Mushoku Tensei: Крестьянин с копьем (СИ)

— Прошло полтора года, многое изменилось, и я теперь совсем другой… мигурд, — хмыкнул я, глядя на её насмешливую улыбку.
— Быстро, однако.
— Да. Благодаря тебе я наглядно увидел, что из себя представляют «взрослые дела», и хочу к этому относиться серьёзнее. В отличие от некоторых.
— Эти «некоторые» с нами в одной комнате? — она приподняла бровь, но её голос стал чуть тише, словно она почувствовала, что я веду разговор в неудобное для неё русло.
  
— Ага. Нет, я серьёзно. Твоё проклятие побуждает тебя к сексу как к способу разрядки. Хорошо. Желание накапливается от одного до десяти дней. Ты не похотливый демон, которому нужны жертвы ежедневно. В чём тогда проблема подойти к этому ответственно? Найти того самого, кто будет решать твою проблему с проклятием на постоянно основе? Какого-нибудь молоденького эльфа, который только и мечтает о ежедневном сексе?
По мере того, как я говорил, ухмылка на её лице тускнела, хотя и не исчезла полностью. Её глаза, обычно искрящиеся насмешкой, стали серьёзнее, и я понял, что задел больную тему. Элинализ отвернулась, глядя в потолок, и её пальцы начали нервно теребить край рубахи.
— Причина, по которой я дорожу связями с тобой и другими Клыками, — начала она тихо. — В том, что с вами можно говорить на такие темы. Не буду же я обсуждать своё проклятие с каким-нибудь случайным спутником, верно? Эх… Ты всё верно сказал, но не учитываешь срок моей жизни и то, что на ней уже происходило. То, о чём ты сейчас говорил — любовь, ответственность, «тот самый» — у меня это было. И не раз. Но каждый раз… — она замолчала, подбирая слова. — Даже не знаю, как сказать, чтобы слишком слезливо не прозвучало… Каждый раз что-то ломалось. Моменты, которые опускали меня в грязь, втаптывали, отнимали всё, что у меня было. Любовь, доверие, надежды. И в какой-то момент спустя года я просто сломалась. Смирилась. Решила, что лучше отдаваться удовольствию, необременённому ничем, чем снова проходить через боль. Я знаю, что гублю себя, своё будущее, возможное счастье, но… — она слабо улыбнулась, но в этой улыбке не было радости. — Остановиться уже не могу. Я вошла в ритм этой жизни. Даже с Полом… — она хмыкнула, словно вспомнила что-то горькое. — Я познакомилась с ним через постель. И, как говорил Талханд в Ратакии, у меня были некие надежды, что такой бабник, как Пол, сможет стать… ну, не идеальным мужем, но кем-то, кто поймёт меня. У нас было много общего, особенно в постели. Но не срослось. Пол боролся с самим собой, как ты сейчас. Условно для разового секса я годилась, а для чего-то серьёзного — нет. Обидно, между прочим. Мужик с сотней женщин на счету — крутой самец, а женщина — потаскуха. Несправедливо, но таковы правила.
Я молчал, глядя на неё. Впервые за долгое время Элинализ выглядела не как S-ранговая эльфийка, а как обычная женщина, уставшая от своего бремени. Её слова повисли в воздухе, тяжёлые, как свинец.
— А пытаясь меня уломать, какие цели преследуешь? — спросил я спокойно, стараясь не давить. — Я не выгляжу как мужчина мечты, а скорее как подросток.
Она слабо улыбнулась, возвращаясь к своей привычной маске.
— Внешность не так важна. У меня, знаешь ли, тоже грудь не пятого размера… А цель… По большому счёту, мне просто нравится тебя смущать. Твоя реакция — чистый, непорочный парень, который боится прикоснуться к «грязному созданию», как я, — она хихикнула и облизнула губы. — Это… очаровательно. Пока ехали сюда, заняться было нечем, вот и развлекала себя. Ну и, конечно, я надеюсь на повторение тех двух раз, что у нас с тобой были. Ты можешь воротить нос и корчить рожу, но это было. Смирись и покайся Милису.
— Пф, — я закатил глаза, но её слова всё равно задели. — Если я не помню, значит, это не считается. И вообще, хватит мне мозги пудрить. Иди в таверну, найди какого-нибудь бородатого воина, он тебе с радостью поможет.
