"Фантастика 2026-79". Компиляция. Книги 1-33 (СИ)

— Я не слышал о том, чтобы кашмирцы трахали мужчин или их трупы, — бросил ему министр военных дел.
— Только женщин, — прервала их Милена. — С ними это делать позволительно, не так ли?
— Ваше величество… — чуточку растеряно протянул Лоринсон. — Я ни в коем случае не хотел…
— Довольно пустой болтовни, — оборвала его императрица, — сосредоточимся не на Тразце, а на нашей ситуации.
  
Мирадель и без их сведений отлично знала варваров Тразца. Деятельные. Беспощадные. Хитрые. Именно эти слова лучше всего описывали этих людей. Женщина любила читать, в том числе и исторические хроники, отчего могла перечислить множество успешных битв, а также уничтоженных государств, которые были на счету «земель великих прерий», как ещё называли это дикое место. Владеть же Тразцем не мог никто. Лишь удерживать силой. Оттого их нынешний вождь, Шаргар, называл себя «тираном».
Во многом из-за того, чтобы избежать угрозы набега варваров, которые были вполне себе умелы в морском деле (хоть земли Тразца и не имели прямого выхода к Ржавому океану, дикари использовали реки), отчего в истории Империи Пяти Солнц были случаи их нападений, Дэсарандес и удерживал на западной границе Малой Гаодии корпус генерала Летреча.
Но сейчас были целых две причины его отозвать. Первая — варвары заняты войной с Рохом (хоть это и не повод, ибо ничто не мешало им направить пару галер на то, чтобы разорить прибрежные поселения Империи). Вторая — лорд Челефи, чья армия высадилась в трёх неделях конного пути от столицы.
Конечно это не означало, что кашмирский визирь ударит через три недели, ведь пеший путь будет куда длиннее, а по пути будут встречаться другие города и поселения, однако же…
«Два месяца. Край — три», — думала Мирадель, подсчитывая примерные сроки.
План состоял в том, чтобы позволить мятежнику добраться до столицы, своевременно эвакуировав жителей городов, находящихся на его пути. Конечно, это здорово ударит по карману, однако подобное всё равно будет предпочтительнее бессмысленным жертвам, которые непременно произойдут, если попытаться держать оборону в ином, менее защищённом месте, не говоря уж о «чистом поле».
Челефи ограничен временем, потому что его козырь — ультима Йишил, с каждым днём всё больше подходит к концу. Если кашмирец решит вместо столицы начать разорять имперские земли, то через несколько месяцев, после смерти дочери, окажется в должной мере ослаблен, отчего успешное нападение кончится, как уголь в паровозе, и техника застынет, не в силах сдвинуться даже на сантиметр. Так будет и с его армией. Без «кукол» она потеряет львиную долю преимущества и станет лёгкой добычей имперских генералов.
Но Челефи отлично понимает свою уязвимость, а потому, чтобы выиграть не только местечковую схватку, но, что главное, войну, поведёт людей на Таскол. И именно здесь будет сконцентрирована оборона. Вопрос, который обсуждала императрица и её министры, был лишь в том, как всё это лучше организовать.
В конечном итоге было решено назначить несколько центров сбора сил обороны. Одним из основных стал Ипсен — самый восточный прибрежный город Малой Гаодии. Центр континента занимать никто не рискнул — по пути Челефи может разбить эти войска армией «кукол», а потому городами придётся пожертвовать, надеясь, что кашмирцы не захотят тратить на них своё драгоценное время.
Оставить решили даже Щуво, где находился главный храм Хореса с крупнейшим святым орденом рыцарей и паладинов веры. Силакви уже направили письмо, дабы он отступил в сторону Ипсена и влил силы боевых жрецов в собирающуюся там армию, под будущим командованием герцога Севера, Вентуриоса Мираделя.
К столице же, вместе с десятитысячным корпусом Летреча, подтянутся силы ближайших городов: Сайбаса, Эмбера, Капацири и Старого Центра. По мнению министров и императрицы, этого будет достаточно, дабы действуя от обороны отбить первый удар Челефи, а потом Вентуриос зажмёт его с тыла, закончив этот глупый мятеж.
