Укрощение воровки (СИ)

***
— Здрасьте. Извините, я ищу… у меня тут на бумажке написано… вот… господина Власова.
— Я Власов, которого вы ищете.
Саша ступила в кабинет и замерла на пороге. Это действительно тот, кого она искала. Саша знала, да, она всегда знала и верила, что именно так произойдет встреча с судьбой — сердце замрет, голос пропадет, а ноги прирастут к полу. Потом сердце заполнится светом и счастьем от взгляда этих глаз — выразительных, теплого карего цвета, обрамленных густыми ресницами. И в ответ на широкую, открытую улыбку губы Саши растянулись в ответной улыбке, а щеки налились румянцем.
— Меня зовут Александра. Моя сестра, Диана Асланова, просила передать эскизы. Вот.
Саша протянула руку с тяжёлой папкой, и мужчина сделал шаг навстречу. Глаза в глаза, улыбкой на улыбку, еще шаг, еще ближе… как вдруг папку выхватили из рук так резко и грубо, что Саша оставалось только хлопать глазами и застыть с приоткрытым ртом.
— Эскизы запрашивал я, тот Власов, который вам нужен.
Саша перевела взгляд с одного Власова на другого. И если тот, на кого она засмотрелась с порога, был красивым и привлекательным парнем, высокий, худощавый, в модной рубашке и скинни на низкой посадке, второй Власов был суров, хмур и широкоплеч, облаченный в черные брюки и белую рубашку.
— Ой, извините, — улыбнулась ему Саша, но не получила в ответ даже взгляда. — На ресепшен мне не сказали вашего имени, да и у сестры я не спросила, вот и попутала.
— Если что, я тот Власов, который Рамиль! — провозгласил парень и протянул Саше ладонь, которую она робко пожала. — А вас, извините, не расслышал…
— Александра.
Это имя произнесли одновременно сама Саша и старший Власов. Саша моргнула от удивления, а мужчина с хлопком кинул папку на стол и бросил Саше:
— Свободны.
Свободна? Свободна?! Да как он смеет с ней так говорить! Щеки Саши залила густая краска от бессильной злости. Папа и мама всегда учили, что отвечать на подобные выпады низко и невоспитанно, но впервые в жизни она готова была поступиться этими уроками.
— Эй, Макс, ты чего рычишь? — отшутился Рамиль и подмигнул Саше. От этого милого жеста сердце вновь наполнилось светом и радостью. — Не обижайтесь, Александра, на моего брата. На самом деле, я и Максим безмерно вам благодарны за хлопоты. Эскизы вашей сестры очень нас заинтересовали.
— Я так рада за Диану, — улыбнулась Саша. — Надеюсь, они вам понравятся, Диана вложила в них всю свою душу.
— Слышишь, Макс? Всю свою душу, — повторил Рамиль с нажимом.
— С каких пор мы говорим о делах в присутствии посторонних? — спросил Максим, сосредоточенно изучая что-то в бумагах. Сашу кидало из стороны в сторону, от невообразимой злости к Максиму Власову за намеренное игнорирование, до благодарности к Рамилю Власову за поддержку.
— Но она не совсем посторонний, а родная сестра Дианы, чьи работы мы будем печатать в новогоднем выпуске.
— Я не принял окончательного решения, это раз. Проводи Александру к выходу, это два.
— Простите, но вы не можете так поступить.
Это сказала Саша. Дрожащим, высоким, но громким голосом. И когда Максим повернул голову в ее сторону и пригвоздил к полу арктически-ледяным взглядом, Саше показалось, что язык, и вообще все тело, перестали слушаться, и она окаменела от страха, что осмелилась возразить такому человеку.
«Ты обязана заступиться за сестру!», — подбодрила себя Саша и сказала:
— Диана не только моя сестра. Она еще невероятно талантливый, трудолюбивый и честный человек, педантичный работник, с высоким уровнем самокритики. Диана добрая и умная девушка, которая создавала свои книги с любовью и вкладывала всю душу. Не спала ночами, и часами ходила на рынке, искала материалы, и ни разу ни одного дела не оставила на полпути. Поэтому ваше решение может стать ударом не только по ее таланту, но и по будущему. Пожалуйста, подумайте над этим перед принятием решения.
Саша замолкла, и струйка холодного пота потекла меж лопаток. Во рту пересохло, а дыхание застыло где-то в груди от того, с каким равнодушием Максим Власов смотрел на нее.
