Красно-белый. Том 4 (СИ)
Далее всё произошло очень быстро. Пока меня не накрыли, я одним касанием подбил футбольную сферу так, что она вылетел аккуратно перед воротами Ткаченко. Футболисты в белых футболках на пару мгновений застыли в полупозиции, не понимая, что в их штрафной площади происходит. А Георгий Ярцев, сделав резкое ускорение, набежал и с семи метров вдарил со всей силы. Возможно, Георгий Саныч хотел порвать мячом сетку, но на деле — этот мяч чиркнул штангу с внешней стороны и улетел к болельщикам в гости.
Однако временная неудача нас только подзадорила. И уже на 25-ой минуте Александр Заваров и Фёдор Черенков разыграли нашу фирменную комбинацию с забеганием. Заваров на правом краю стянул на себя двух футболистов гостей, Черенков пробежал за его спиной и получил отличный пас дальше, на ход. Затем Фёдор Фёдорович, обыграл на противоходе одного защитника, вышел под острым углом на ворота, выманил на себя вратаря Ткаченко и выложил мне мяч словно на блюдечке с голубой каёмочкой. И я в отличие от Георгия Ярцева бить со всей силы не стал. Я просто подставил под него внутреннюю сторону стопы и загнал футбольный снаряд, словно игра идёт во дворе, в самый уголок.
— Красаваааа, Федяяя! — заорал я и первым делом бросился обнимать Черенкова, который выполнил всю работу за меня. Честно говоря, в такой ситуации Фёдор мог забить и от деревянного столба.
— Да ладно, сочтёмся, — скромно отмахнулся от меня наш десятый номер.
— Спартак — чемпион! — запели трибуны. — Победит сегодня он!
— Два ноль — это ещё не победа, — загоготал Юра Гаврилова, когда вся наша команда пошагала на свою половину поля.
Кстати, наш балагур как в воду глядел. Потому что на 35-ой минуте мы чуть-чуть подустали и сбавили обороты. Многие и в том числе я, решили сэкономить силы на второй тайм. И тут вдоль нашей левой бровки прорвался в контратаку нападающий гостей Анатолий Зинченко, который в 90-е будет тренировать дубль «Зенита» и питерское «Динамо». Сергей Шавло пробежал за ним около пятнадцати метров и, видя, что нападающего встречает Олег Романцев, резко сбросил скорость. А Олег Иваныч вдруг купился на обманный финт ленинградца и, понимая, что сейчас Зинченко убежит на рандеву с Ринатом Дасаевым, руками повалил того на газон.
За такие вещи обычно дают жёлтую карточку и назначают штрафной. Но судья из солнечного Баку взял, и нарушение не свистнул. Мяч катится, наши защитники Пригода и Мирзоян стоят и ждут свистка. И тут второй нападающей гостей Владимир Казачёнок, резко рванув за спины наших оборонцев, прокинул мяч ещё дальше и, выйдя один на один, переиграл Дасаева, пробив в противоположную сторону.
— Гооол! — дружно заорали парни в белых футболках, погрузив болельщиков в тягостные раздумья.
«Да как же так?» — схватился я за голову и тут же вспомнил мексиканский Чемпионат мира 1986 года, когда сборная Бельгии нашим ребятам будет забивать точно так же, пока они будут стоять и ждать свистка главного судьи.
— Собрались! — закричал я. — Два один — это ещё не победа, так как игра идёт до свистка, — отчеканил я каждое слово в отдельности.
* * *Матч московского «Спартака» и ленинградского «Зенита» Николай Николаевич Озеров принялся комментировать только со второго тайма. И причиной этого была непростая дилемма — показывать трансляцию из Донецка, где играли лидеры «Шахтёр» и «Динамо» Тбилиси, либо транслировать встречу без пяти минут чемпиона «Спартака» и не хватающего звёзд с неба «Зенита». В итоге дирекция приняла соломоново решение: показать второй тайм московского противостояния и второй тайм донецкого. Почему нельзя было в эту субботу устроить для любителей спорта большой футбольный праздник, показав оба матча целиком, Николай Николаевич решительно не понимал.
