Король шрамов

– Улыбайся, – приказала она. Глаза прохожего остекленели, лицо налилось краской. – Улыбайся. Повтори еще раз про надежду.
Она бросила его, хрипящего, посреди улицы.
Зоя вновь пересекла Каньон на скифе, тихо и незаметно. Вернулась в Крибирск, к остаткам лагеря гришей. Там она узнала, что Дарклинг поднял знамена и призвал к себе всех гришей, которые еще оставались ему верны. Солдаты Второй армии разбегались кто куда – одни переходили на сторону Дарклинга, другие возвращались в Ос Альту с намерением выступить против него.
  
Зоя украла лошадь и под покровом ночи поскакала в столицу. Она найдет Дарклинга, найдет и уничтожит. Отберет у него мечту править Равкой, даже если для этого ей самой придется возглавить Вторую армию.
Они никогда не рассказывала Алине Старковой, почему решила поддержать ее, почему восстала против человека, которому некогда поклонялась. Да и какая разница? Зоя просто сражалась плечом к плечу с заклинательницей Солнца. Они вместе воевали и победили, вместе видели, как сгорел Дарклинг.
– Твоя рана все еще кровоточит, – промолвил дракон. – Ты не обретешь истинной силы, пока она не зарубцуется.
– Я не хочу, чтобы моя рана заживала, – раздраженно бросила Зоя. Слезы оставили на ее щеках мокрые дорожки. Внизу темнели очертания того Новокрибирска, каким он был в этом сумрачном мире, – черный шрам посреди песков. – Она нужна мне.
Рана служила напоминанием о Зоином простодушии, о ее слепой, безоглядной вере в обещанные Дарклингом мощь и безопасность. Она так легко отдала ему свою силу – и никто ее не заставлял, как тогда, в церкви, – она сделала это охотно и по доброй воле. Мы с тобой изменим мир, сказал он, а ей хватило глупости ему поверить.
– Зоя из потерянного города, Зоя – девушка с разбитым сердцем. Ты способна на большее, гораздо большее.
– Почему вы не прилетели? – всхлипнула она, не ожидав от себя нового потока слез, что заструились из глаз. Она-то думала, что давно всё выплакала. – Почему не спасли ее? И всех остальных?
– Мы не знали, что он задумал.
– Вы даже не попытались!
Она навсегда останется девочкой, что плакала в подушку и шептала безответные молитвы; ребенком в свадебном платье, которого вели к алтарю, словно скотину на бойню. В тот день в церкви ее спасла сила. На эту силу Зоя научилась опираться, ее она в себе взращивала. Но для спасения Лилианы этого оказалось недостаточно. После войны Зоя разыскивала Ладу в надежде, что малышка могла уцелеть, однако не нашла ни следа. Ей никогда не узнать, что стало с той ясноглазой курносой девчушкой.
– Простишь ли ты нас? – задал вопрос Юрис. – За неразумность, за слабость? За то, что мы, при всем нашем могуществе, тоже можем ошибаться? Простишь ли ты себя?
За любовь к Дарклингу. За то, что пошла за ним. Не защитила Лилиану. Не сберегла Вторую армию. Список ее преступлений слишком длинен.
Зоя, пророкотал дракон. Он не произнес ее имени вслух, скорее, она ощутила это как мысль, что вошла в сознание вместе с ощущением вечности. Открой дверь. Соедини свое прошлое с будущим.
Зоя положила голову на шею дракона и почувствовала, как ее наполняет сила. Сердце билось в такт с сердцем зверя, медленно и безжалостно, а под этим звуком, глубже, раздавался другой, еще более низкий и мерный – звук Вселенной, основы сотворения мира. Зоя всей душой хотела, чтобы у нее достало сил, но чего бы Юрис от нее ни добивался, она не могла нащупать к этому ниточку.
Ты – проводник, Зоя. Благодаря тебе гриши вновь станут такими, какими были до того, как время и катастрофы повредили их силу. Но только если ты сумеешь открыть дверь.
Почему я?
Потому что ты избрала этот путь. Потому что твой король в тебя верит. Дракон заложил вираж и повернул назад к дворцу. Потому что ты достаточно сильна, чтобы пережить падение.
  
