Свет маяка
Теперь же, увидев его рассеянную улыбку, Берил удивилась: и как это ее угораздило хоть на минуту воспринять Алберта в романтическом ключе! Профессор был старше ее года на три, не больше, и даже недурен собой - с песочно-светлыми волосами, веснушчатой физиономией и золотисто-карими глазами. Да только мальчишеское обаяние Алберта никак не затрагивало ее душу.
Берил ощутимо напряглась. Незаметно подойдя сзади, Луис обнял ее за талию и, властно притянув к себе, вторую руку подал гостю.
- Привет, Алберт. Я Луис Гренвилл. Профессор непроизвольно поморщился: хватка у Луиса оказалась железной.
- Не стоит держать гостя на пороге, милая, - шепнул Луис на ухо хозяйке дома и игриво укусил за мочку уха. - Не выпьете ли с нами кофе, Алберт, пока Берил показывает вам свои рисунки? - Гренвилл широко улыбнулся ботанику, наслаждаясь его смущением. - Думаю, они вам понравятся. Лучшего иллюстратора, чем Берил, я просто не встречал. Посмотришь на ее работы и сразу поймешь, что произведения, написанные рукой настоящего мастера, намного превосходят фотографии.
- Луис занимается покупкой и продажей картин, - поспешно пояснила Берил, предвосхищая снисходительную реплику гостя. - Он владеет галереей "Критерион".
- В самом деле? - Алберт настороженно переводил взгляд с раскрасневшегося лица художницы на квадратную челюсть собеседника. - Я о ней конечно же слышал, но.., боюсь, что в современном искусстве я разбираюсь слабо.
- А я вот в ботанике полный профан, любезно откликнулся Луис. - Зато знаю доподлинно: картины Берил - это шедевры в своем роде! Вы, часом, не хотели бы приурочить к выходу книги в свет тематическую художественную выставку? Я понимаю, что тема у вас узкая и научные публикации обычно особого внимания не привлекают, но, если за дело возьмется специалист... Отличная реклама для книги. А какой широкий охват аудитории! Не говоря уже о дополнительных прибылях для вас и для Берил, конечно.
- Вы вправду полагаете, что это возможно? Алберт был заинтригован. Берил же кипела от негодования: вместо того чтобы, как обычно, придирчиво рассмотреть каждую из иллюстраций, молодой ученый на пару с Луисом с головой ушел в обсуждение условий аренды зала в "Критерионе" и подробностей рекламной кампании. При этом мерзкий интриган не забывал то и дело обращаться к ней со словами "дорогая" и "милая"! Словом, когда Алберту настала пора уходить, Берил знала: новых приглашений на пикники не последует.
Мистер Гренвилл вызвался донести папку с рисунками до машины. Досадливо покусывая нижнюю губу, Берил наблюдала в окно за тем, как Луис произнес очередную прочувствованную речь и по-товарищески похлопал профессора по плечу, прежде чем распрощаться.
- Да как ты смел вмешаться! - в сердцах набросилась на Луиса художница, едва он возник на пороге. - Я же велела тебе держаться подальше!
- Я всего лишь радел о твоей карьере.., ну, и о его карьере тоже, смиренно отозвался владелец "Критериона". - Что здесь дурного? Я думал, тебе будет приятно, если я отнесусь к твоему приятелю по-дружески.
- По-дружески! - фыркнула Берил. - Что ты ему наговорил в самом конце?
- Посоветовал подыскать другой объект для воздыханий, поскольку ты уже занята.
- Так прямо и сказал? - охнула Берил.
- Ну, я, конечно, выразился куда тактичнее, - не моргнув глазом, соврал Луис. - Да не смотри ты на меня с таким ужасом! Этот книжный червь тебе все равно не подходит. Разве он страстный, необузданный, тебе под стать! Кроме того, мальчишка ни черта не смыслит в искусстве, а ты как-никак художница! О чем вам говорить? Тебе нужен человек, способный понять твое настроение, твои надежды и огорчения. Берил, посмотри правде в глаза - тебе нужен я! А главное - я уже здесь, рядом! Протяни руку - и приз твой!
Глава 8
- Повторяю: у меня сложилось впечатление, что ты панически боишься вспомнить и подсознательно стремишься и дальше оставаться в неведении, терпеливо растолковывал Луис.
Вернувшись с прогулки по заповеднику, гость и хозяйка по обоюдному согласию уселись попить чаю с сандвичами. И как всегда, ни к чему не обязывающая болтовня сама собою перетекла в беседу о самом важном.
- Думаю, травма, что ты получила, сходя с парома, лишь завершила процесс, начавшийся гораздо раньше. Легкое сотрясение мозга дало превосходную возможность отгородиться от мучительных проблем...
- Моя главная проблема - это наличие тебя в моей жизни, - возразила она с горечью. - Иными словами, ты вообще не веришь, что у меня амнезия.
- Нет, верю, да только она вовсе не из-за черепно-мозговой травмы. И думается мне, подсознательно ты это чувствуешь. Иначе с какой бы стати тебе избегать врачей? Клайв рассказывает, что за время твоего житья на острове ты ни разу не проконсультировалась у специалистов.
- Я держусь подальше от врачей, потому что достаточно пообщалась с медиками за время болезни бабушки. Если и был у меня в жизни период, от которого мне хотелось бы отгородиться...
Не дослушав Берил, Луис встал, отправился к себе в спальню и вернулся с небольшой пачкой фотографий.
- Ты пропустила их в процессе обыска - фотографии лежали в боковом отделении, сообщил он, кладя стопку на книжную полку. -Я оставлю их здесь может, когда-нибудь ты наберешься храбрости взглянуть на них.
- Я ничего не боюсь! - воскликнула Берил: слова Луиса подействовали на нее, как красная тряпка - на быка. - Ты мне расскажешь, что на них изображено?
Взяв фотографии, она снова уселась за стол.
- А давай ты сама посмотришь фотографии, а потом задашь мне вопросы?
Луис уселся напротив и выжидательно скрестил руки на груди.
Фотографий оказалось штук двадцать - глянцевые, яркие, живое свидетельство былого счастья. На большинстве снимков были увековечены Луис и Берил - вместе. А еще огромный, белый, двухэтажный особняк и какие-то люди, ей совершенно неизвестные. Как, например, годовалый мальчуган в прелестном бархатном костюмчике верхом на деревянной лошадке. Иссиня-черные локончики аккуратно расчесаны, ясные серые глазенки искрятся смехом - видимо, фотограф пообещал "птичку". Равнодушно скользнув по снимку взглядом, Берил сунула его в самый низ пачки.