Личная ученица Огненного лорда
– Простите, но тут нет ничего забавного.
– Ну почему же? – возразил красноволосый. – Но я не против! Монашка, так монашка.
Я понимала, что именно его забавляет, и промолчать опять-таки не смогла:
– Вы смеётесь над благочестием, которое воспитывают в себе монахини? Я знаю, что огненные относятся к нему как к недостатку, но этим вряд ли стоит гордиться.
Алентор заметно удивился, а я на какую-то секунду залюбовалась. У собеседника были широкие плечи, статная фигура, мужественные и правильные черты лица. Если я хоть что-то понимаю в жизни, за такими как он девушки бегают толпами. Но я бы не побежала. Просто не побежала, и всё.
– Ты на что намекаешь, Ева? – вкрадчиво поинтересовался огненный.
Я поджала губы и посмотрела с осуждением. Увы, зря.
Атмосфера в кабинете изменилась. Собеседник выпрямился, от него повеяло чем-то таким, что на коже проступили мурашки, а мне отчаянно захотелось слиться со стеной.
– Так на что? – повторил он. – Отвечай, если спрашиваю.
О, кажется, я влипла.
Я потупилась, мечтая исчезнуть, но… а куда деваться?
– Всем известно, что огненные маги несколько… распутны.
– Прямо-таки все? – в голосе Алентора снова прозвучало удивление. – Что, и я?
У меня запылали и щёки, и кончики ушей, и вообще всё. Ну точно вляпалась! А если это мой будущий преподаватель? Как после такого он будет меня учить?
Но пути назад не было, и я попыталась сгладить насколько могла:
– Ну, вы же огненный. Стало быть… да?
Вопросительная интонация добавляла сомнение, которого я на самом деле не испытывала. Но огненный, кажется, купился – катастрофы не случилось. Мужчина рассмеялся в третий раз.
Что странно, расслабилась только я. Харт наоборот стиснул кулаки, шагнул вперёд и выпалил:
– Ваша милость! Я прошу прощения за эту девушку, она не хотела вас оскорбить. Просто там, в этой школе… Ну они же монашки, понимаете? У них мозги не на месте.
Милость?
Почему к какому-то огневику обращаются как в высокородному лорду я поняла не сразу. А сообразив, молчаливо взвыла!
К моей величайшей радости, на этом общение и закончилось. Лорд действительно оказался «милостью» – не стал ни выговаривать, ни убивать.
Вместо этого Алентор сделал жест рукой, приказывая нам расступиться, а когда мы, словно облитые водой котята, отпрянули, направился на выход. На прощание одарил меня ещё одним насмешливым взглядом и сказал:
– Давай, удиви меня своей магией, девочка.
– Попробую, – выдавила придушено.
– Буду ждать! – с прежней насмешкой бросил Лорд.
***О том, что буря миновала, я узнала благодаря дружному облегчённому вздоху окружающих. Корн вообще сполз по стеночке, в Харт сделал пару шагов и рухнул на стул.
– Ну ты, ну ты… – начал изливать эмоции Лотерик, но замолчал. Не хватило у огневика запала.
Зато очнулся мужчина – как понимаю, тот самый Тариус, к которому мы так спешили:
– Ты о чём думала? Ты! – пауза и почти ругательство: – Ева!
Я густо покраснела и отвела глаза.
Объяснять свою логику не стала – себе дороже. Решила не усугублять и просто покаяться. С Илларией и сёстрами всегда работало, может сработает и сейчас?
– Дурочка, – рыжеволосая девица тоже ожила. – Это ж надо! Обвинить Лорда в распутстве! Да ещё и спорить с ним! Ты чокнутая?
Я опять промолчала. Ведь умею держать язык за зубами, когда нужно!
Но огневики всё равно смотрели укоризненно. Кажется, в процессе общения с Лордом, их нервы пострадали даже сильнее, чем мои.
Зато конфликт вроде как иссяк, все выдохнули снова. А Тариус приободрился и спросил:
– Так, монашка, ты писать умеешь?
– Конечно, – пробормотала я.
– Тогда иди сюда, – мужчина нахмурился. – Сейчас заполнишь опросник и, кстати, покажи, метку. А ты, – Тариус повернулся к Харту, – отдавай поисковик и свободен.
Предводитель банды моих спасителей лениво поднялся со стула и, как и я, направился к столу.
