Укрощение воровки (СИ)

— Клянусь, что говорю правду, только правду и ничего, кроме правды!
Саша тихонько засмеялась и облегченно выдохнула.
— Рамиль, спасибо вам, еще раз. Не подумайте, что я уговариваю оставить Диану потому, что она моя сестра…
— Знаю, знаю. Вашу пламенную речь слышал не только Макс.
Улыбка сползла с лица Саши, но Рамиль коснулся ее подбородка пальцами и заставил посмотреть в глаза.
— Вижу, снова собираетесь плакать. Чтобы этого не случилось, мы с вами распрощаемся на этой высокой ноте, — и тут телефон в его кармане запиликал. Рамиль достал телефон, закатил глаза и ответил на звонок. — Большой брат следит за мной, да, Макс? — хохотнул он. — Ладно, не рычи. Бегу я, меня тут задержали… — глянул на Сашу и улыбнулся: — Приятные хлопоты. Ладно, я побежал, Александра, пока Макс не послал поисковую команду. И не забудьте, завтра с семь. Я буду ждать вас, — прокричал он на бегу в сторону кабинета.
Саша помахала рукой высокой удаляющейся фигуре. С задумчивой улыбкой вышла из бизнес-центра, почти вприпрыжку спустилась по широкой лестнице. Добро всегда побеждает зло, надо это помнить. И еще, люди с такими добрыми глазами, как у Рамиля, не могут врать, поэтому Саша ему верила. Он не допустит, чтобы Диану уволили. Правда, стоило вспомнить старшего Власова, как сердце сжала корявая рука ледяного страха. «Добрый брат победит злого», — повторила про себя Саша.
И вспоминая добрые и красивые глаза Власова, Саша верила, что именно сегодня она встретила судьбу и любовь всей жизни.
  
Эпилог
 
— Согласны ли вы…
— Так точно!
— Отставить!
— Виноват, товарищ генерал-майор!
— Придется начать с начала, — Арсеньев, насупив брови, посмотрел на сияющего Рому. Все же сменил гнев на милость, и вновь зачитал полагающиеся вопросы.
— Согласны ли вы, капитан первого ранга, Львов Роман Алексеевич, взять в законные жены Асланову Диану Михайловну, быть с ней и в горе и радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии?
— Согласен.
— Согласны ли вы, Асланова Диана Михайловна, взять в законные мужья Львова Романа Алексеевича, быть с ним и в горе и радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии?
— Согласна.
— Если вы тверды в своем решении, то я с радостью объявляю вас мужем и женой. Капитан Львов, куда полез целовать невесту без приказа начальства? Ай, Бог с вами, целуйтесь…
Гуляли три дня и три ночи. Первый день в узком кругу родных, потом кругу близких друзей, потом сами вдвоем, счастливые и неверящие в связывающие их законные и священные узы.
Как бы Диана ни отказывалась, мама заставила купить два платья, за что сейчас Диана была ей глубоко благодарна. Если в первый день она была в пышном платье невесты, то во второй надела более свободное платье коктейльного типа. А на романтичный ужин дома Диана надела наряд, который купила Саша и успела засунуть в один из чемоданов, которые Диана с Ромой перевезли из родительского дома в его… их городскую квартиру.
Диана вышла в зал и замерла на пороге. Рома полулежал в низком кресле, у панорамного окна, прикрыв глаза, с бокалом в руке. На нем была белая рубашка с расстегнутым воротом и темно-синие брюки со стрелочкой. Красивый, высокий, притягательный, Роман был для Дианы самым прекрасным мужчиной на свете, и ей все еще казалось чудом, что их с Ромой пути, которые могли не пересечься никогда, оказались так тесно сплетены.
— Иди ко мне.
Оказывается, пока Диана стояла на пороге, украдкой и задумчиво разглядывая Рому, то же самое делал он, прикрыв глаза, наблюдал за ней в полутьме темнеющих сумерек за окном.
Диана подошла ближе и увидела привычный, но не менее будоражащий взгляд Романа на себе. Все тот же жадный, голодный, горячий взгляд, прожигающий насквозь и пробуждающий ответный огонь желания.
— Ты невероятно красивая, — прошептал Рома, оглядывая ее темно-бордовое длинное платье до пят на тонких бретельках, с кружевными вставками на груди и на подоле. Диана распустила волосы, сняла макияж и украшения, желая быть рядом с Романом такой, какая она есть. Но он все равно смотрел на нее с тем же вниманием и жаром, что и раньше, а может даже еще жарче.
  
Роман протянул Диане руку, и она вложила в ладонь пальцы. Было непривычно чувствовать на своем безымянном пальце обручальное кольцо, но еще непривычнее было видеть такое кольцо на темном пальце Романа.
Рома слегка потянул к себе, и Диана покорно подошла ближе, а затем села к нему на колени, устраиваясь так, как любила — перекинув ноги через его бедро, а щекой прижимаясь к широкой груди, поддерживаемая крепкой рукой за спину.
— Красивый вид, — сказала Диана, глядя на погружающийся в сумерки город.
— Тебе нравится тут жить?
— Конечно.
— Я просто подумал… Знаешь, в доме твоих родителей очень уютно и приятно находиться. Вокруг природа, нет шума машин, вечного движения. Нет быстрой доставки китайской кухни, или молодежи, гуляющей под окном до самого утра. Я-то ко всему этому привык. Но как же ты? Ты всю жизнь провела за городом, и сейчас я насильно привез тебя сюда. Я подумал, может, поищем какой-нибудь домик в пригороде? Я каждый день буду отвозить тебя на работу, вечером вместе возвращаться. Без соседей за стенкой, и чистый воздух круглый год.
Роман говорил тихим голосом, задумчиво глядя на огни города за окном.
— Ром, мне хорошо там, где ты. И не важно, городская квартира или частный дом, иглу в тундре или шалаш на Сахаре. Да хоть в мчащемся на полном ходу вагончике, — улыбнулась Диана. — А еще, я привыкаю к жизни в большом городе. Не надо добираться по два часа на работу и обратно. Если не купил хлеба, так рядом магазин 24/7. Зимой не надо топить печь, а летом натягивать сетку от комаров и мух.
Рома посмотрел на Диану.
— Мы можем купить дом со всеми удобствами. Центральное отопление, водопровод, канализация.
— Но мухи и комары не поддаются приказам, даже капитана первого ранга, — улыбнулась Диана. — Знаешь, этот город невозможно представить без тебя, а тебя невозможно представить без этого города. Я пока только привыкаю к жизни тут, но мне уже нравится. Пусть пройдет некоторое время, а там будет видно.
— Когда будут дети, нам все равно придется расширяться, — сказал Рома и Диана счастливо улыбнулась.
— А ты бы хотел?
— Спрашиваешь? Да я мечтаю об этом. И причем уже очень-очень давно.
— Я тоже хочу, — прошептала Диана. Роман склонился и поцеловал ее.
Диана крепко обняла мужа, раз за разом мысленно благодаря судьбу за их встречу. За невероятное путешествие, что они прошли вдвоем. За нереальное стечение обстоятельств, которое свело их вместе.
В квартире стояла умиротворяющая тишина. Не нужна музыка или шумиха, громкие разговоры и признания вслух. Именно так должно звучать счастье — полная тишина и лишь дыхание любимого человека рядом.
Конец