Личная ученица Огненного лорда

Та то пожимала плечами, то фыркала, то косилась в мою сторону. В итоге именно она – Иргиль – отправилась меня провожать.
Сначала шли молча. Я вертела головой, разглядывая интерьер – эти массивные мрачные стены, проходы разной степени ширины, арки, высокие окна, редкие, испещрённые непонятными символами колонны. А потом Иргиль не выдержала:
– Вот ты дурочка всё-таки. Это ж надо было так опозориться перед Лордом!
Я поёжилась – ситуация действительно вышла неловкая.
– С ним вообще разговаривать непринято, – продолжила Иргиль. – А спорят только самоубийцы. Я удивляюсь, как ты ещё жива?
Я поёжилась повторно. Про Лордов я знала ещё меньше, чем про простых огневиков, но от слухов, которые ходили, кровь стыла. Сильные, грозные, жестокие! Они не признавали авторитетов и смеялись в лицо королям.
Как-то, на одном из уроков, мы коснулись темы Лордов, и сестра Жантария тогда сказала:
– Девочки, вы хоть представляете каким характером нужно обладать, чтобы держать в узде целую армию огненных магов? А чтобы усмирять пламя, которое рвётся к нам из земных разломов? А ведь один Лорд может в одиночку погасить целый большой разлом!
Тогда я не представляла, зато сейчас поняла – да, мягкотелому добряку такое не под силу.
– Глупенькая ты, – вернула к текущему разговору Иргиль. – Думаю поэтому и пощадил. Но знаешь, ты не волнуйся, его милость вряд ли вспомнит.
– Что вспомнит? – не поняла я.
– Тебя и этот ваш разговор. Ты слишком мелкая сошка, чтобы держать тебя в голове.
Объективно рыжая была права, но стало чуточку неприятно.
– Он вообще-то ждёт, что я его удивлю. – Я сама не поняла, зачем защищаюсь.
Помощница Тариуса рассмеялась так, что стало ясно – о встрече с Лордом действительно можно забыть.
Вот я и забыла! Выбросила Алентора из головы и спросила о важном, о заселении:
– Господин Тариус говорил, что придумает куда меня заселить. А почему «придумает»? Тут какие-то проблемы?
Собеседница посмотрела с сочувствием, и скоро я поняла почему.
Оказалось, в этом году слишком много новорожденных магов, а разместить такое количество сложно. Буквально вчера сделали последнее подселение, главное жилое крыло переполнено, там не то что кровать – раскладушку поставить некуда. Разве что в коридор.
От таких новостей я аж споткнулась.
Жить в коридоре не хотелось. Ведь тут мужчины на каждом шагу! Да и вообще…
– Но замок большой, – продолжила девушка, – у нас есть и второе жилое крыло. Просто Тариус не хотел его открывать, надеялся, что обойдётся. Теперь – вот, откроем. Ты ведь явно не последняя, будут и ещё.
Я насторожилась, не совсем понимая:
– Подожди, я буду жить одна в целом крыле?
К моему ужасу, рыжая кивнула, причём сделала это очень буднично.
Мне такие планы не понравились! Страха перед одиночеством не было, но жить совсем одной? Непонятно где?
– Да не трясись, – бросила Иргиль. – Как только освободится место, мы тебя переселим. Конечно, если не угаснешь, – и на меня опять взглянули как на ущербную.
Да, именно из-за моей слабенькой, способной погаснуть в любой момент метки, а ещё из-за позора перед Алентором, помощница Тариуса меня и приняла. Хотя в первые секунды смотрела волчицей!
Мне её жалость категорически не нравилась, внутри снова сжималась та самая пружина. А перед внутренним взором почему-то появились обрывки того видения… Ночная трасса, авария, добрый, манящий мою душу свет.
Это была смерть. Точно смерть. И какая-то совершенно иная… нет, не местность, а мир! Другой мир, в котором я жила до того, как…
Я тряхнула головой, прогоняя эти мысли.
Хватит. Не сейчас. Просто телепортация в Школу Огня подстегнула какие-то процессы. Сработала как провоцирующий фактор.
Кстати, а это воспоминание может быть как-то связано с тем, что я иногда говорю непонятные слова? То есть мне они понятны, а окружающие смотрят, как на дуру?
Или я просто сумасшедшая? Может мне к лекарю надо? Вдруг именно поэтому мой дар уже сейчас норовит угаснуть? Что если магия решила, что такой как я доверять силу нельзя? Особенно такую опасную и разрушительную, как магия огня?
  
