Завтра обязано быть (СИ)

Жизнь колонии начала возвращаться в прежнее размеренное русло. В подвешенном состоянии мы ожидали заключений этих проверок, понимая, что мало кто из сотрудников сможет избежать дисциплинарного наказания.
И так шли дни за днями. Прошло десять дней. Дима пошел на поправку, Ирина вернулась к работе, но все вечера проводила в больнице, приходя домой только ночевать. Врачи говорили, что у Димы сильный организм и планировали выписать его через несколько домой долечиваться.
  
Глава 11
Пока шли проверки, тема произошедшего неизменно была на слуху.
Обсуждались участвующие лица, причины произошедшего, последствия, которые могут иметь место после проведенных проверок.
 Эта тема была интересна всем, без исключения. Кто-то интересовался просто из любопытства, кого-то это непосредственно касалось.
Димку выписали из больницы, его состоянию уже ничего не угрожало. И мы с Иринкой решили уже наконец узнать подробности событий той ужасной ночи. Ухаживая за Димой, Ирина старалась не касаться этой темы, она понимала - для него она болезненна.
Пообщавшись практически со всеми сотрудниками дежурной смены, которая несла службу во время беспорядков, мы были ошеломлены.
Ужас накрыл нас.
…Мобильные телефоны - неизбежное зло в любой колонии и воспитательная колония - не исключение. Осужденным запрещено иметь их.
Да, конечно, хочется разговаривать с друзьями и родными в любое время, но при необходимости всегда можно позвонить с таксофона, предварительно согласовав с администрацией номер телефона, на который будет совершен звонок.
Но когда это разговоры с криминальными элементами, которые разогревают в тебе агрессию к администрации и манипулируют тобой, призывают проводить разные беспорядки? Такие разговоры по таксофону не проведешь.
Эти разговоры велись уже некоторое время, обсуждались дата, время, действующие лица как со стороны осужденных, так и сотрудников. Выбиралась дата и слабое звено.
Смены ходили в графике сутки-трое. Четыре смены, четыре оперативных дежурных и двое из них - недавно принятые и совершенно «зеленые».
Дата - у каждого отряда есть завхоз, который контактирует с администрацией и считается положительно характеризующимся. По мере освобождения, завхозы меняются. И в этот период безвластия, когда уже старого завхоза нет, а нового еще не назначили, а если и назначили, то он еще не набрал силу.
На эту дату октября все совпало.
Оперативный дежурный - один из «зеленых», ответственность большая, слабо налаженный контакт и с осужденными, и со сменой.
Пятница, зона опустеет значительно раньше, все торопятся на выходные.
Условно-досрочное освобождение завхоза одного из отрядов.
Подростки, в силу возраста, не понимали, что то, что они задумали — это преступление, а за ним следует наказание, и как правило новый срок.
Но они думали, что это круто, это по - взрослому. И ими гордятся те, кто стоит за ними. И их не накажут. Всех не накажут.
 У осужденных регулярно при обысках находят мобильные телефоны. Как они попадают на территорию? Вариантов много – телефоны пытаются и иногда умудряются передать родственники в посылках и передачах своим чадам, какие-то телефоны проносят «сердобольные» сотрудники, совершенно не думая о последствиях, некоторые телефоны попали на территорию перебросом через заборы.
Глава 12
В эти сутки оперативным дежурным заступал недавно назначенный лейтенант. Пятница, вечер. На территории только дежурная смена, проведен отбой по отрядам, каждый сотрудник занял свой пост.
Сегодня условно-досрочно освобожденный завхоз отряда номер три убыл домой. Осужденные отряда номер три были в нетерпении, дожидаться отбоя было невыносимо. Время тянулось так медленно…
Они готовились к этому дню. Сегодня они покажут всем, кто с ними не считается. Внутри медленно поднималась злоба.
 Телефонный звонок только всколыхнул всю накопившуюся муть. Звонок, который определил дальнейшие события.
