По ту сторону (СИ)

— Для чего и зачем она это сделала? — я пребывал в недоумении. — И ещё, судя по тому, как она прибрала останки, ей не в первый раз приходится это делать…
Женя молчал, подпер подбородок рукой.
Женщина в самом деле выглядела поднаторевшей в уборке трупов. Вначале она собрала в мешок крупные куски, затем смела мелкие части в кучу, выглядело это просто-напросто… будто она занималась привычной домашней уборкой.
Пока мы разговаривали, от дверей раздались шаги. Я бросил взгляд и увидел дрожащую от страха Ксению. Она, должно быть, впервые столкнулась со столь жутким зрелищем — её лицо побелело как бумага. Девушка на ватных ногах подошла и села рядом с Евгением, закрывая рот рукой, чтобы не проронить ни звука.
Я как раз собирался сказать что-то ещё, но тут заметил, как Женя повернулся и тепло сказал, обращаясь к Ксюше:
— Милая моя девочка, не надо бояться, я не дам тебе умереть.
Ксения часто-часто закивала, и, вообще, судя по её виду, единственное, чего она сейчас хотела — это свернуться калачиком на груди Евгения и там уснуть. Девушка спросила, указав на меня:
— Сестрица, а он — тоже твоя работа?
Работа? Я, услышав это слово, застыл с открытым ртом.
— Нет, он — нет, — ответил Женя. — Он мой парень, мы вместе будем тебя защищать.
Ксения вздохнула с явным облегчением, и, глядя на меня в ее глазах прибавилось доверия.
Я же, которого назвали «парнем», вдруг почувствовал себя неловко. Разумеется, это ощущение продлилось всего мгновение, поскольку я тут же вспомнил весьма важный факт…
Смотря на Женю, переодетого в девушку, мне вдруг стало, интересно, как я сам выглядел в мире за дверью.
Евгений всё утешал Ксюшу, а я в это время отошёл на минутку в туалет, где и нашёл зеркало, в котором увидел абсолютно незнакомое лицо.
В зеркале на меня смотрел молодой парень с правильными формами лица, с ярко голубыми глазами. Прямой нос, уголки губ чуть приподняты. Лицо совершенно не агрессивного человека.
Покрутив головой в зеркале и осмотрев себя со всех сторон, я прошептал себе под нос:
— Эх. Ну, хотя бы не урод.
Увидев, наконец, свой облик, я вернулся из туалета в зал. К тому времени Ксения уже заметно успокоилась. Неизвестно, как Евгению удалось её утешить.
— Кстати, я должна вам кое-что сказать, — произнёс Евгений. — На случай, если тройняшки спросят вас, как их зовут, я оставила на них метки.
— Какие еще метки? — я немало удивился его словам.
— Очень мелкие блёстки, которые видно только на свету, — ответил Евгений. — У кого блестит плечо, та — Вера. На голове блёстки у Любови, а девочка, на которой нет блёсток — Надежда. — Он пожал плечами. — Конечно, теперь, когда их стало меньше, узнать ещё проще.
— Когда ты это провернула? — спросил я.
— Когда они представились в первый раз. Я решила, что это крайне важная информация. Если спросят вас, не ошибитесь, — ответил еле слышно Евгений
— Стоит ли делится этим с остальным? — спросил я.
Женя покачал головой:
— Пока не стоит. Если не можем быть уверенными, друзья они или враги, лучше изначально воспринимать всех без исключения как врагов.
Ксения после разговора отправилась в туалетную комнату, и я воспользовавшись её отсутствием, спросил Евгения, что называется «работой».
Женя с неохотой, но все ответил:
— Просто есть люди, которые за деньги нанимают меня как телохранителя, — он указал в направлении туалетной комнаты. — Вот она. Выглядит заурядно, правда? А в реальном мире — знаменитая певица. Ты наверняка слушал ее песни и не раз.
Значит сюда и не простые смертные попадают, — промелькнуло у меня в голове.
— Она тоже уже не в первый раз за дверью, — понизив голос, сказал Евгений. — Поэтому, помимо здешней нечисти, следует опасаться также и членов своей же команды. — На этом он замолчал, потому что в зал вошёл кто-то ещё.
Я обернулся и увидел Татьяну и остальных.
— Вы что, правда едите? — холодно бросила Таня. — Только позавидовать такому хладнокровию.
