Завтра обязано быть (СИ)

И конечно, гораздо лучше разбавить нашу компанию кем-либо из проверяющих. Тем более, что Мадам любит пробовать свои чары на приезжающих. Вдруг кто-то когда-нибудь да пригодится.
Глава 8
       К вечеру я уже сидела как на иголках.
Милый давно подъехал и курсировал на улице перед штабом. Заходить он не захотел, а я этому была рада, поскольку выслушивать потом недовольное бурчание Мадамы о том, что посторонние отвлекали ее от работы своим присутствием, было выше моих сил. Хотя, я была в этом абсолютно уверена, при нем она бы лучилась добродушием.
  
Что ж, такова сущность Мадам, ее не изменишь.
       Вечер с Милым мы решили провести, вкушая под приятную музыку, приготовленные специально для нас блюда. Готовить не хотелось. Нервная система была перегружена, требовалась перезагрузка. Тем более что я решила не беречь нервные клетки Милого и рассказывать ему всю правду-матку о себе, своей работе и своих чувствах: на сытый желудок это будет делать легче.
В городе была целая куча кафе, но одно из них было очень приличное даже по меркам большого города. Туда мы и направились.
Вечер был великолепен, еда вкусная, мы общались, шутили и наслаждались обществом друг друга. Заиграла живая музыка, Милый закружил меня в медленном танце. Как давно мы не были такими счастливыми. Портить такой замечательный вечер не хотелось, и я отложила свои откровения на потом.
Когда-нибудь потом.
Когда наступит удобное для этого время.
Завтра пятница и окончательно будет известно, поеду ли я гостить к родителям. Нужно выспаться, чтобы голова была ясной.
…А наутро нам сообщили, что ввиду того, что нужно подготовить достаточно объемные пакеты документов на осужденных, участвовавших в беспорядках, суббота и воскресенье объявляются рабочими днями для всех сотрудников.
Поскольку стало понятно, что поездка к родителям не состоится, я уточнила у Милого, будет ли он проводить выходные со мной или поедет домой, уточнив, что в выходные дни я работаю.
Но смысла ему оставаться не было и он, заехав ко мне на работу, убыл. Когда я провожала его, внутри царапали кошки, хотелось плакать. Но, понимая, что, если бы вдруг я сейчас бросила свою работу и свою нынешнюю жизнь, я очень бы пожалела об этом.
Глава 9
Выходные прошли как обычные рабочие дни. С той только разницей, что я могла свободно звонить Ирине, в любое удобное для меня время. И она неизменно отвечала мне, что дела лучше, пусть на крошечку, на миллиметр, но лучше. И я радовалась за Димку вместе с ней.
За изучением личных дел осужденных, проверяя вложенные в них выписки из приказов о профилактическом учете, поощрениях, постановлениях о дисциплинарных взысканиях, мы с воспитателями провели практически весь день. Едва закончив, занялись обновлением характеристик с учетом дополненной информации. Впереди еще была проверка дневников индивидуально-воспитательной работы с осужденными.
Объем работы очень большой, некогда даже отвлекаться на еду. Голод запивали мерзким растворимым кофе с сахаром. После него есть уже не хотелось.
Нашу колонию после произошедших событий поставили на особый контроль.
Проверки не прекращались. Каждую неделю приезжала новая проверка. Каждая новая проверка рождала новый план работы.
За период проверок набралась целая куча таких планов, которые надо было отрабатывать согласно установленных сроков.
Мы уже начали узнавать в лицо проверяющих, поскольку многие из них бывали у нас регулярно.
И, конечно, в этот период нас посетил Горин.
С той истории, когда я обратилась к нему за помощью он периодически звонил мне. И если первый раз он звонил узнать, довольна ли я тем, что дело замяли, то потом это были разговоры, совсем не связанные с работой.
Он расспрашивал меня о моих интересах, о планах на будущее, о родителях и прочем другом. И чем больше я рассказывала, тем больше у него появлялось новых вопросов. Мне был приятен такой искренний интерес к моей жизни.
