Измена. С тобой или без тебя (СИ)
— Бахилы не забудьте надеть! — крикнула вдогонку Павлу и Мире старшая. — В коробке там на столе лежат!
Павел вытащив из кармана шубы бахилы вскинув руку показал, что у него есть с собой. Ну, а как иначе?! Он посещает и больницы, и детские дома, а какой дед Мороз, да без валенок? Если везде снимать, то дети не поймут. Вот и носит с собой преизрядный запас бахил.
— У меня все с собой! — ответил он подражая голосу сказочного волшебника. — Хо-хо-хо!
Подойдя к дверям отведенной для больных детей комнаты в другом крыле здания, Павел поставил посох к стене, и, присев на корточки надел Мире бахилы. Выглядело все так, словно Принц примеряет своей Золушке хрустальную туфельку. От этой мысли Мира чуть не рассмеялась. Она вполне могла и сама это сделать, но руки у нее были заняты коробкой с пожарной машиной и кулечком сладостей для мальчика.
— А маски нужны? — спросила Мира подавая вторую ножку в белом сапожке.
— Если ты боишься подхватить вирус, то да.
Сердце Миры предательски екнуло. Ей не хотелось пугать мальчика закрытом на половину лицом, но с другой стороны сейчас она была беременна, и очень волновалась, что если заболеет, то это как-то отразится на малыше.
— А чем он болен? — прошептала она.
— Простуда, — махнул рукой Павел, вытаскивая из кармана упакованную маску. — На спор с ребятами снежки ел.
Мира покачала головой. Вот же, а! Снежки он ел, да еще и на спор.
— Ладно, не надо маску, — приняла она решение. Все-таки простуда, это не грипп и не краснуха, вдруг пронесет.
Павел кивнул, спрятал маску в карман, взял свой посох, и трижды постучав им об пол, раскрыл дверь.
— Так-так-так! — пробасил он, проходя в палату, и щелкая включателем. В комнате сразу же стало светло, хоть все так же по больничному неуютно. — И где у нас мальчик Сеня?
Мальчик лет пяти-шести чуть ли не кубарем скатился с подоконника, и сверкая глазенками замер в восторге.
— Снегурочка! — прошептал он сложив руки под подбородком. — И дед Мороз! Вы пришли! Пришли!
— Да, малыш, мы пришли, и подарки для тебя принесли, — пробасил Павел. — Ну-ка, внученька, где тут у нас гостинцы для мальчика Сени? Давай, одаривай. Но сперва стишок, или песенка.
Мира чуть ли не со слезами на глазах смотрела как этот маленький, взъерошенный словно воробушек мальчик запрыгнув на кровать, и прочистив замотанное платком горло принялся читать стих. Это было так трогательно, так мило, что на душе у нее в буквальном смысле расцвели первые цветы… подснежники. Почему-то ей сразу представились бело-молочные бутоны подснежников. Возможно потому, что этот кроха, был такой же бледненький и хрупкий, но сильный для того, чтобы пробиться сквозь толщу горя и невзгод, свалившиеся на эти плечики, как снег.
Слушая хрипловатый голосок и глядя на эту вихрастую светлую головку, она внезапно приняла решение, которое озвучила чуть позже Павлу и его доброй матери.
Глава 5
Одарив подарками малыша, Павел с Мирой вернулись к остальным. Света сразу же вцепилась алчным взглядом в Павла, а тот, стащив шапку, засунул ее в пустой мешок.
— Ну, мы готовы, можем ехать, — предложил он матери, распивающей чай в приятной компании.
— Да-да, время уже позднее, вам еще дежурство нести, а нам домой возвращаться, — засуетилась Любовь Васильевна, торопливо допивая последний глоток, и поднимаясь с табуретки. — Ну, Леночка, если что, звони. Паша приедет и все что нужно будет починит, или купит.
Леночка, так звали старшую из женщин, обняла Любовь Васильевну, и горячо заверила ту, что обязательно будет звонить если у них вдруг возникнут проблемы.
— Вот и отлично, — Павел взял из рук Светы листок в клетки исписанный красивым почерком с необходимым для ре
санузла — два дня назад прорвало стояк, и нужен был капитальный ремонт, а от властей фиг что дождешься окромя разведения рук и дежурной фразы, что денег в бюджете нет. — Завтра куплю и все починим.