— Лучше наесться и жить себе спокойно, чем превратиться в голодного призрака, — Женя тонкими пальчиками взял хлебный тост и откусил так, что совершенно безвкусная пища стала казаться для окружающих деликатесом. — А ты не хочешь?
 
Татьяна не успела ничего сказать, когда Семен рядом с ней закивал:
— Давайте. Я тоже проголодался.
Так что все сели за стол и принялись жевать пустой хлеб.
— Сегодня ночью наверняка что-то случится, — сказала Татьяна, потирая плечо. Синяки, которые на нём остались, выглядели очень болезненными. — Будьте осторожны, по возможности не покидайте комнат.
— Кто же всё-таки убил девочку? — дрожа от страха, спросил Геннадий Иванович. — Это ведь не мог быть кто-то из нас? — Мужчина тут же вздохнул с облегчением и тихо добавил: — Хорошо, что я живу один.
Остальные сразу заметно помрачнели, особенно Семен и Слава — мужчины вовсе бросили друг на друга настороженные взгляды.
— Не стоит так переживать, это наверняка дело рук не человека, — разрядив обстановку сказал Женя. — Если бы её убивал человек, девочка должна была звать на помощь, верно? К тому же, мы все находились на этаже. Как вышло, что подобное происшествие не произвело ни малейшего шума?
В его словах очевидно присутствовало разумное зерно, и остальные немного успокоились.
Татьяна глянула на Геннадия Ивановича и вдруг поинтересовалась у него:
— Кстати, забыла спросить, что ты увидел тогда в тумане?
Мужчина от её вопроса побледнел и долго мялся, прежде чем хрипло выдавить фразу:
— Сплошь… ходячие трупы.
Все тут же замолкли.
Я про себя возрадовался, что не осмелел настолько, чтобы бросать вызов туману. Геннадия Ивановича сказал всего три слова, но и этого хватило, чтобы каждому на ум пришли адски жуткие картины.
Как раз в разгар обсуждения вновь появилась мать тройняшек. Никто не заметил, когда она вернулась, но на ней уже был новый фартук тёмного цвета, а в руках женщина держала большую супницу.
Содержимое посуды парило горячими клубами.
Женщина сказала:
— Вы, должно быть, проголодались? Я приготовила для вас вкусненького, — она подошла к столу и поставила супницу. — Пробуйте скорее.
Внутри оказался суп, в котором плавали свежие кусочки мяса, источающие аппетитный аромат.
Но никто из сидящих за столом, увидев мясо, не протянул тарелку и не притронулся к лежке, тут же болезненно помрачнев.
Оказавшись в этом мире, мы уже успели несколько раз оценить готовку мамы тройняшек.
Но каждый раз имелась одна особенная деталь — все блюда были, можно сказать, практически вегетарианскими, без кусочка мяса или рыбы. Даже яйца считались роскошью… Ксения однажды недовольно высказалась по этому поводу.
Но сегодняшний обед оказался исключением — в слегка мутноватом супе плавали свежие мясные кусочки аппетитного коричневого цвета. В нос сидящим за столом проник густой аромат, и если бы не увиденная только что страшная картина зверского убийства, возможно, у нас бы уже закапали слюнки.
— Ешьте, ну же! — сказала женщина. — Почему же вы не едите? Я ведь специально для вас приготовила. — Её волосы немного растрепались, лицо растянулось в вызывающей исключительно неприятные эмоции улыбки. Стоя у стола, она прошептала: — Очень вкусно.
Аромат супа манил каждого из нас, но у каждого из сидящих за столом зародилась довольно жуткая мысль… из какого мяса он сварен.
— Что же вы не едите? — женщина всё продолжала недоумевать. Затем, заправив волосы за уши, она первая схватилась за половник, и налили себе в тарелку суп, зацепив оттуда куски мяса. — Очень вкусно.
Она запихнула кусочек мяса в рот и принялась пережёвывать белоснежными зубами, аппетитно и со вкусом.
Ксюша опять закрыла рот ладонью — судя по лицу девушки, на неё вновь накатила тошнота. Остальные выглядели не лучше. Но женщина будто бы и не замечала, она зацепив ложкой очередной кусочек мяса, с огромным удовольствием также запихнула его в рот, громко глотая.