— Ой, да брось, — она махнула рукой, но её глаза снова загорелись игривым огнём. — Бородатые воины — это скучно. Пахнут пивом, хвастаются шрамами, а в постели — как бревно. А ты… — она сделала театральную паузу. — Ты, Эрик, другое дело. Ты хоть и не помнишь, но я-то всё помню. И опыт был… необычный.
Она специально сделала паузу, оставляя недосказанность. Я знал, что она ждёт, чтобы я клюнул, и, чёрт возьми, любопытство взяло верх.
— И в чём же… необычность?
Элинализ ухмыльнулась, её глаза снова загорелись игривым огнём.
— В разнице ожиданий и реальности. Сначала видишь перед собой невинное дитя, которое так и хочется погрузить в мир греха. Но стоит прикоснуться, как это дитя само тебя погружает с головой. Когда ты возбуждён, Эрик, ты как будто другой человек. Более сильный, уверенный, и, к моему удивлению, чертовски хорошо понимающий, что делать с женским телом. Я сейчас крайне серьёзно. И, конечно, я не против повторить, но ты ломаешься, как священник в Милисе… Хотя и они, поверь, далеко не всегда держат такую оборону.
— Угу, я и вижу, как ты «заскучала», — буркнул я, стараясь скрыть, как её слова меня задели.
Она выгнула бровь, её улыбка стала чуть острее.
— Неужели ты тешишь себя мыслью, что найдёшь чистую и непорочную деву, которая будет твоей женой до конца жизни? Хранить очаг, растить детей и встречать с улыбкой по возвращению? У тебя ведь такая картинка перед глазами, когда борешься с мыслями переспать со мной или с какой-нибудь проституткой на пути?
Боже, как же она умела манипулировать. Рассказала свою историю, расположила к себе, а теперь била точно в цель. Демон, не эльф.
— Я не хочу становиться Полом… — начал я, но она перебила.
— А им стать и нельзя — Грейратами только родиться можно, — сказала она с лёгкой насмешкой.
— Тогда бы поискала себе кого среди Грейратов. У вас много общего.
— Хе, — у неё вырвался нервный смешок. — Нет. Просто нет. Куда проще и безопаснее доставать полукровку мигурда, пока он не сдастся. Вы, мигурды, думаете, что, храня свою честь, получите какую-то награду, а по итогу останетесь ни с чем, передёргивая в сторонке, пока остальные наслаждаются жизнью.
Я покачал головой, чувствуя, как её слова пытаются пробить мою оборону.
— Это уже дело принципа, а не какого-то «приза». Мы с тобой вообще-то заключили договор в порту. Если мной овладеет… какое-то невероятное желание, тогда я весь твой. А пока, уж прости, воспоминания о том, как тебя в лесу трахали пузатые кривозубые охотники, отбивают всё желание. Как и твои старания сейчас, — хмыкнул я. — Откровенно не дожала. Нужно было сразу говорить про чувства и надежды на семейную жизнь с таким же долгожителем, как и ты, а не говорить про забавы с моей реакцией и «ощущениями прошлого». Сегодня точно не твой день, подруга.
— Ну-ну, — произнесла она с угрожающей интонацией, давая понять, что это ещё не конец.
На этом разговор о её жизни как-то сам собой затих. Я отвернулся к окну, где над крышами виднелись шпили дворца, отражавшие закатное солнце. Арс шумел: звон колоколов, гул толпы, скрип повозок, смех из таверн. Город был центром Асуры, богатейшего королевства континента, и здесь чувствовались деньги, магия, власть. Но мне было плевать. Куча денег в кармане, все трофеи проданы, Лира ушла, дорога закончилась.
Я смотрел на потолок и думал: может, я всё-таки дам слабину. Но точно не сегодня. Сегодня я просто хотел валяться на кровати, слушать шум города и притворяться, что весь этот мир — с его драконами, проклятиями и искушениями — меня не касается.
  
 Глава 22 
 Буэна (I/III) 
* * *
В Арсе мы с Элинализ застряли на добрых несколько недель. Город, пропитанный историями, гудел, как улей, и не отпускал нас, будто держал за подол старыми воспоминаниями. Арс был именно тем местом, где Клыки провели свои лучшие дни, оставив след в переулках, тавернах и на пыльных дорогах. Неудивительно, что город так цеплялся за нас: огромный, многоликий, он был одновременно и обыденным, и уникальным.