Инсомния (СИ)

Я видел бедлам, творящийся вокруг, но стоило войти в дверь, как следом за мной вошел и Стефан. Хотя уверен, он был очень далеко от нас всего секунду назад.
— Вот, — гордо произнес он, демонстрируя громадный шлем. — Оторвал чудищам пару голов по пути сюда.
— Да ты крут, — пробурчал я, вытаскивая иглу из плеча.
— Стефан нереально крут, — произнесла Мэйси.
— Да она мне льстит, — отмахнулся Стефан, прикрывая покрасневшие щеки.
— И где мы? — наконец спросил я, оборачиваясь.
Мы стояли посреди какого-то старого, обшарпанного коридора с мерзкими облезлыми обоями на стенах. И все бы ничего, но этот дом словно строили для какого-то великана. Дверь за нашей спиной была метров пять в высоту.
— Это мой кошмар, — произнесла Мэйси. — И он тоже детский.
— Да твою же, — буркнул я в сердцах. — Стоп, а где Стефан?
— Сложно объяснить, но в этом месте его быть не может, — ответила Мэйси с печалью в голосе.
— Так, ладно. Соберись, чего нам стоит опасаться?
— Мэ-э-йси-и…
Раздался утробный голос из глубины темного коридора. Так рычать может лишь чудовище невероятных размеров. Где-то вдалеке открылась дверь сбоку и на стене показалась огромная тень. У меня волосы на затылке зашевелились.
— Мэйси-и-и… — прорычало существо, выбирающееся из двери.
— Ее, — прошептала девчонка похолодевшим голосом. — Нам надо бояться ее.
* * *
Ежеглавная рубрика "лень придумывать название":
  
Глава 13. Стрелять цветным попугаем из гигантской нарисованной рогатки? Мне все равно никто не поверит
 
—Мэйси! Иди сюда, дряная девчонка!
Голос чудовища буквально срывался на визг. Тень на стене становилась все больше, извиваясь, покрываясь какими-то отростками.
Я глянул на мелкую и вот тут удивился по полной. Если Хоуп в своем сне просто скукоживался и горбился, то Мэйси натурально уменьшилась до размеров пятилетней девочки.
Нет, она реально стала ребенком, волосы и глаза поменяли цвет, лицо стало детским. А еще ее трясло от страха.
— Соберись, малая, — рявкнул я.
— Не могу, — у нее зуб на зуб не попадал. — Это сильнее меня.
— Ты ловец второго ранга, а не писклявый ребенок. Это всего лишь сон.
— Знаю, — шептала она, прижимая руки ко рту.
Твою же налево и поперек. Она сейчас расплачется. Думай, Лаэр. Но думать — не моя сильная черта. Поэтому я просто обнажил меч, готовясь к встрече с чудовищем-великаном.
— Она чует нас по запаху. Она слышит наше дыхание и стук сердца. Тут негде спрятаться, это ее дом. Она везде нас найд…
Звонкая пощечина выбила искры из глаз малявки. Хоуп бил хлестко, но не сильно.
— Соберись.
Всхлипывания прекратились. Удивительно, но это сработало. А то без своего крутого сновидения Стефана мелкая совсем расклеилась.
Я оглядел коридор, мы стояли в тупике, обклеенном мерзкими красными обоями. А за углом уже слышалась тяжелая поступь чудовища. Что-то мне все это напоминало, но я пока не мог увязать картину воедино.
— Нам нужны пути отхода. Безопасные места, куда оно не сможет пролезть.
— Тут таких нет. Это ее дом.
— Ну нет, так нет, — вздохнул я и направился вперед. — Пошли Врум, разберем эту тварь на составляющие.
— Она убьет тебя, — произнесла Мэйси. — Умрешь в калейдоскопе, вылетишь с испытания. И получишь такой сопутствующий урон, что еще неделю подняться не сможешь.
— Звучит знакомо, — усмехнулся я.
Я завернул за угол и чуть ли не носом уперся в черную занавеску из плотной ткани. Но подняв глаза, понял, что это подол одеяния великана. Вернее, великанши.
Передо мной стояла бесформенная страхолюдина, отдаленно напоминающая женщину в черном платье с белым воротником. На груди у нее висел медальон с перечеркнутым крест-накрест овалом — символ Вечноспящего Гипноса.
 
