Король шрамов

Юрий стоял на коленях и молился. Зоя воздела руки, призывая на защиту ветер; Николай уже чувствовал, как закручивается вихрем песок вокруг скифа. Заслышав крик, он мгновенно выхватил револьверы и приготовился к встрече с волькрами. Николай ожидал увидеть теневых монстров или какое-нибудь новое воплощение темной силы Дарклинга. Черт, в глубине души он даже готов был увидеть самого Дарклинга, воскресшего Беззвездного святого, который явился, дабы своим дьявольским обаянием подчинить их злой воле.
  
А вместо этого он узрел… пчел. Громадных размеров тучу, которая колыхалась в небе цвета овсяной каши, постепенно принимая очертания женской фигуры. Позади пчелиного роя над песками зыбко покачивался другой причудливый силуэт, постоянно меняющий форму: массивное туловище с двумя головами, потом с тремя; тысяча рук, уродливый горб с гребнем выпирающих позвонков; десять, двадцать, тридцать длинных веретенообразных ног, движущихся одновременно. Формы то напоминали человеческие, то превращались в звериные – непонятное существо обрастало шерстью и скрежетало жуткими зубами. В вышине кружило третье порождение кошмара с огромными крыльями и сияющей чешуей.
– Зоя, скажи какую-нибудь гадость, – попросил Николай.
– Зачем?
– Затем, что я определенно страдаю галлюцинациями, а в моих грезах ты куда симпатичнее.
– Идиот.
– Слабовато.
– Ну, извини, что не блещу остроумием. Вообще-то у меня от страха руки-ноги свело.
Голос у нее дрожал, и, если уж безжалостная, неустрашимая Зоя тоже напугана, значит, все, что он видит, реально. Невозможно, гротескно и все-таки реально: исполинский дракон с выгнутыми дугой кожистыми крыльями и чешуей, переливающейся в тусклом сером свете черным, золотым, зеленым и синим.
– Зоя, что бы ты там ни наколдовала, самое время снять чары.
– Если бы я могла, – прорычала она, а затем швырнула вверх плотный сгусток воздуха.
Столкнувшись с этим препятствием, пчелиный рой обогнул его, разделившись надвое, как течение огибает речной валун. В ушах Николая завибрировало громкое жужжание.
– Сделай что-нибудь! – крикнула Зоя.
– Что?
– У тебя же пистолеты!
– Я не собираюсь палить по пчелам.
– Тогда стреляй в ту фиговину.
Николай открыл огонь по странной сущности, пронзив меняющие форму части тела: голову, руку, другую руку, выпяченную грудную клетку. Теперь, вблизи, он разглядел когти, клыкастые челюсти, густой мех, как у медведя. Колышущаяся плоть поглотила все пули, а через секунду просто извергла их обратно, словно выплюнула.
Высоко в небе дракон с ревом распростер гигантские крылья и дохнул огнем. Вниз устремился поток смертоносного пламени.
Зоины руки взлетели, и над головами людей возник воздушный купол. Огонь ударил в защитный барьер; Николай ощутил, как жаром опалило брови. Дракон снова взревел и принялся кружить над ними.
– Вынужден признать огневое превосходство противника, – заметил Николай.
– Сложите оружие, – проговорила сущность сотней голосов одновременно.
– Чуть позже, – ответил Николай. – В данный момент благодаря ему я чувствую себя гораздо увереннее. Юрий, черт побери, встань уже наконец и хотя бы сделай вид, что готов сражаться.
– Вы не понимаете… – пролепетал монах со слезами на глазах.
– Это точно.
– Сейчас я еще раз подниму в воздух песок, – вполголоса промолвила Зоя. – Если удастся вызвать более-менее приличную бурю, можно попробовать смыться… куда-нибудь. Паруса – твоя задача, я не смогу управлять и ветром, и скифом сразу.
– Понял, – отозвался Николай, разглядывая снасти. В лучшем случае их можно назвать примитивными, однако он управлял кораблем и в более сложных условиях.
Он открыл огонь, прикрывая Зою, а та выбросила вперед руки, и пески Каньона – или куда там попал их отряд, – с сухим шелестом взмыли вверх. Зоя уже не заботилась о маскировке, больше не нужно было скрывать свои действия от паломников. Буря поднялась внезапно и резко, как поднимается в постели человек, проснувшись от ночного кошмара. Силовой щит отбросил чудовищ назад, а вихрящийся песок встал стеной, скрывая отход скифа.
