Макс Лазарь. Книга 3 (СИ)

Теперь там не было ни бетонных построек, ни вышек, ни даже наверняка следов земного армейского оборудования. Но и сразу же повторять расстрел из артиллерии враг не спешил. По всем законам сейчас каким-то образом должен пройти контроль.
И когда я заметил на карте приближение дронов, я усмехнулся, оставаясь на месте. Сейчас меня, присыпанного землёй и древесными обломками, обнаружить будет трудно. Панцирь не пропускает тепла, так что если не двигаться, можно прикинуться ветошью.
  
— Вижу дронов, — прокомментировала Мира. — Могу попытаться перехватить контроль.
— Не сейчас, — ответил я. — Умеешь считать до десяти — остановись на пяти. Пусть подберутся поближе. Метров со ста можешь пытаться, не раньше. Иначе они больше не подставятся.
— Конечно, — ответила ассистентка и тут же добавила напряжённым голосом: — Они заметили броневик.
Ну, разумеется, они же не могли проигнорировать тот факт, что кто-то отстреливался в ответ на их залпы. Но что хорошо — машина подвижная и может отъехать, пока находится в радиусе моего модуля. А вот что плохо — в лесу особо маневрировать негде.
— Вступаю в бой, — предупредила Мира, и «Терракот» вновь запустил ракеты.
Артиллерия врага тоже ожила — далёкие старты были слышны отчётливо. А висящие в воздухе дроны «синих» тоже не спешили приближаться дальше, теперь корректируя огонь.
— Нужно добраться до них пешком, — продолжая лежать, сказал я.
— Я сделаю! — отозвалась напарница.
Искусственное тело находилось неподалёку — нас разделяло метров триста, я видел её скрючившуюся фигурку в вывороченных корнях поваленного ствола. С дронов её так же не видно, как и меня. Но это только пока она не начнёт двигаться.
— Сиди, дура, — отрезал я, не шевелясь. — Нам нужно избавиться от наблюдения.
Ракеты столкнулись в воздухе, ознаменовавшись взрывами. На землю посыпались осколки, пожар разросся сильнее, охватывая кроны деревьев. Часть снарядов пролетела надо мной — не всё мог сбить броневик.
Машина на тактической карте вертелась, но надолго её не хватит. Каждый удар превращал землю вокруг в крошево почвы и осколков деревьев. Колёса броневика уже буксовали на раскуроченной земле. А убраться от меня дальше, чем на те же пятьсот метров он не мог — мы бы потеряли над ним контроль.
— Готовься перехватить дроны, — сказал я. — Но не вмешивайся в их управление, пока я не скажу. Не дай врагу узнать, что он больше их не контролирует.
Кивок напарницы я скорее ощутил, чем увидел. Учитывая, что она свободно копается у меня в мозгу, это было совсем не удивительно.
Осторожно начав выбираться, я внимательно следил за тем, чтобы куча, под которой меня погребло, не слишком заметно двигалась. Так что пока в воздухе продолжался ракетный обмен, и всё внимание «синих» было привлечено к единственному подвижному объекту, за каких-то десять минут мне удалось выбраться.
— Слепи их все! — приказал я.
Дроны остались висеть в воздухе, но сигнал с них перестал поступать. Зато на моей карте отметилась точка, откуда ими управляли до этого.
— Мира — ты на артиллерию, я за дроноводами! — распределил цели я и сразу же бросился в нужном направлении.
Перекопанный взрывами лагерь пришлось оббегать по широкой дуге — сейчас там такая разреженная земля, что запросто можно ухнуть в неё, как в бездну. Песок, обломки бетона, какие-то металлические куски — всё это могло стать гробницей для неосторожного идиота, который туда сунется.
Параллельно мне Мира бежала за артиллеристами, и я был уверен, что напарница справится. Её тело уже доказало свою полезность, и теперь, если она когда-нибудь станет мне возражать, я всегда смогу использовать этот козырь в переговорах.
Солнце уже поднялось достаточно, чтобы ориентироваться в лесу невооружённым глазом. Так что двигался я хоть и быстро, но при этом осторожно, не забывая обновлять на себе «Тихий шаг». И всё равно до нужного места добраться не успел.
Навстречу нам слаженно двигались отряды бойцов. Разбитые на двойки группы не спешили, перебежками смещаясь в пространстве и стараясь полностью контролировать окружение. Так что мне оставалось только залечь в тени, дожидаясь, когда цели окажутся рядом.
— Наёмники, — раздался в голове голос Миры. — У меня то же самое. Начинаю зачистку.
Вдалеке, мне теперь даже было не видно, раздался грохот выстрелов. Идущие в моём направлении бойцы заметно напряглись и стали ещё более осторожными. Понятно, зачем они ринулись к лагерю — лишившись дронов, они потеряли возможность контролировать ситуацию и теперь должны были добить тех, кто пережил артиллерийский обстрел.
Выждав ещё немного времени, я открыл огонь из своего укрытия. На них были такие же доспехи, но вот оружие уже только огнестрельное. А потому садил я, не жалея зарядов в магазине. И если первые два попадания энергетические щиты держали, уже третий проходил невозбранно.
Моя и без того посечённая осколками броня приняла на себя автоматические очереди, но схватка окончилась раньше, чем я исчерпал магазин. Всё-таки четвёрка бойцов, даже ведущих слаженные действия, против ходячего танка — так себе угроза.
А вот перестрелка вдали всё ещё не прекращалась.
— Помощь нужна? — спросил я, выбираясь из своего укрытия.
— Нет.
Двинувшись мимо трупов, которые потом обязательно нужно будет обобрать, я вскоре оказался у командного пункта. Пятёрка очередных наёмников охраняла размещённую в кузове установку, за которой сидела пятёрка операторов в очках.
Меня они ещё не заметили, но в сторону, откуда раздавались выстрелы коллег, уже направили стволы. Не спеша сокращать дистанцию, я сменил оружие, вынимая снайперскую винтовку.
Доработанная Мирой пушка, помимо непосредственной мощи, теперь обладала и улучшенным прицелом. Для кого-то другого эта функция окажется бесполезной, а вот в комплекте с модулем сработает прекрасно.
Руки сами по себе взяли нужные корректировки, мне даже думать об этом не пришлось. Сделав первый выстрел, я тут же перевёл ствол на следующую цель, успев навестись едва ли не раньше, чем голубой росчерк снёс голову дальнему наёмнику.
В ответ в мою сторону ударили такие же вспышки, так что пришлось отбегать после второго выстрела. Прильнув к стволу дерева, я выстрелил практически навскидку и закономерно промахнулся. Зато колесо машины, на которой стояли дроноводы, исчезло, заставляя технику накрениться, а операторов, сидевших внутри, вывалиться наружу.
Наёмники, может быть, и хотели бы меня достать — но их скорострельность была куда ниже. Так что из той же позиции я поразил остатки охраны. И вот теперь, уже не скрываясь, направился к врагам.
Операторы долго рассусоливать не стали. Пока я спешил к ним со всех ног, надеясь захватить хотя бы одного живьём, их начальник выдернул из кобуры ствол и… расстрелял своих коллег. А после, когда мне осталось метров тридцать до машины, вытащил взрыватель.
С гордой улыбкой на лице он надавил на кнопку, и транспорт вместе со всем оборудованием взорвался. Меня снова швырнуло назад, отправляя кубарем до встречи с ближайшим деревом.
— Я закончила, — отчиталась Мира, пока я любовался голубым небом без единого облачка. — Это не простые наёмники, Макс, ты прав. Здесь повсюду армейские знаки.
— Я знаю, — отозвался я. — Я уже знаю.
Хоть убейте, а ни один наёмник не станет уничтожать своих же, чтобы после подорвать технику и не дать врагу её заполучить. Нет, нихрена это не наёмники. Это чья-то, мать их, армия.
Земная армия в Долине.
  
Глава 8
 
Долго под деревом я не просидел. Времени до того момента, как сюда подтянут обязательные подкрепления, почти не оставалось. Нет, будь это простые наёмники, всё было бы проще. Мы бы спокойно собрали трофеи и отступили на заранее подготовленные позиции или же, наплевав на всё, рванули навстречу опасности.
  
Но наёмники не расстреливают подчинённых и себя не взрывают, лишь бы врагу не достались секреты, которые нельзя раскрывать посторонним. А в армии, какой бы стране она ни принадлежала, уничтожение отряда значит лишь одно — в зону ответственности погибших нужно перебросить больше сил и техники, чтобы вторгшийся враг умылся кровью.