А в руке женщина держала толстую бамбуковую палку, которая длинной была больше меня.
— Дети должны спать, — проверещала она, тряся многочисленными подбородками.
Дубина просвистела в воздухе с какой-то невероятной скоростью. Все, что я успел сделать, это выставить жесткий блок. Боль волной прокатилась по телу, все-таки это не мой сон, а значит, и правила устанавливаю не я.
Ноги подогнулись, и я с треском вошел в пол по колено. В воздух взвились мелкие щепки от пробитых досок.
— Я научу тебя послушанию, — взревела она.
Второй удар я предвидел еще на замахе, так что успел кувырком уйти в сторону. Пол вздыбился и разошелся волнами от того места, куда ударила бамбуковая палка. В меня полетели куски досок, заслоняя обзор.
— Бом-бом.
Стоило великанше вытащить оружие из дыры в полу, как Врум влетел в него, коснувшись мордой самого кончика. Дубина вылетела из рук женщины и впечаталась ей прямо в харю, от чего по роже твари пошли волны ряби.
Я времени не терял и тоже бросился в атаку. Доставал я ей максимум до пояса, так что просто рубанул с плеча по ногам, но катана не встретила никакого сопротивления. У нее что, ног нет?
— Негодник! — взревела великанша, пытаясь удержать рвущуюся из рук дубину.
Я успел безрезультатно рубануть еще дважды, но мой меч просто вспарывал воздух. И тут полы платья всколыхнулись, и черный каблук врезался мне под дых.
Я спиной влетел в стену под треск ломаемых перекрытий. Изо рта потоком полилась кровь. Что за несправедливость? То есть теперь у нее ноги появились?
— Лаэр, — воскликнул Бион. — Сюда.
Заботливые руки вытащили меня из дыры в стене и поволокли в сторону тупика, где мы появились. Там, возле стены, ребенок-Мэйси водила рукой по обоям.
Вокруг ее ладони порхала Ни — бабочка-сновидение. А сама Мэйси рисовала что-то на стене, ее пальцы оставляли видимые следы, как те, что раньше оставляла сама бабочка.
— Готово, — пропищала Мэйси.
На стене светилась маленькая дверь, нарисованная светящейся рукой. Мэйси потянула за нарисованную ручку и распахнула створку, а затем первой забралась внутрь.
Проход оказался настолько маленьким, что мне пришлось опускаться на четвереньки, чтобы проползти. Дверь захлопнулась за мной, слившись со стеной. С той стороны раздался рев чудовища, а следом пол под ногами затрясся от грохота ее шагов.
— Мать-настоятельница скоро будет здесь, — пропищала Мэйси. — Она всегда меня находит. Нужно найти кельи и спрятаться там. Если будем сидеть тихо, то она может отступить.
— Да давайте просто навалимся и отпинаем ее толпой! — завопил я. — Нарисуй базуку лучше. Или ядерную ракету.
— Крепко же тебя приложило, — произнес Бион. — Даже слова новые придумывать начал.
— Ее невозможно победить, — воскликнула Мэйси. — Не в ее владениях. Чем больше мы вмешиваемся в структуру сна, тем агрессивней она становится. Мы должны замаскироваться, притворившись частью сна.
— То есть стать послушными детьми, тихо сидящими в своих кельях? — произнес я.
— Да, — воскликнула Мэйси, неотрывно рисуя другую дверь.
— Нет, — рявкнул я. — Ты ведешь себя как всегда в своем кошмаре. Что бы это ни было, но суть испытания не может быть в том, чтобы вести себя как всегда.
— А что мне тогда делать? — завопила Мэйси.
— Вспомни кто ты есть на самом деле. Перестань быть маленькой девочкой. Это не эта монашка большая, а ты жалкая. И ты ее кормишь своими страхами. Ты гребаный ловец или поссать пришла?
 
— Лаэр прав, — произнес Хоуп. — Соберись Мэйси. Ты можешь преодолеть свой кошмар.
— Что-то я не помню, чтобы ты преодолел свой. Это Лаэр нам прорубил выход, следуя моей карте. Пошли.
Очередная маленькая дверка открылась и мы на карачках поползли в такой же коридор, ничем не отличающийся от предыдущих. Мэйси тут же бросилась к очередной стене с облезлыми обоями и принялась рисовать новую дверь. Остальные беспомощно смотрели по сторонам.