Даже если Челефи умудрится задержать вторую наземную армию, попытавшись осадить Таскол, столице не грозил голод, ибо могучий флот уже начал собираться у их берегов, обеспечивая охрану транспортных судов, которые будут поставлять провиант.
— Как ни прискорбно это говорить, — произнёс министр военных дел, — но я бы порекомендовал повременить с возможностью отбить Ханг-Ван и те города, которые Челефи захватит по пути, до самой весны.
— Ждать почти пять месяцев? — фыркнул Моурен. — Чего ещё от тебя было ждать, Лоринсон.
— Сейчас осень, хоть особой слякоти пока не видно, — сдержав пару бранных слов, начал объяснять Косто. — Но к моменту, когда мы покончим с Челефи, наверняка выпадет снег. Вести боевые действия в такой период…
— Если мы покончим с Челефи, — улыбнулся Дэбельбаф, — то разве у нас будут препятствия для возвращения контроля над захваченными им городами?
— Там наверняка останется гарнизон, — с сомнением промямлил Лоринсон.
— Если я останусь в живых, — выпрямился генерал Летреч, присутствующий на собрании, — то сумею отбить всё, что захватит мятежник, — его прямой взгляд остановился на Милене. — Даю вам слово, моя императрица!
Милена величественно кивнула, уловив нотку сладострастия в глазах Эдвена. Поощрять мужскую страсть она любила, хоть и никогда не доводила дело до конца. Знала, что Дэсарандес узнает. Он и так закрывал глаза на их с Ольтеей шалости. Не следует давать лишний повод.
Вместо этого Милена задумалась о Челефи и его действиях.
«Он будет страдать за это, — впервые в жизни Мирадель поймала себя на том, что злорадствует над перспективой уничтожить другого человека. И это нисколько не беспокоило её, хотя императрица понимала, что ранее содрогнулась бы от столь тёмных желаний. Но то раньше. Сейчас же… — Мятежник Челефи будет молить о пощаде!»
Кроме собраний военного совета, женщина регулярно встречалась с министрами морских и иностранных дел. Милена опасалась, что Цитус Лерэ, толстяк, отвечающий «за море», окончательно сорвётся из-за невероятных требований, которые она предъявляла к нему, нервной обстановки и постоянного напряжения. Но отчего-то этого не случилось. Напротив, министр будто бы нашёл какой-то внутренний стержень и теперь процветал. Он даже похудел, сугубо своими силами! Казалось, чтобы взять себя в руки, ему нужен был лишь должный повод, отчего сейчас мужчина начал напоминать весьма компетентного специалиста, благодаря которому флот представлял собой стальной кулак, готовый ответить любому неприятелю и даже контролировать пролив между Малой Гаодией и Тразцем, дабы дикари не осмелились «под шумок» пограбить богатые имперские земли.
Точно так же Милена боялась, что старик Роддерк Хиртон, министр контроля магии, школ и гильдий, в буквальном смысле умрёт, настолько слабым он казался. Но он тоже держался крайне бодро, организуя полную смену курса у магических школ, чтобы они выпускали чистых боевиков, которые очень пригодятся для защиты Империи.
Когда императрица остановилась, чтобы подумать об этом, ей показалось чудом, что министры её мужа сплотились вокруг неё. С самого начала она понимала основную проблему своей страны: разнородность. Столица и ряд ключевых городов Империи плавал в достатке и золоте, пока остальные поселения и, тем более, колонии, проживали в нищете и голодали. И самое главное — совет министров и сама Мирадель могли устранить эту проблему, вот только ресурсы уходили на армию, которую Дэсарандес направлял на захват новых территорий.
Вот и сейчас, единственная причина, почему Милена и остальные не направляли все скопившиеся резервы в помощь императору, была в восстании мятежников. Если бы не это, то войска Дэсарандеса продолжали получать полное обеспечение.
  
Против сыграли ещё и внутренние враги — культисты Аммы. Многочисленные диверсии и подстрекатели заставляли каждого аристократа удерживать хотя бы минимальную стражу на своей земле. Это мешало Империи в должной мере объединиться, тормозило все процессы и осложняло логистику.