Отморозок 8 (СИ)

Уотсон, не спрашивая разрешения, прошел в центр комнаты и сел на стул кивнув в сторону карты.
— Ориентируешься?
— Начали отрабатывать. Дорожная сеть, узкие места, возможные пути отхода. Как только будет точка, отработаем варианты подъезда и блокпостов за десять минут. — Мартин говорил ровно, без эмоций, но в его скупых жестах чувствовалась энергия, едва сдерживаемая сталью. Он потянулся к пачке «Marlboro» на столе. — Кофе будешь?
  
— Нет, спасибо.
Щелкнув колесиком зажигалки Мартин, закурил и прислонился к дверному косяку, ведущему в кухню. Он как будто заново изучал Уотсона. А тот спокойно смотрел на него.
— Итак. Каков план действий? Протокол? — Наконец спросил майор
— Руковожу операцией я. Вы пока сидите здесь и ждете моих указаний. Наружка плотно ведет Купера. Пока контактов с русским не зафиксировано. Как только контакт состоится, они должны сесть русскому на хвост и установить его место жительства. Наружка должна сразу сообщить мне о появлении Юрия. Как только мы будем точно знать где он залег, я сообщу тебе и начнем готовить операцию захвата. Связь по мобильным телефонам. Том, сказал, что ты передашь мне трубку. Работаем кодом.
— Понял. — Мартин сухо кивнул — А если, все-таки, возникнет что-то критичное? Если твой русский обнаружит слежку? Не лучше ли нам разделиться на две тройки и поработать вместе с наружкой? Мы тогда сможем взять его сразу, при обнаружении.
— Не думаю, что это хорошая идея, Джон. Наружка — это профессионалы, и их обнаружить не так просто. Твои люди будут им только мешать и могут засветить слежку. К тому же, брать русского с ходу опасно. Мы уже потеряли двоих людей в Принстоне. Не хочется снова наступить на те же грабли.
— На этот раз мои ребята уже понимают опасность объекта, и они не сделают ошибки. Если русский начнет сопротивляться, тем хуже для него. — покачал головой Мартин.
— Не убивать. Это не обсуждается, Джон. — жестко сказал Уотсон — Он нам нужен только живым.
Мартин медленно выдохнул дым, его взгляд стал свинцово тяжелым. Уотсон ощутил это буквально как будто Мартин придавил его этим взглядом.
— Ты опять про это. Я читал брифинг. «Ценный актив». Знаю. — Мартин сделал паузу, и в тишине стало слышно, как наверху кто-то вставляет магазин в автомат с глухим, точным щелчком. — Но ты здесь, а мои ребята там, на втором этаже. Они помнят Пита и Трэвиса. Не по фотографиям из дела. Они помнят, как Трэвис шутил про Арканзас. Помнят, как Пит радовался рождению дочери. Ты понимаешь разницу?
— Понимаю, — тихо сказал Уотсон. — И именно поэтому я здесь. Чтобы напомнить тебе, что мы делаем не зачистку. Мы делаем забор. Забор живого груза. Если ты выпустишь на него своих парней с мыслью о мести, он это почует. Парень эксперт по этим делам. Он сыграет на твоей злости, на их жажде отплатить, и он почувствует все это и уйдет. Или заставит их сделать то, что ты потом не сможешь ничем оправдать.
— Ты думаешь, я не контролирую своих людей? — Голос Мартина стал опасно, тихим.
— Я думаю, что после Принстонского леса, ты сам себя контролируешь через силу, — жестко отрезал Уотсон, не отводя глаз. — И это нормально. Но в момент «Ч» контролировать нужно будет всех. Включая себя. Иначе это будет вторая ошибка. И за нее, Джон, спросят не с него. Спросят с тебя. И с меня. И тогда компенсации и почести от правительства получат уже другие вдовы
Они смотрели друг на друга через дым сигареты. Напряжение висело в воздухе гуще смога. Мартин первым отвел взгляд, потушил окурок о подошву кроссовка.
— Приказы я выполняю. Всегда. Даже когда они идут против всего, что тут, — он ткнул кулаком в грудь. — Но у приказа есть цена. Твоя цена — Линда. Моя цена — двое моих парней. И теперь мы оба должны доставить этого ублюдка живым, чтобы с ним чай пить и задавать вопросы. Это ты считаешь справедливость?