Он приехал под вечер и, пока он совместно с начальником колонии, совершал обход по зоне, мы ожидали их на рабочих местах.
Ждали мы долго.
Хотелось домой.
Хотелось есть.
По окончанию обхода, личный состав был собран в актовом зале и подведен итог общий всех проверок, которые у нас проходили. Рабочий день закончился так поздно, что, придя домой, есть уже не хотелось. Хотелось спать и как можно скорее.
На следующий день после утренней оперативки я получила смс с номера Горина. Он предлагал встретиться там же, за штабом.
Когда я подошла туда, он уже ждал меня, нетерпеливо поглядывая на часы.
Что он хотел обсудить со мной, я не представляла. Но думала, возможно, это касается той давней истории с фотографиями.
Но я ошибалась. Как только я подошла, он, сразу, не затягивая, обратился ко мне:
- Я хочу предложить Вам перевод в Главк. – Предложение было настолько неожиданным, что я растерялась. Зачем мне переезжать? Работа в колонии меня вполне устраивала. А история, случившаяся недавно, только придала мне уверенности, что мы делаем нужную и важную работу. Я пожала плечами.
- Не отказывайтесь сразу. Работа в маленькой колонии маленького города явно не для Вас. Вы достойны большего! Что Вы имеете здесь? Работа с зеками, которые в любой момент могут что-нибудь выкинуть? Разве это работа для женщины? Особенно такой, как Вы? - он замолчал. Предложение было настолько исчерпывающим, что больше добавить к нему было нечего. Но он добавил.
Увидев немой вопрос в моих глазах, он взял мои руки в свои и, заглядывая мне в глаза, проникновенно сказал:
-Вы мне нравитесь. Очень. И я не хочу, чтобы с Вами случилось что-нибудь плохое.
Я не знала, что ему ответить. Он думал, что мое «нет» может сталь «да».
Конечно, мне было лестно его предложение. Конечно, мне было приятно слышать такое внезапное признание. Но я не знала, что мне с этим делать.
Он дал мне время подумать и распрощался со мной.
Глава 10
С кем мне обсудить эту ситуацию и посоветоваться?
 С Ириной? Но мы в последнее время так редко видимся, она сейчас нужнее Диме.
С Милым? Он не поймет! Да еще и ревновать начнет. И то, что я не давала совершенно никакого повода, его бы совсем не смутило.
С мамой? Но я предпочитала не обсуждать с ней ситуации, которые бы могли ее травмировать.
Получается, не с кем. Что ж, я и сама знаю ответ. Пока я не хочу никуда переезжать.
В один из вечеров, не дождавшись моего звонка, Горин набрал меня сам. Уточнив дежурно, как дела в колонии, он сразу перешел к делу и спросил у меня, что я решила.
Я понимала, что Горин старался ради меня.
Но мне было невыносимо, душно от всей этой ситуации, и я вынуждена была ему отказать. Ведь перевод в Главк именно сейчас звучал как предательство. Как я могу думать о карьере, когда в колонии такое произошло?
Как могу бросить Иринку сейчас, наедине с ее болью? А если это повторится? А если с ней что-то случится…Я не смогу с этим жить…
Возможно, он услышал какие-то нотки сомнений в моем голосе, а может по каким-то другим причинам, но он ответил, что его предложение будет открытым и я могу в любой момент принять его. А приняв, сразу набрать его. И он все порешает.
 Не знаю, зачем ему это нужно. Размышлять и додумывать за него я не хочу, поэтому оставлю все как есть.
Время летело. Вскоре на территории в штатном режиме вновь заработали санчасть, школа, столовая. Только теперь женщины заходили в сопровождении сотрудников мужского пола.
  
Все сотрудники вернулись из отгулов, кроме Ирины, она умудрилась уговорить руководство дать ей еще дни в счет отпуска. Она надеялась, что за эти дни ему станет легче и он уже не будет так нуждаться в ее круглосуточном наблюдении.
Оказание практической помощи сотрудников из других учреждений закончилось почти одновременно с прекращением проверок.