  
— Закончила? — тихо и вкрадчиво спросил он, и Саша смогла только кивнуть. — Тогда выйди и закрой дверь с другой стороны.
У Саши появилось ощущение, словно ей надавали пощечин, хлестких, не оставляющих следов на лице, но выжигающие раны в душе.
— Эй, эй, давайте поостынем, — Рамиль вскинул руки, но Саша резко развернулась и вылетела из кабинета, сдерживая рвущиеся наружу рыдания. С ней никто никогда так не говорил! И никогда ей не приходилось сталкиваться с настолько злым и черствым человеком!
Саша уже дошла до лестницы, когда услышала за спиной шаги. В отчаянном испуге, что это страшный старший Власов гонится за ней, Саша обернулась. Но это был Рамиль, с развевающимися кудрявыми волосами, обрамляющими бледное одухотворенное лицо.
— Александра, пожалуйста, подождите. Позвольте мне извиниться, — проговорил Рамиль. — Макс всегда был такой, будто родился в деловом костюме. Черт, я-то попривык к нему, но всегда забываю, как подобное поведение выглядит со стороны. Пожалуйста, простите его, меня, нас!
Саша всхлипнула и вытерла слезы рукавом. Рамиль достал из кармана чистый отглаженный платок, с тонким ароматом вкусных духов, и протянул ей.
— Пожалуйста, только не плачьте. Страшный серый волк того не стоит. Зачем вам портить такие красивые глазки слезами? А нос? Посмотрите только на него! Когда вы вошли, я сразу влюбился в ваш красивый ровный носик. А сейчас он похож на красную кнопку запуска ядерной ракеты.
Саша не выдержала и засмеялась сквозь слезы. Отдышалась, вытерла слезы и улыбнулась Рамилю дрожащими губами.
— Спасибо вам большое, вы очень и очень добры ко мне. Вы ведь меня даже не знаете, но стоите тут и успокаиваете нюню. Теперь еще и платок ваш стал похож на прожёванную скатерть. Я бы с удовольствием его постирала и вернула, но, боюсь, сюда я больше не вернусь…
— А давайте сделаем так. Вы забираете платок, и вернете мне его при нашей следующей встрече. Договорились?
— Но как я вас найду? Нет, если вы мне скажете адрес, я, конечно, приеду, куда надо, привезу…
— Хм, я думаю, что завтра в семь вечера я буду в кофейне на углу пятой и восьмой улиц.
Саша подняла взор, и смущенно покраснела, когда до нее дошел смысл сказанного.
— Я не хожу на свидания с незнакомыми парнями.
Рамиль, безусловно, завладел ее сердцем с первой секунды, но она девушка и должна держать марку.
— Окей. Пусть это будет не свидание, а… взаимовыгодный обмен.
Саша вопросительно приподняла брови и Рамиль пояснил:
— Вы мне платок, а я вам решение о работе вашей сестры.
Диана! Эскиз! Печать! Максим Власов! — вспыхнуло в голове, и Саша прикрыла рот ладонью.
— Ее уволят, да? Скажите правду, ваш брат ее уволит? Боже, Диана этого не переживет! Она только-только начала вливаться в работу, так любит ее, днем и ночью готова тут находиться, и если ее уволят…
Саша готова была вновь удариться в слезы, но Рамиль успокаивающе и мягко похлопал по дрожащим плечам.
— Александра, я клятвенно обещаю, что не допущу этого.
— Но… Ваш брат…
— Я с ним разберусь.
Саша с сомнением посмотрела на молодого парня и тот улыбнулся.
— Сомневаетесь в силе моего духа? Думаете, я не смогу дать ему отпор?
— Нет, что вы, Рамиль. Я вовсе не это имела в виду.
— Ну и хорошо, потому что я сам в себе сомневаюсь, — признался Рамиль, и Саша не могла не улыбнуться озорному блеску в добрых глазах. — Но, поверьте, я знаю нужные рычаги, на которые надо нажимать. Я уговорю Максима. Поверьте, такое с ним не впервые. Он приезжает, устраивает разносы, и сваливает по своим делам, а жизнь возвращается в прежнее русло, и никто никого не увольняет. Тем более я, с прошлой недели официально трудоустроенный исполнительный директор, не пойду на такое.
— Правда? — выдохнула Саша, и надежда, что с Дианой все обойдется, вновь проснулась в ней. Рамиль поднял правую ладонь, напыжился и провозгласил: