Королевский брак, или Не трать мое время (СИ)
Приготовление:
1. Яблоки помыть, почистить, порезать дольками.
2. Смешать в одной емкости кефир, растопленное масло, яйца, сахар, цедру, ваниль, корицу. В получившуюся жидкость постепенно вмешать муку. Тесто довольно жидкое, как густая сметана (если выпекать в разъемной форме, то обязательно простелите низ пергаментом, иначе вытечет). Последним компонентом добавляем разрыхлитель или гашеную соду.
3. Вылить половину теста в форму, выложить слой яблок. Вылить вторую часть, снова выложить яблоки.
4. Отправить в прогретую духовку на 180 градусов. Время выпекания 1 ч 20 мин — 1 ч 40 минут (до золотистой корочки). Готовность можно проверять деревянной шпажкой (тесто не должно липнуть к дереву).
5. Подавать с хорошим настроением и улыбкой, хотя шарик мороженного тоже подойдет.
Приятного аппетита!
Глава 30. Гейб и Гейб
— Сядь.
Хорас Гейб недовольно поморщился от повелительных ноток в голосе отца, но спорить не стал, покорно опустившись на указанное место.
— Пришел в себя? — сухо поинтересовался канцлер.
— Горячая вода и чистая одежда сделали свое дело.
— Не понравилось таскаться по казематам в роли заключенного? — Хорас готов был поклясться, что в интонациях отца проскользнули нотки удовлетворения. А потому улыбнулся слегка насмешливо:
— Это было познавательно и чуть-чуть забавно.
— Придержи язык! — Кулак канцлера грохнул по столу. Подскочила и жалобно звякнула крышкой серебряная чернильница, съехала набок внушительная стопка бумаг, но канцлер не обратил на это внимания. Склонился к сыну и угрожающе прошипел: — С кем хочешь тягаться, щенок? Как только посмел перейти мне дорогу? Из-за тебя сорвалась тщательно спланированная операция, которую я готовил не один месяц. Ты и только ты виновен в том, что преступникам удалось уйти. Если бы не твоя глупость и самонадеянность, мы бы не оказались в центре скандала!
— Оказались бы, — спокойно парировал Хорас. — Но слегка иного. С тобой в роли спасителя королевства и твоего дружка в роли главного обвиняемого.
Канцлер резко выпрямился, нехорошо прищурился, рассматривая сына.
— Подбирай слова. Ты говоришь о его величестве Кредигусе Пятом, а не о лакее или мелком чиновнике.
— Как скажешь, дорогой отец, как скажешь. Тебе виднее, кто из вас двоих более достоин звания мелкого чиновника: король, готовый пожертвовать своим сыном, чтобы сохранить в тайне давний промах, или ты, готовый воспользоваться этим промахом, чтобы сместить короля.
— Каким еще сыном? — приподнял бровь канцлер.
— «Королевский брак», дорогой отец. Не думай, что я слеп и глух.
— И в мыслях не было, — канцлер расслабился и снова опустился в роскошное кресло, обитое алым бархатом. — Но твои шпионы просчитались: Кредигус бездетен. Единственная женщина, способная родить от него наследника, давно мертва. А этот мальчишка, Эдвард Лодли, — досадная ошибка, устранить которую наш долг.
— Перед кем, любопытно узнать?
— Перед страной. Законами Ареона. Обычными людьми в конце концов. Магия времени — это хаос в чистом виде, нельзя позволить ей вырваться на волю. Никто не должен иметь возможность вмешиваться в прошлое или будущее.
Хорас чуть подался вперед, всем видом выражая заинтересованность. Луис Гейб же глубоко вдохнул и продолжил, уже не сдерживая злости:
— Такие, как этот Лодли, — опаснейшая угроза. Что, если в нем откроются способности, равные силам Архитектора, ты об этом подумал? Представь себе человека, знающего будущее, предугадывающего последствия любого поступка, имеющего влияние на прошлое. Он авантюрист, наемник, человек без совести и чести. Что произойдет, если он решит перекроить мир под свои потребности?
— Архитекторы памяти или пространства не менее опасны.
— Но их легче контролировать: они не знают твоих поступков наперед.
— Так почему ты не отдал приказ стрелять в храме? Стал бы героем Ареона, заслужил бы благодарность короля и народную славу.
Луис Гейб плотно сжал губы и процедил:
— Могли попасть в тебя. Большие риски.