Прежде, чем отдать опросник, Тариус повторил:
– Покажи метку.
Я, конечно, приподняла рукав, демонстрируя внутреннюю сторону запястья, а мужчина вдруг хмыкнул. Харт тоже взглянул – тут же перехватил мою руку и наклонился, стремясь рассмотреть метку получше.
Потом разочарованно вздохнул.
– Что-то не так? – настороженно уточнила я.
– Да всё не так, – буркнул парень. – Слабенькая. Угаснешь.
Я посмотрела на Тариуса – глава канцелярии тоже хмурился. Рыжеволосая девица – впрочем, тут все были рыжеволосыми – тоже приблизилась и тоже неодобрительно хмыкнула.
– В смысле угасну? – я напряглась ещё больше. – Это как?
Повисло недолгое молчание, потом Тариус принялся объяснять:
– Это просто, Ева. Метка появляется у многих, но не все становятся полноценными магами. Магия как бы выбирает. Знакомится с человеком и решает, достоин тот управлять пламенем или нет.
Новость шокировала. Я была убеждена, что метка гарантирует, а тут…
Невольно вспомнился Свэрг, его ухмылка и заявление – Ева не магесса!
– А что происходит с теми, кто угас? – мой голос дрогнул. Просто про убеждённость наместника в моём скором возвращении я тоже помнила.
– Да ничего хорошего, – бросила девица. – Умереть не умрёшь, но про возможность «удивить его милость своей магией», – эту фразу она иронично выделила голосом, – можешь забыть.
Я уставилась растерянно, но быстро собралась и попыталась прояснить:
– Что именно не так с моей меткой? Какой она должна быть?
И мне показали.
Харт тоже обнажил запястье, демонстрируя совершенно другой рисунок. Вместо нескольких линий у парня был чётко очерченный круг. Изображение пламени тоже выглядело иначе – как-то правильней что ли. Метка Харта напоминала чёткую, обстоятельную печать.
– Чем ярче и больше метка, тем больше сила, – добавил парень. – Когда маг достигает высшего уровня, появляется второй круг, в который заключён огонь.
Я потерянно кивнула. Логично. Круг испокон веков является символом завершённости и гармонии, а у меня… какие-то полоски.
– Ладно, не дрожи, – девица неожиданно подобрела. Видимо потому, что сердиться на ущербных совсем уж глупо. – Не ты первая, не ты последняя.
– У меня что, вообще никаких шансов?
Маги переглянулись. Корн с Лотеником тоже подошли, чтобы оценить масштаб бедствия, и им рисунок тоже не понравился.
– Шансы есть всегда, – произнёс Тариус, но как-то неуверенно.
То есть в случае со мной он ни в какие шансы не верит, да?
Я не просто расстроилась, у меня земля под ногами качнулась. Зато в следующую секунду внутри словно сжалась стальная пружина – со мною бывало, иногда.
Вернее, не иногда, а часто, и директрису Илларию подобные моменты всегда раздражали – я становилась слишком упрямой. Директриса говорила – непробиваемой.
– Так что случается с теми, кто угас? – я желала получить ответ, это было важно.
– Ну, из Школы тебя, разумеется, исключат, – сказал Тариус. – Здесь без дара делать нечего. Пристроят куда-нибудь, дадут работу в городе, например.
– В каком ещё городе?
Тариус закатил глаза, явно устав от моих вопросов. Зато Харт смилостивился и указал на окно.
Снаружи светило солнце, лучи били прямо в стекло, поэтому далёкие очертания белоснежной махины я разглядела не сразу. А ведь там действительно был город. Между ним и зданием Школы виделись цветные лоскуты полей.
– А что это вообще? – я нахмурилась.
– Так владения лорда Алентора, – сказал Харт.
В этот миг я вспомнила, что знаю об огненных так мало, что считай ничего. Об одной только наглости и наслышана!
– Всё, хватит, – прервал нас Тариус. – Как будет, так и будет. Магии виднее, кого считать достойным, в ком расцветать, а в ком гаснуть. Харт, давай уже поисковик и идите. Ева – опросник! А я пока придумаю куда тебя заселить.
***С моим заселением тоже вышла какая-то ерунда.
Пока я корпела над опросником, куда требовалось вписать имя, фамилию, место рождения и прочие сведения, Тариус отпустил Харта с друзьями и принялся о чём-то активно шептаться с упитанной рыжеволосой девицей.