Код Заражения (СИ)

Послышался громкий хлопок. Появился огонь. И от начавшего гореть разлитого по дороге топлива повалили густые клубы черного дыма. При этом мой нос уловил характерный запах солярки.
И в этот миг я понял, что это единственный наш шанс. Спрыгнув с клумбы, я уцепил Аленку за руку и помчался к бреши, образовавшейся в ограждении, с замершим в верх колесами микроавтобусом. Закинув сестру на груду смятого металлолома, полез следом.
  
– Макс, а-а-а-а! – закричала Аленка, и я увидел, что один из росгвардейцев успел влезть на машину с другой стороны и целится в нее из дробовика. Среагировав, я дернул сестру за руку. Прогрохотал выстрел. Резиновая пуля пролетела над головой Аленки, разметав волосы.
– Ах ты ж!
Со злобным рыком я прыгнул вперед, обрушив кастет на прозрачное забрало. Удар вышел сокрушительным, пластик с хрустом треснул, и космонавт, потеряв равновесие, рухнул вниз как подкошенный.
Схватив Аленку за руку, я соскочил с буса и нырнул в клубы едкого черного дыма. Проскользнув мимо разомкнутого строя росгвардейцев, мы неслись не оглядываясь. Вынырнув из дымной завесы, обогнули брошенную машину ДПС, перемахнули через смятые бензовозом ограждения и затормозили лишь в гуще замерших в пробке легковушек.
Острая, жгучая боль скрутила живот, словно зажав его в тиски. Голова пошла кругом, и я, пошатнувшись, облокотился на багажник ближайшего авто.
– Что с тобой? – спросила сестренка испуганно.
Не ответив, я коснулся раны на животе и почувствовал, как кожа вокруг нее вздулась и пылает жаром. Порез пульсировала, будто в нем ковырялись раскаленным железом. Алена заметила темное пятно крови, проступившее сквозь разодранную футболку, и протянула руку:
– Дай посмотрю.
– Нет, – я отшатнулся, едва удержавшись на подгибающихся ногах, и оперся на крыло автомобиля.
И в этот момент распахнулась водительская дверь, и из машины выпорхнула разъяренная дамочка неопределенного возраста в строгом деловом костюме.
– Эй, нищеброды! Быстро убрались от моей БМВ! – приказала она возмущенно и оглянулась в поисках поддержки на водителей замерших в пробке машин.
Понимая причину ее гнева, я сделал шаг в сторону и едва не рухнул на асфальт.
– Вы что, не видите? Он ранен! У вас аптечка есть? – воскликнула Алена, подхватывая меня под руку.
– А мне какое дело до его царапин? Я вам не скорая помощь, – отрезала владелица БМВ.
И тут со стороны стоявшей позади машины ДПС раздался усиленный громкоговорителем голос:
– Граждане москвичи и гости столицы! В этом районе Москвы объявляется режим чрезвычайного положения. Оставайтесь на своих местах и приготовьте документы для досмотра.
После этого объявления из машины вышли полицейские и попытались остановить людей, бегущих со стороны поднимающихся клубов дыма. Но все, как сумасшедшие, игнорировали их окрики и неслись мимо.
Полицейские попытались задержать силой парочку молодых девчонок, но в этот момент один из бегущих на них набросился. Сбив одного из дэпээсников с ног, мужик с красными глазами принялся с остервенением резать его разбитой бутылкой. Второй полицейский подскочил и брызнул из газового баллончика в лицо нападавшему. А когда это не произвело никакого эффекта, он достал пистолет и выстрелил безумцу в затылок.
Во время этой жуткой сцены многие водители вылезли из автомобилей и теперь растерянно переглядывались.
– Зомби уже здесь, – проговорил я обреченно. – Алена, нам нужно срочно отсюда уходить.
– Зомби?! – воскликнула хозяйка БМВ.
– Да, зомби, – ответил я.
– Что за херню ты несешь!
Хозяйка люксового авто истерично ругнулась, но резко замолчала, уставившись на проезжавшую по тротуару машину ДПС. Сидящий на пассажирском сидении сержант зажимал кровоточащую рану на шее, а его глаза бешено вращались, постепенно наливаясь кровью.
Внезапно впереди раздался душераздирающий крик, и я, с трудом фокусируя расплывающуюся картинку, увидел пылающего как факел человека, прыгающего по крышам машин. Вокруг него метались в панике люди.