26
 
Исаак
 
Исаак доложил обо всем, что узнал от Эри, хотя какой-то частью ощущал, что поступает гадко. Он в подробностях передал информацию о Тавгараде, и, как и следовало ожидать, вскоре Тамарины источники подтвердили, что у одной из молодых стражниц, Майю Кир-Каат, есть брат-близнец, тоже военный.
– Его полк стоял в Кобе, – сказала Тамара, – но солдат пропал, и найти его не могут.
– Это хорошо или плохо? – спросил Исаак.
– Для нас – хорошо, для тавгарадской стражницы – плохо, – ответила Тамара. – Мы отследили поставки рутения в Кобу. Если ее брата включили в программу подготовки кергудов, она вряд ли обрадуется. Многие участники отбора гибнут, а выжившие сильно меняются.
Исаак о кергудах знал немногое, по слухам, это были скорее машины для убийства, чем люди.
– Значит, если эта Майю – отступница, вы попытаетесь войти с ней в контакт?
– Это будет непросто, – заметил Толя. – Шуханские стражницы редко ходят поодиночке. Но мы постараемся.
Тамара согласно кивнула.
– А ты должен проявить себя во всем блеске при общении с керчийцами.
И все же сколько бы Исаак ни готовился, он никак не ожидал того, что произойдет на роковой встрече с Хайремом Шенком.
В начале вечера Исаак с интересом предвкушал поездку на Золотое Болото. Ему и вправду доведется стать свидетелем оргии или кутежа? Удастся ли хоть одним глазком увидеть знаменитые винные погреба князя Крыгина?
Выехали они малым отрядом: Исаак, несколько стражников, близнецы и Хайрем Шенк со своей охраной. Несмотря на холодную погоду, керчиец пребывал в приподнятом настроении.
– Ваше величество, я так взволнован, – промолвил он. – Это крайне удачный момент для наших держав. – У него была такая же бронзовая кожа и темно-рыжие волосы, как и у дочерей.
– Безусловно, – кивнул Исаак. Хорошее, полезное слово.
Князь встретил гостей в саду своего роскошного особняка. На Крыгине был яркий малиновый камзол, на лацканах сверкали рубины размером с куриное яйцо.
– Счастлив принять вас! – произнес он на равкианском. – Добро пожаловать в мою удаленную от глаз обитель.
– Благодарю за радушие, – заготовленной фразой ответил Исаак. – Мы знали, что можем на вас рассчитывать.
– Всегда и во всем, – уверил Крыгин, – как в вопросах государственной важности, так и в развлечениях любого сорта. Я отослал прочих гостей, так что поместье исключительно в вашем распоряжении. Надеюсь, насладившись утехами, вы пожелаете разделить мое скромное общество и восстановить силы, сидя у камина с бокалом чего-нибудь согревающего. – Крыгин кашлянул и, понизив голос, добавил: – На следующей неделе я устраиваю осенний бал и уже послал приглашение коммандеру Назяленской. Быть может, ваше величество порекомендует ей посетить это мероприятие?
– Разумеется, – ответил Исаак. – Сейчас ее нет в столице, однако, вне всяких сомнений, она охотно присоединится к общему веселью.
Крыгин растерянно заморгал.
– В самом деле?
– Ваше величество, нам пора, – вмешался Толя, уводя Исаака от князя, странно смотревшего на короля. – Нас уже ждут у озера.
– Я что-то не то сказал? – шепотом спросил Исаак, когда они ехали по гравийной дорожке, освещенной факелами.
– Зоя Назяленская не участвует ни в каких затеях Крыгина.
Женя и Давид ожидали их на берегу унылого, неживописного озера. Все вместе они взошли на борт небольшой парусной яхты, за штурвалом которой стоял офицер королевского военно-морского флота Равки. Ночь выдалась безветренная, поэтому шквальный, дежуривший у мачты, воздел руки и наполнил паруса ветром. В темном небе расцвели огни фейерверков, которые запускали в усадьбе. Интересно, для кого они, если все гости разъехались, подумал Исаак, хотя красоту зрелища оценил.
  
Слегка покачиваясь на воде, яхта остановилась. Невдалеке Исаак разглядел другие парусники с зажженными фонарями на мачтах. На палубах никого не было.
– Как вам известно, – начал Исаак подготовленную Женей и Толей речь, – я никогда не ограничивался одной лишь сушей. Я поднимался в небеса, бороздил моря и постепенно стал задаваться вопросом: отчего для нас недоступны огромные пространства, раскинувшиеся под милыми моему сердцу волнами? Так появились, – он театральным жестом указал в сторону порта, – моросеи.