Дикая орхидея прерий (СИ)
- Давно я что-то кофе не пила! Все чай да чай. А тут кофе захотелось...
И без сомнений, выплеснула все содержимое чайника на землю. Пошла к ручью, тщательно выполоскала чайник и набрала свежей воды, стараясь не смотреть на вытянувшееся лицо Кэти. Кофе я выпила, несмотря на лёгкую тошноту после него, что поделать, это причуды беременности.
Спала я спокойно, не придушит же меня Кэти во время сна, зачем я им мертвая? Утром плотно позавтракала яичницей с беконом, бутерброд с сыром и кофе, чтобы как можно дольше не останавливаться. Кэти быстро сбегала, помыла посуду, я все плотно уложила, что надо было притянула ремнями, например, топливо и посуду. Как я и предполагал, в лагере полный разброд и шатание кто-то уже, как я, запряг лошадей в свои фургоны и выбирался из охранного круга, кто-то ещё носился с мисками и котелками, завтракал, собирал разбежавшихся детей по лагерю. Я выехала из периметра и остановилась. Покопалась в ящике в передке фургона, достала пустой бурдюк из-под воды, виновато улыбнулась Кэти:
- Совсем забыла! Воды надо бы набрать. Сбегай, пожалуйста! Я тебя здесь подожду.
Кэти кивнула и, схватив пустой бурдюк, помчалась к ручью, лавируя между уже выгнанных из охранного круга фургонов. Как только она обещала подальше, я изо всех сил стегнула лошадей. Привыкшие за эти дни к неспешному передвижению, испуганные лошади тут же рванули с места в карьер.
Попутчики мои сообразили, что я убегаю, далеко не сразу. Между нами уже был с километр, когда они решились организовать погоню. Я видела несколько верховых, но продолжала нахлестывать своих коняшек. Фургон скрипел и подпрыгивал на неровностях дороги, но летел стремглав. И только когда стало понятно, что верховые все равно настигают, я резко остановила лошадей, натянув вожжи. Лошади встали, тяжело поводя боками.
Я вылезла наружу, вытащила приготовленное заранее оружие, готовые патроны с зарядами, положила все это на полотняную крышу фургона. Упор для винчестера был из дуг, поддерживающих крышу. Мне повезло, что оружие уже было прообразом современного и имело магазинную зарядку, а кольт, ну, это практически револьвер с барабанным механизмом. Все патроны были уже на своих местах, я прицелилась в центрального всадника и крикнула:
- Стоять! Ни с места! Буду стрелять! и в подтверждение своих слов выстрелила, целясь между ног коня.
Эффект получился неожиданным. Здесь уже началась каменистая прерия и мелких камешков на дороге было много. И пуля угодила в один из них.
Брызнули осколки, больно ударяя по ногам и брюху коня. От боли он взвился свечкой, всадник (вероятно, не самый лучший) не удержался в седле, вылетел, брякнувшись со всей дури на землю, оставив сапог в стремени. Конь ускакал в неизвестном направлении. Попавший в конеаварию повозился некоторое время, затем затих. Но жив и слава Богу. Пока все, разинув рот, глазели на это происшествие, я стремительно перекинула прицел на стоящего рядом с потерпевшим всадника. И ещё раз выстрелила, так же целясь в землю возле коня. Этот удержался, но развернулся и поскакал назад, горланя что-то про мою родню до седьмого колена. Эк, однако, как винчестер выбивает с людей мормонские смирение и послушание! Воистину говорят, что добрым словом и пистолетом... но моя задача - не подпустить их на расстояние пистолетного выстрела. Но и перезаряжать винчестер времени нет. Поэтому в ход пошел дробовик Кеннета. На этот раз россыпь камней от дроби была больше, лошади бросились врассыпную. Кто-то крикнул:
- Да она нас тут перестреляет, как куропаток! Кому она нужна, пусть и ловит ее! А я назад, к своим!