Николай сунул револьверы в кобуру и ухватился за трос, чтобы развернуть парус. Брезент захлопал, наполняясь воздухом, и скиф понес беглецов обратно на восток, туда, где, как надеялся Николай, находились прежние границы Каньона. Кем бы ни были монстры, их сила, очевидно, связана с этим местом.
Неожиданно земля под ними вспучилась. Скиф опасно накренился на правый борт, полоз потерял сцепление с песком. Зоя и Юрий не удержались на ногах, однако шквальная продолжала делать свою работу. Лежа на спине, она все так же управляла ветром. Николай крепко сжимал трос, пытаясь ловить воздушные потоки, чтобы увеличить скорость скифа. Однако земля дыбилась, словно дикий зверь, – пески оживали.
Скользя на одном полозе, скиф накренился еще сильнее.
– Сейчас перевернемся! – крикнул Николай. Непонятно почему, но ему казалось, что некая гигантская рука намеренно старается сбросить их на песок.
Они вывалились всей кучей. Николай моментально вскочил, подхватил Зою с Юрием и оттащил в сторону на всякий случай. Скиф, впрочем, мягко опрокинулся на бок, и пески тотчас успокоились.
Буря, призванная Зоей, тоже улеглась, небо очистилось. Из песка начали появляться фигуры – одна, другая, целый полк песчаных солдат. Лиц у них не было, однако одежда отличалась тщательной прорисовкой. Все вместе они напоминали солдат со старинных равкианских картин, армию Яромира Непреклонного в бронзовых латах и меховых плащах, только полностью из песка. Зоя попыталась разбить ряды, ударив в них сильным порывом ветра, но солдаты даже не шелохнулись.
– Что это такое? – спросила она.
Солдаты всё появлялись, волна за волной. Войско тянулось до самого горизонта, где все так же маячил дворец.
– Полагаю, нам демонстрируют численный перевес, – ответил Николай.
– Но кто?
Песчаные солдаты как по команде сделали шаг вперед. Раздавшийся при этом звук походил на короткую пулеметную очередь. Зоя и Николай, окруженные со всех сторон, стояли спина к спине, Юрий ползал на коленях, с его лица не сходило выражение какого-то безумного экстаза.
– Я не знаю, как с ними сражаться, – произнесла Зоя. Ей удалось унять дрожь в голосе, однако нотки страха в нем все же сквозили. – Это та часть истории, где нам полагается с честью встретить смерть?
Дракон кружил в небе прямо у них над головами. Если монстры намеревались уничтожить Николая, то выбрали для этого довольно замысловатый способ, так что наверняка в игре присутствовал еще один участник – кто-то, с кем Николай рассчитывал поторговаться за жизнь Зои и Юрия.
– Нет, та, где король Равки сдается врагу, а любовь, которой между нами никогда не было, продолжает жить в балладах и песнях.
– Даже не думай, – рявкнула Зоя.
– Дай мне шанс, Назяленская. Один из нас должен выжить. – Понизив голос, Николай продолжал: – Возвращайся в столицу и поднимай гришей. – Ему очень хотелось верить, что Зоя сумеет добраться до Ос Альты.
Он бросил револьверы в песок и поднял руки, скользя взглядом по шеренгам песчаных солдат, многоформенной гротескной громадине, высившейся за ними, и силуэтам в небе.
– Не знаю, кому именно я сдаюсь…
Дракон круто развернулся и спикировал вниз. Может, все-таки их цель – разделаться с королем?
– Зоя, ложись! – крикнул Николай, бросаясь к ней.
– Черта с два, – пробормотала она, толкнула Николая на песок и заслонила его телом, упершись расставленными ногами в землю и выставив перед собой руки.
Дракон пыхнул огнем, Зоя ударила бурей. На миг показалось, что силы равны: каскад золотого пламени против стены ветра. Затем Зоя развела руки и нарисовала в воздухе петлю, словно дирижер симфонического оркестра. Сперва Николай не понял, что она задумала, но вот пламя исчезло. Дракон отпрянул, из его глотки раздались свистящие хрипы. Зоя лишила его возможности дышать, забрала из огня воздух, необходимый для горения.