А потом раздались знакомые выстрелы. Инстинктивно пригнувшись, я прижал Аленку с незнакомкой к БМВ. Затем увидел, как в горящего человека попали, и он рухнул на асфальт. После этого пули продолжили щелкать по машинам, высекая снопы искр.
По звуку я автоматически определил, что стреляют из СВД. Снайперы работали с крыши ближайшей пятиэтажки. И их было там не менее двух пар.
Рядом с нами упал пожилой мужчина с простреленной головой, и я застыл, глядя на расплывающуюся лужу крови.
Зачем они палят по всему, что движется? На этот вопрос в голову пришел единственный ответ: снайперам приказано никого не выпускать из этого сектора.
– Уходим! – заорал я и указал сестре на распахнутую дверцу БМВ.
Она кивнула и пулей залетела на пассажирское сиденье. Затем я раскрыл заднюю дверцу автомобиля и затолкал внутрь его дрожащую хозяйку.
Сев на место водителя, я нажал кнопку «пуск». Двигатель БМВ мерно затарахтел. А уже в следующее мгновение взревел, когда я втопил педаль газа. Пользоваться автоматической коробкой было непривычно, но я разобрался.
Седьмая модель рванула вперед, врезавшись в задний бампер впереди стоявшей машины и отодвинув ее на полтора метра. Резко сдав назад, я проделал то же самое с автомобилем позади. Расчистив место для маневра, вывернул руль, выехал на тротуар и помчался по следу уехавшей машины ДПС.
– Ты мне машину разбил! – выкрикнула оживившаяся хозяйка, но тут же осеклась, когда по нам прилетело.
С показавшимся оглушительным щелчком пуля пробила крышу и прошла сквозь лобовое стекло, оставив дыру с лучами трещин.
Выехав из пробки, я рванул в ближайший двор, при этом тоненькая перекладина шлагбаума, перекрывающего дорогу, с треском переломилась, отлетев в кусты.
– Куда ты меня везешь?! – прокричала хозяйка БМВ, растерянно выглядывая из-за плеча.
– Подальше от снайперов, – ответил я, но тут же притормозил, принявшись аккуратно продвигаться по забитому машинами двору многоэтажки.
– Сейчас же остановись! Ты помял кузов! Я корпоративный юрист, тебе придется дорого за это заплатить! – возмущенно потребовала хозяйка авто и истерично перечислила всех тех, кто, по ее мнению, должен меня покарать.
Бесконечные должности и фамилии заполнили эфир, не давая сосредоточиться. При этом она выхватила свой телефон из сумочки и реально начала кого-то вызванивать.
– Да мля, заплачу я тебе! Заплачу! Дай доехать хоть куда-нибудь! – прорычал я и, не сдержавшись, показал хозяйке авто кулак с окровавленным кастетом, который после последнего удара треснул и больше не снимался.
Это немного вразумило девушку, и она, продолжая возмущенно бурчать, уткнулась в телефон, набирая сообщения.
– Я видела, как на Кристину прыгнул один из них, и ничего не сделала, – внезапно промямлила Аленка, и только тут я заметил, что она сидит, обхватив колени руками и смотрит в одну точку. – Я думала, что я смелая, а я трусиха. Максим, я трусиха.
Только этого не хватало, похоже сестренка словила отходняк.
– Успокойся, ты бы ничего не смогла сделать, – я протянул ей упаковку влажных салфеток, найденную под подлокотником. – Там без огнестрела никто бы ничего не смог сделать.
– Я бежала и наступала на лежащих, – не унималась сестренка, шмыгая носом.
Тем временем мы выехали из дворов и уперлись в новую пробку. Здесь машины стояли еще плотнее, а между ними ходили вооруженные «Ксюхами» полицейские в армейских респираторах и проверяли у всех документы.
И только стоило машине остановиться, как хозяйка авто распахнула дверцу, выскочила наружу и побежала к ним.
  
– Помогите! Помогите! Они меня похитили! – завопила она, размахивая руками.
– Вот овца! – в сердцах выкрикнул я, врубил заднюю и втопил педаль газа до упора.
БМВ резво понеслась назад, наезжая на бордюры и высекая снопы искр из задетых авто. Углубившись во дворы, я услышал сирену выехавшей за нами полицейской машины и снова выругался.