Стадный инстинкт - вещь иногда хорошая. Повернули все, кроме одного мужика. Тот, набычившись, попер вперёд взыграло мужское эго. Делать нечего, надо его валить. Выстрелить в человека, даже имея хорошую подготовку - очень непросто, даже совсем непросто. Я никак не могла решиться и только когда уже пришло расстояние принятия решения, я выстрелила. Я целилась в руку, в которой он держал ствол, но он в этот момент поднял руку с винчестером, и пуля угодила прямо в магазин, изувечивая оружие, ломая кости кисти, брызнула кровь. Мужик заорал благим матом, конь затанцевал на месте. Все, этот больше не боец. Я поймала себя на том, что все это время я повторяла про себя: "По тарелочкам!". Такой вот аутотренинг. Хотя меня и трясло, я деловито сложила оружие вовнутрь фургона, оставив только кольт на ремне. Вечером все перечищу. Села на свою скамеечку, дернула вожжи и опять поехала. Обоз теперь точно задержится. Вообще, мне не понятно, с чего эти мужики решили геройствовать? Мормоны никудышные воины. Они хорошие ремесленники, бизнесмены, банкиры, так себе фермеры. Но не бойцы, ни разу. Но то ли старший много пообещал за меня, то ли семерым против одной девчонки им показалось не страшно.
Трясло меня отходняком до самого вечера. Вечером нашла подходящий ручей, почти речку и, на всякий случай, проехала по ее руслу вбок метров двести от дороги. Обиходив своих коняшек, я вдруг поняла, что хочу рыбы. Достала свою плетёнку, которая у меня так и ехала на бандитском коне, пошла на речку. Закинула мордушку, пошла разжигать печку. Здесь не южный Техас, ночи очень холодные, да и днём не жарко, зима. Поэтому натягиваю на себя и теплые кофты, и теплые лосины под брюки, шапку и сапоги со вкладышами снимаю только в натопленном фургоне. Сходила к ручью, тщательно выполоскала чайник вдруг Кэти успела туда чего сыпануть, набрала воды для чая. Пошла проверить свою плетёнку. Сегодня там сидело аж две рыбины и таких же пучеглазых. Вот и здорово, одну сейчас пожарю, а вторую запеку на завтра. Там же выпотрошила, промыла рыбу. Берег песчаный, глины нет. Ладно, запеку в лопухах каких-то, вон они, выше меня ростом. Фургон постепенно прогревался, можно раздеваться частями. Рыбы были небольшие, поэтому я спокойно съела всю жареную рыбку, подождала пока запечется рыбёшка на завтра и, набив печурку топливом, улеглась спать, натянув толстое одеяло до самых ушей. Надо будет ночью ещё подбросить топлива в печку чтобы утром проснуться в тепле. Мысли об утреннем происшествии я тщательно гнала от себя. Не было этого и все. Хищников особо я не боялась, для леопардов и пантер здесь уже холодно, а для барсов не хватает пока гор и снега. Змей, как мне и сказали, пока не было. Так что ночевала я спокойно. А сегодня мне предстоит пересечь узкий участок штата Оклахома, решила ехать через нее, чтобы не бегать от мормонов.
Их караван должен проехать юго-западнее, через штат Нью-Мексико... Конечно, Юта граничит с Колорадо, но их разделяет мощный горный хребет Скалистых гор. И никому в голову не придет лезть через горы, если можно объехать, хоть и кружным путем, через два штата, но по дороге.
Позавтракав запечённой рыбой (сама удивляюсь, куда столько влезло?), принялась утепляться. В фургоне было ещё тепло, когда проснулась, потом я затопила печурку, решив чайник вскипятить, и вовсе стало тепло. Но я правлю лошадьми, сидя снаружи. Поэтому обе кофты, теплые вязаные лосины, поверх брюки, куртка, сапоги с меховыми вкладышами. Шапку натянула на самые уши, теплые перчатки. Посмотрела на себя в осколок зеркала, которое Майки повесил у входа - чисто чучело! Зато тепло!
Часа через два я подъехала к небольшому пограничному переходу, дорога продолжала виться и по ту сторону. Меня спросили, куда я еду, узнав, что в Колорадо, потеряли ко мне интерес, махнули рукой - проезжай, не мешай остальным. И я покатила дальше. Дальнейшее путешествие по Оклахоме прошло без приключений. Уже вечером, когда полностью стемнело, я пересекла границу между Оклахомой и Колорадо. Остановилась на ночь у небольшой речушки под названием Санди- Крик. Уже на другом берегу высились скалистые горы, видимые даже в темноте. Кроме печки, разожгла ещё и костер, надо помыть голову и волосы, уже слишком грязные. Конечно, я понимаю, что лучше этого не делать, но куда деваться... если я хочу куда-то пристроиться в приличное место, то нельзя быть такой грязнулей. Кое-как извернулась, вымыла голову у костра, тщательно просушила длинные волосы, тогда пошла ужинать и спать.