— Справедливость будет потом, — ровным голосом сказал Уотсон, — Когда мы вытрясем из него все, что он знает. Но не раньше. Ты получил свой шанс взять его силой в лесу — и проиграл. Теперь играем по моим правилам. По правилам тихой охоты. Операцию захвата нужно тщательно подготовить и сделать все, чтобы никто не пострадал. И самое главное, в любом случае, русский должен остаться живым, даже если будут еще потери среди наших. Ты меня понял, Джон?
Мартин молча кивнул. Он подошел к столу, сгреб в кучу карты и фотографии.
— Ладно. Сидим здесь и ждем твоего звонка. Микроавтобус в гараже. Гражданский, стекла тонированы. Внутри все, что нужно: наручники, кляпы, инъекции для усыпления, аптечка. Оружие — как договорились: «Кольты» с резиной и два «Тайзера» с сетками. Боевое будет только у меня, и у сержанта Говардса, на всякий случай. Все легально, как для частной охранной фирмы. Мы будем готовы выдвинуться в течение пяти минут после сигнала
Он протянул Уотсону тяжелый сотовый телефон Motorola Dyna TAC 8000X, больше похожий на кирпич с антенной.
— Вот. Заряжен. Мой номер единственный в памяти. Звони только по делу.
Уотсон взял телефон, ощутив его непривычный вес.
— Хорошо. Я ухожу. И, Джон… — Он задержался в дверном проеме. — Скажи своим ребятам. Никакой самодеятельности. Этот русский… он не просто опасен. Он намного умнее, чем может показаться на первый взгляд. Он уже переиграл ФБР, местных копов и твоих бойцов в лесу. Не дай ему переиграть тебя здесь, на асфальте. Только живым, майор. Это приказ.
Мартин стоял посреди почти пустой комнаты, засунув руки в карманы, и смотрел на Ричарда. Его лицо было каменной маской.
— Принято к исполнению. Ждем сигнала.
Уотсон вышел на улицу, где его ждала машина такси. Водитель, курил в открытое окошко своей двери равнодушно пялясь на пустую улицу. Уотсон сел на заднее сиденье и коротко назвал адрес.
— Отель Амбасадор
Такси, медленно тронулось вниз по улице. Через некоторое время, вслед за ними проехал неприметный «Buick» с двумя итальянцами внутри.
* * *
Задний дворик небольшого дома в Ист-Лос-Анджелесе. Вечер. Стоит дешевый пластиковый стол, на нем упаковка банок с пивом «Modelo», пачка сигарет «Camel». Слышны далекие звуки машин и сальсы из соседнего дома. За столиком сидят Хулио и его двоюродные братья Хосе и Педро. Хулио яростно швыряет пустую банку из-под пива в стену гаража. Звонкий удар эхом разносится по двору.
— ¡Pinche gringo blanco! ¡Una puta! (Гребанный белый гринго! Тряпка!)
— Oye, tranquilo, primo. ¿Qué te pasa? (Эй, успокойся, кузен. Что с тобой?) — вздрагивает Хосе, напуганный взрывом эмоций
—¿Qué me pasa? ¿Qué me pasa⁈ (Что со мной? Что со мной⁈) — вспыхивает еще больше Хулио — Чертов техник! Он просто бледная крыса! Габриэль смотрит на него, как будто он гребанный Мессия! Он отдает ему половину всего, позволяет разговаривать с нами, как с собаками… с нами
Педро спокойно наблюдает за двоюродным братом прихлебывая пиво
— Dice que el gringo es necesario para el trabajo. Para los «computadoras». (Говорит, гринго нужен для дела. Для компьютеров.) — наконец говорит он.
— ¡Mierda! (Дерьмо!) Что я знаю об этих гребанных компьютерах? Ничего. И что? — поворачивается к нему Хулио. — Я держу здесь район! Я обеспечиваю ему respeto (уважение) А этот… этот tecnico… Когда я ему в лицо говорю, что он — никто, он что делает? Ничего! Смотрит сквозь меня, como si yo fuera el aire (как будто я воздух). Настоящий мужик, мужик с яйцами, уже бы давно мне врезал!Или вызвал бы меня! Но он… он просто молчит. Como una cucaracha (Как таракан).
— Quizás tiene miedo, Julio. (Может, он боится, Хулио.) Ну, типа не хочет проблем с Габриэлем. — осторожно предполагает Хосе.
  
—¡Exacto! ¡Tiene miedo! (Вот именно! Он боится!) А тот, кто боится, под давлением сломается. Когда придут los federales (федералы) или когда что-то пойдет не так en el trabajo (в деле), он будет первым, кто nos va a vender (нас сдаст). Чтобы спасти свою blanquita culita (белую шкуру). Габриэль слеп. Он доверяет ядовитой змее. — снова взрывается Хулио.