ГЛАВА 3
 
Второе жилое крыло оказалось действительно жутковатым. Для начала мы вошли в огромный тёмный холл, затем свернули на не менее тёмную лестницу, уводящую вверх.
Я думала поднимемся всего на один этаж, ведь там уже должны начинаться жилые комнаты, но…
– В этом крыле перебои с водой, – сказала рыжая. – Поломку чинят уже несколько лет, но всё никак. На втором и третьем этажах воды нет, а на четвёртом иногда бывает.
Вот до четвёртого мы в итоге и дошли. Замечание насчёт воды я приняла спокойно – у нас, в монастырской школе, водопровод вообще считался излишеством. А вот атмосфера мрачности давила! От пыли я и вовсе начала чихать.
Иргиль мне даже посочувствовала – ну, почти:
– Оу, да тут и полы не мыли лет сто! Куда только смотрит управляющий? Зачем его милость вообще держит этого лентяя?
Спросила, и сама же себе ответила:
– Впрочем, Лорду нет особого дела до нашего быта. Да и не может он контролировать вообще всё!
Последняя фраза порадовала – не очень приятно жить под тотальным контролем всемогущего Лорда.
– Так! Вот комнаты, – сказала рыжая деловито. Она взмахнула рукой, указывая на длинный коридор, где, при нашем появлении, вспыхнула часть светильников. – Можешь выбирать любую.
Все двери были приоткрыты, в замочных скважинах торчали ключи.
– Выбирай, располагайся, потом со своей справкой о зачислении сходи в хозяйственную часть – там тебе выдадут постельное бельё, форму и, – меня окинули скептичным взглядом, – одежду. К педагогу временной группы тоже зайди, возьмёшь у него расписание и список учебников. В библиотеку можно и завтра. Столовая у нас общая, расположена в главной части, на первом этаже.
Я закономерно растерялась.
Справка? Одежда? Временная группа? Как это всё запомнить?!
– Всё, давай.
Рыжая развернулась и поспешила прочь, а я воскликнула:
– Постой!
Но доброта Иргиль оказалась не безграничной, девица даже не притормозила:
– Некогда болтать, работы много. Если будут вопросы, можешь обращаться в канцелярию.
Что значит «будут»? У меня их уже вагон!
– А где эта хозяйственная часть? – крикнула я. – А где искать педагога временной группы?
Ответа не прозвучало.
Я сделала несколько шагов к лестнице, чтобы догнать девушку, но остановилась. Ведь у Иргиль действительно работа, а я уже замучила расспросами. Так может хотя бы с получением постельного белья разберусь сама?
А ещё меня посетило иррациональное чувство, будто нечто подобное со мной уже было. Что я уже испытывала вот такую, граничащую с паникой, растерянность новичка. Что когда-то давно уже слушала подобные скороговорки о том, куда нужно пойти, что собрать, кому предъявить какую-то справку.
По коже от этого чувства побежал холодок.
Я тряхнула головой и, развернувшись, уставилась на двери. В носу щипало от витавшей в воздухе пыли, коридор был широким, длинным и по-прежнему пустым. Свет магических светильников добавлял негостеприимства и мрачности. Зато в конце коридора имелось большое окно.
Вот к этому окну я и направилась.
Дошла. Оценила степень запылённости стекла и неожиданно приятный пейзаж – внизу было что-то вроде сада. Из двух, расположенных друг напротив друга угловых комнат, я выбрала левую. А войдя внутрь поняла, что меня совершенно не волнуют все рухнувшие на голову сложности. Потому что… я буду жить одна!
Одна. Без вечно ворчащих соседок, без сестры-хозяйки, которая проверяла нашу комнату каждую неделю и жутко ругалась, если ей что-то не нравилось. Без других соседок – тех, что жили через стенку, и чьи голоса мы отлично слышали, ведь тонкие дощатые перегородки почти не экранировали звук.
Без общей уборной, расположенной аж на первом этаже, и единственной на всю школу. И без душевой, где нужно занимать очередь, попутно надеясь, что тёплая вода не закончится именно на тебе.