— Итак, подходит к концу упорнейшая встреча московского «Спартака» и ленинградского «Зенита», — сказал Озеров, посмотрев на часы, которые были прикреплены к стене новенькой комментаторской кабинки лужниковского стадиона. — Счёт по-прежнему 2:1 впереди «Спартак» и все главные события матча случились в первом тайме. Сначала после замечательного сольного прохода счёт открыл Александр Заваров, номер 8. Затем отличился лучший бомбардир чемпионата Владимир Никонов, номер 11. Надо сказать, что в этом ему очень сильно помогли неординарные действия Фёдора Черенкова. Замечательный сезон проводит вся спартаковская молодёжь. А на 35-ой минуте один мяч отквитал лучший бомбардир команды с берегов Невы Владимир Казачёнок. Сейчас на секундомере идёт 87-я минута и «Спартак» беспрерывно атакует.
Николай Озеров отхлебнул из кружки уже заметно остывший чай, и продолжил:
— Пас Гаврилову, передача Черенкову, спартаковский игроки за счёт короткого и среднего паса переводят мяч с краю на край, выискивая бреши в обороне гостей. Но «Зенит» после перерыва удачно прикрыл фланги и теперь такого количества голевых моментов, как в первом тайме, перед воротами Ткаченко больше нет. Пас на правую бровку Александру Заварову. Неожиданно Заваров делает резкую разрезающую передачу в линию атаки. С мячом Никонов! Он обходит одного, второго, врывается в штрафную площадку, убирает на замахе защитника! И ленинградец Давыдов с нарушением правил сбивает этого футболиста московского «Спартака». Бакинский рефери Азим-Заде Эльдар Мухтар оглы уверенно показал на 11-метрвую отметку.
На этих словах дверь в комментаторской кабинке открылась, и ассистент режиссёра положил на стол небольшую записку, которая гласила, что если сейчас гол с пенальти забьёт Никонов, то он повторит рекорд Симоняна — 34 мяча в чемпионате 1950 года.
— Уважаемые телезрители, мне сейчас подсказал режиссёр трансляции, что Владимир Никонов сегодня может повторить рекорд знаменитого Никиты Павловича Симоняна, который в чемпионате 1950 года забил 34 мяча. Однако к точке подходит Георгий Ярцев. Да, молодым везде у нас дорога, а пенальти будут бить ветераны.
* * *— Ты своё потом забьёшь, — проворчал Ярцев, отодвинув меня от мяча, который я уже установил на 11-метровую отметку.
— Потом, так потом, — усмехнулся я, посеменив за пределы штрафной площади.
— Ты чё мяч уступил? — шепнул мне Юрий Гаврилов. — Ты этот пенальти заработал сам, своим дриблингом, прошёл как нож сквозь масло.
— Иногда, Юрий Васильевич, старикам лучше уступить, — буркнул я. — Сами потом такими будем.
— Больной, — хмыкнул Гаврилов.
А я потёр голень, в которую мне въехал Анатолий Давыдов и встал вместе со всеми футболистами на дугу, что примыкала штрафной линии. Голкипер «Зенита» Александр Ткаченко, который провёл отличный матч, несколько раз выручив команду, решительно посмотрел на нашего Георгия Ярцева. К сожалению, в данный момент я не видел глаз Георгия Саныча, но интуитивно чувствовал, что Гера очень и очень сильно нервничает.
«Неужто не забьёт?» — пронеслось в моей голове. И когда судья из Баку дунул в свисток, а зрители на трибунах притихли, Ярцев медленно разбежался, качнул корпусом влево, а пробил вправо. Ткаченко, поддавшись на уловку, прыгнул в левый угол. Однако мяч чуть-чуть закрутился и, врезавшись в штангу, отскочил в поле. А я, наверное, так же интуитивно уже летел на всех парах на добивание. И прыгнув вперёд рыбкой, чтобы наверняка опередить зенитовских футболистов, ударил по летящему мячу головой. И несносный упрямый мяч вонзился в сетку ворот.
— Гооол! — закричали болельщики на трибунах.
— Даааа! — заорал я и от радости, что повторил рекорд Никиты Симоняна, запрыгал на месте.
И тут же подумал: «Кто бы мне сказал год назад, что такое будет, назвал бы его психом и послал куда подальше».
Глава 11
— Что, твоя взяла? — прошипел мне в спину Георгий Ярцев, когда после финального свистка, возвестившего победу «Спартака» — 3:1, обе команды направились в подтрибунное помещение.
— Это не моя взяла, это время своё взяло, — хмыкнул я. — Не придумали ещё волшебных таблеток, которые возвращают молодость. Для невысоких и шустрых футболистов 30 лет — это критический возраст.