Звонок, который дал отмашку. И индульгенцию на будущие неблаговидные поступки.
Новый, только назначенный на должность завхоз, не мог повлиять на действия осужденных отряда.
Наконец…Не успела хлопнуть входная дверь, закрываясь за помощником дежурного, проводившего отбой, как пятнадцать осужденных вскочили со своих спальных мест. Натягивая на себя одежду, они возбужденно переговаривались вполголоса.
Схема действий была уже неоднократно обговорена. Решимость достигла своего апогея. И стараясь особо не шуметь, чтобы не привлекать внимание с улицы, они ломали прикроватные табуреты. Они не могли идти туда с пустыми руками.
Осторожно выйдя из отряда, не включая свет, они гуськом дошли до двери локального участка. Один из них достал из кармана ключ от этой двери. Он заранее позаботился об этом, вытащив ключ из кармана у кого-то из дежурной смены. Ведь не пойман –не вор.
Открыв дверь, они так же тихо, гуськом, в темноте, стали передвигаться в рядом расположенный отряд номер четыре. Им было важно, чтобы их передвижения не были замечены.
Так же тихо они открыли ключом дверь локального участка отряда номер четыре и прошли до двери в отряд. Постояв пару минут и выдохнув, они резко открыли входную дверь и включили свет.
Быстро добежав до спального помещения, они со всей дури начали бить по лежащим под одеялами телам. Кто-то успел соскочить с кроватей и пытался дать отпор, защищаясь табуретами, кидая в них все, что было под руками.
Оператор поста видеонаблюдения наконец заметила, что в спальном помещении происходит потасовка. Доложив дежурному, она зафиксировала происходящее.
Ближе всех к отряду номер четыре находился помощник дежурного, который возвращался в дежурную часть с обхода. И дежурный, попросив его проверить обстановку в отряде, выдвинулся сам.
Не воспринимая ситуацию в серьез, помощник дежурного вразвалочку неторопливо входил в отряд. Он думал, что одного его слова будет достаточно и ситуация разрешится.
Уже находясь в отряде, дикая боль в плече остановила его и в следующий момент рука повисла плетью вдоль тела. Он удара в плечо, табурет развалился на части.
Как такое может быть? Как они посмели?
И в следующую минуту от удара по голове он потерял сознание.
Глава 13
…Когда он очнулся, первое, что он почувствовал –это боль. Боль в плече, головная боль. Где - то издалека поднывала левая рука.
Вот гадство то. Ему оставалось подежурить четыре смены, каких-то четыре смены. А дальше отпуск, купленные билеты приятно грели душу. Какой к черту отпуск? Он с отчетливой ясностью начал осознавать происходящее. Он начал понимать, что отпуск может не наступить НИКОГДА.
Нужно что-то делать. Нужно немедленно что-то делать.
 Он огляделся, в спальном помещении с ним было только несколько человек. А где остальные? Куда они пошли? И что происходит?
Спальное помещение было разгромлено, повсюду на полу виднелись вываленные из тумбочек предметы, ящики сиротливо торчали из них. Тут и там лежали опрокинутые на бок или перевернутые кровати, разбитые табуреты были свалены в кучу. Повсюду виднелись следы крови.
Он пытался выдавить из себя слова, но смог выдавить лишь хрип. Один из осужденных принес ему стакан воды. Смочив горло, он смог выдавить из себя: «Что происходит?» Не получив ответа, он попытался встать.
Голова кружилась, но мысли выстраивались в четкие ряды. «Надо сообщить руководству. Надо дойти до дежурки.» - он ощупал место, где обычно висела рация и не обнаружил ее. Сунув руку в карман, не обнаружил и ключей. Понятно. Перевернувшись на колени, он стал медленно подниматься. Держась за стенку, он выпрямился и стал передвигаться к двери мелкими неуверенными шагами.
  
- Стой! - услышал он, - Ты никуда не пойдешь. Ты - заложник, ты - наша гарантия, что нас не тронут, – пара осужденных подошли к нему сзади и взяли под руки. Сил сопротивляться не было. Они посадили его на стул и подумав, привязали к стулу импровизированной веревкой из порванной на полосы простыни.