: «404 Nitro Expres, 20 штук».
Внезапно магазин выбили из рук. Передо мной возник шлем с цифрами «30» на боках.
– Русак, живо к полковнику! – грозно приказал пронумерованный, грубо подтолкнув меня.
Какой-то этот Курт неугомонный, – подумал я, направляясь к расчищенному коридору, ведущему к лифту. Здесь было светло, как днём, благодаря стойке со строительными прожекторами. Подойдя ближе, я увидел, что в толстой створке грузового лифта зияет двухметровая дыра. В ней виднелись натянутые тросы. Рядом стоял полковник, профессор Крюгер и Марта.
– Гер полковник, я привёл русака, – отчитался Тридцатый, встав по стойке смирно.
Полковник повернулся и посмотрел на меня.
– Русак, пока всё, что ты сказал, подтверждается. Теперь расскажи о том, что нас ожидает внизу?
– На выходе из лифта – собранная из прозрачных панелей, камера обеззараживания. За ней – большое помещение с рядами клеток. Насколько я помню, треть клеток почти всегда пустовали. В остальных жили обезьяны, поросята, собаки и множество белых и серых крыс.
– А научное оборудование там было? – поинтересовался профессор.
– За клетками стояли столы с допотопными компьютерами. У дальней стены – огромные шкафы, похожие на холодильники.
– Надеюсь, мы найдём то, что ищем, – произнёс учёный с надеждой. – Думаю, пора спускаться.
– Хорошо, сейчас займёмся. Но протоколы безопасности требуют всё переиграть. Гер профессор, мы сильно нашумели, и мне не нравится, что происходит снаружи. Я предлагаю вызвать «Чинук» и эвакуировать группу умников на резервную базу за пределы города. Обещаю, всё найденное здесь, мы вывезем следующим рейсом.
– Нет! – отрезал учёный. – Я останусь и вместе с вами спущусь вниз.
– Но…
– Никаких «но», Гер полковник. Я должен лично всё осмотреть. Полтора года назад, неполная часть очень важного информационного блока, пришёл на спутник консорциума именно отсюда. И, как вы видите, сигнал никак не мог исходить из разрушенной лаборатории, – отрезал учёный, обводя рукой закопчённые стены. – Я уверен, что останки доцента Воронцова где-то там, а значит, и его база данных должна быть где-то рядом.
– Хорошо, Гер профессор. Техники, готовьте спуск, – обречённо вздохнул полковник и указал на меня. – Русак полезет первым.
В этот момент я переваривал тот факт, что отсюда полтора года назад кто-то выходил на связь, и не сразу понял, чего от меня хотят.
Когда полковник с профессором вышли, явились техники. Семнадцатый принялся колдовать над заметно полегчавшим коробом у меня за спиной. Тридцатый с ассистентом и Мартой стояли рядом.
– Может, вы снимите с него это? – девушка указала на уменьшившийся в объёме короб.
– Нет. Похоже, нас заставят лезть за ним. Пусть тащит патроны, – отрезал тридцатый.
Внезапно мне захотелось подойти к Марте и признаться, что информацию о работе дяди Бори они ищут не там. Однако осознание того, что я хочу побывать на месте гибели матери и закрыть одну из рвущих душу ран, заставило молчать. Другого случая побывать на нижнем уровне мне точно не светит. Да и облегчать жизнь тем, чьи соратники, возможно, причастны к исчезновению сестры, желания не возникало.
Я стоял и следил за работой техников. Из обрывков разговоров выяснил, что кабина лифта находится на двадцать четыре метра ниже третьего этажа. Они приступили к монтажу оборудования, похожего на кран-балку. Хотелось подойти и рассмотреть всё поближе, но внезапно ожил наушник.
  
– Гер полковник, за дальним периметром сектора замечено движение. Из станции метро выбираются заражённые, второго типа. По предварительным данным, это орда, не менее пяти тысяч особей, – тревожный голос тактика на миг прервался, но тут же продолжил почти скороговоркой: – Дополнительная информация. Из подземного паркинга торгового центра появилась ещё одна орда заражённых второго типа.