— Бред, — Хорас не счел нужным скрывать презрение. — На мне были щиты, ни я, ни Вивьен не пострадали бы. Думаю, дело в другом: тогда Эдвард Лодли не успел бы дать нужные тебе показания, верно? — Он с удовлетворением отметил смятение на лице отца и резко кивнул: — Так я и думал. Забавно, что же такого может рассказать этот мелкий дворянчик? Или показать? — Лорд Луис скривился, брови Хораса удивленно поползли вверх. — Неужели у мага времени, даже необученного и слабого, хватит сил разворошить прошлое?
— И последствия этого будут не такими радостными, как ты думаешь. Я уже видел, благодарю, второго раза не нужно.
— Не хочешь поделиться, что именно произошло? Как любящий отец с единственным сыном. — Канцлер вполне ожидаемо промолчал. — Вот, значит, как… Тогда какой бездны было устраивать это представление с Кругом Предсказаний и дождем из стекол? Ценные свидетели могли пострадать, непростительная халатность с твоей стороны, я бы за такое выкинул с должности не глядя.
— Решил меня поучить? — вспылил Луис Гейб. — Так сперва разберись до конца: я не прикасался к Кругу, не трогал потоки, не крушил этот дрянной храм. Я не настолько глуп, чтобы рисковать одновременно и тобой, и единственным свидетелем.
Хорас резко поднял голову, чтобы столкнуться взглядом с отцом.
— Интересно, кто из нас двоих тебе на самом деле интереснее.
— Только не говори, что тебе не хватает отцовской любви. Ты отлично знаешь, как важен для меня. Так что перестань играть роль оскорбленного идиота и подумай, кому настолько выгодна ваша нелепая смерть?
— Не знаю и знать не хочу, — внезапно отрезал Хорас. — Я уже подал прошение об отставке, не желаю иметь ничего общего ни с этой историей, ни со службой магического контроля, ни с твоими амбициозными планами.
— Ты не посмеешь уйти сейчас!
— Да? И кто же меня остановит?
— Ты сам! Заметь, ты по уши в той же грязи, что и я. Прошлое тебя не отпустит. Нравится тебе это или нет, но ты мой сын и наследник и так или иначе будешь защищать честь и интересы Гейбов. А еще будешь молчать обо всем, что узнал, ради своего же спокойствия и благополучия, даже если тебе это будет поперек горла, любимый мой сын, — с нажимом произнес канцлер.
— Возможно, — Хорас не стал спорить, поднялся и развернулся к двери. — Но знаешь, отец, будь у меня возможность вернуться назад и прожить жизнь заново, подальше от тебя, короля, совета Архитекторов и прочих министров, я бы воспользовался ею незамедлительно.
— Воспользовался бы он… — хмыкнул канцлер и не произнес, буквально выплюнул: — И где бы оказался? Скреб бы полы в лавке артефактов и считал, хватит ли выручки, чтобы купить еды на следующую неделю?
— Не худший вариант.
— Ну-ну, надолго ли тебя хватит.
— Время покажет.
— И не надейся. Я не оставлю тебе на это ни малейшего шанса.
Хорас взялся за ручку двери, замешкался на мгновение, потом всё же обернулся:
— Мне жаль, что всё сложилось именно так. Но прошу, прими мое решение. Это не только твоя, но и моя жизнь. Ты навсегда останешься моим отцом, но все, что хочешь делать дальше, делай без меня.
— И куда ты собрался, позволь узнать?
— Пока недалеко, нанесу визит невесте, время еще не самое позднее. Забота о будущей супруге — долг любого благородного человека, не так ли? А дальше будет видно.
Он коротко поклонился и вышел, почти чеканя шаг.
* * *Стоило дверям за Хорасом закрыться, как Луис Гейб в ярости смел со стола груду бумаг и тяжело рухнул в кресло. Вот же мелкий паршивец! Сорвался-таки, причем в самый неудачный момент, когда до победы оставалось всего-то несколько шагов, а точнее, росчерков пера.
Канцлер вынул из ящика стола письмо, подписанное скромными инициалами «М.В.» и еще раз пробежался глазами по строчкам. Ровный, не по-женски твердый почерк, сухие рубленные фразы. Поверить невозможно! Как так вышло, что маленькая гадина, одна из пустоголовых красоток для ночных развлечений, пусть дорогая и изысканная, но содержанка, разглядела то, что упустил из виду он, Луис Гейб?!