Светка призывно улыбнулась, чем здорово раззадорила Миру. Нет, вы только посмотрите на эту нахалку юную? Так и липнет, так и старается поближе привиснуть!
Наконец, распрощавшись с детдомовскими, они вышли на улицу и направились к припаркованному за воротами джипу. Вечер плавно переходил в ночь, снежинки весело кружились в воздухе и падали на землю.
— Красиво, — прошептала Мира, которая уже и забыла с этой работой как это — просто и беззаботно встречать Старый Новый год! — О, если поторопимся, то мы успеем к полуночи!
— Тогда, чего же мы ждем! — Павел распахнул дверцы перед матерью и Мирой, и они помчали обратно домой.
Проезжая мимо жилого комплекса в котором она живет, Мира с замиранием сердца всматривалась в парковку. Нет, знакомого порше так и не наблюдается. Наверняка этот хмырь решил зависнуть где-нибудь в клубе со своей козой!
Сурово поджав губы, Мира приложилась головой к стеклу и тихо вздохнула. Да, было так тяжко отпускать прошлое, но это было просто необходимо… она не умеет жить во лжи. Скрывать от Славы то, что она застала его с любовницей, да еще и в их супружеской кровати, она не сможет. Выскажет ему все, что о нем думает. Случится грандиозный скандал, с криками, руганью, взаимными обвинениями… и, как следствие развод. А так как почти все было записано на Славу, то, останется она с голой попой на улице. Нет, ей нужен хороший план, чтобы вернуть все свое себе, а Славика оставить с той самой головой задницей.
Решив так, Мира сжав кулачки уверенно кивнула, не замечая, что за ней внимательно наблюдает Павел бросая любопытные взгляды, то на нее, то на жилой комплекс и парковку перед ним. Интересно, догадался ли о чем, или нет? Но, судя по тому блеску в газах, то что-то начал подозревать.
Вернувшись обратно в квартиру, все троя уселись в уютные кресла с чашкой горячего чая и домашним пирогом с г
и взбитыми сливками.
— Как вкусно! — искренне восхитилась Мира, доедая свой кусочек до крошки. — Любовь Васильевна, вы просто обязаны дать мне рецепт этого волшебного пирога!
Сияя удовольствием, добрая хозяюшка подложила еще кусочек на тарелку дорогой гостьи.
— Обязательно дам! — пообещала она, и добавила с лукавой улыбкой. — Это любимый пирог Паши.
Павел кивнув, откусив зажмурил глаза от удовольствия, радуя мать тем, что ему вкусно и все нравится.
Мира так же наслаждалась выпечкой. Она очень любила готовить, правда, не всегда хватало на это времени. ТО дела на работе, то командировки… а так иногда хотелось стать простой домохозяйкой, которая готовит по утрам любимому мужу завтрак и вкусный кофе, провожает его на работу, встречает вкусным ужином и поцелуем, и растит детей. Но, увы, круговорот дел полностью захватил ее, и за эти десять лет она превратилась в бизнес леди, со всеми вытекающими, такими как муж-альфонс и куча работы.
А здесь, в этой уютной квартирке, в окружении этих милейших людей, она ощущала себя такой ранимой, такой домашней девочкой. И ей это очень нравилось. Нравилось, что ее жалеют, что заботятся о ней, и то, что она наконец обрела некую уверенность в себе с того самого момента как… как застала мужа с любовницей в собственной квартире, кровати! Здесь ее сердце потихонечку начинало оттаивать, и наполнятся уверенностью в завтрашнем дне… она была практически счастлива.
Дождавшись полуночи сидя при свеча и отблесков электрокамина, они тихо встретили Старый Новый год, торжественно стукнувшись бокалами с вишневым компотом, и выпив еще по чашке чая с пирогом, поздравили друг друга с праздником.
— Ну, а теперь, пожалуй, пора спать, — скомандовала Любовь Васильевна. — Мирочка, я постелю тебе в комнате Павла, надеюсь, дорогой, ты не против?
— Нет, конечно, нет! — ответил парень, приложив правую руку к груди. — Я только за!
— Вот и отлично, — кивнула Любовь Васильевна, уводя Миру за собой в ванную. — Сейчас принесу тебе ночную сорочку, у меня есть запас новых. Вот это полотенце для тебя, и новая зубная щетка. Я быстро, дорогая!