ПОП-ЗВЕЗДА (ЛП)

- Кто-то бросил самодельную бомбу через забор, - говорит он, и у меня замирает сердце.
Я ожидаю взрыва или чего-то еще, хотя бы отдаленно напоминающего то, что произошло, когда мы взрывали С4 в пустыне, но ничего не происходит.
И так очень долго.
Мы лежим, Айрис на мне, и не слышно ни звука, кроме нашего тяжелого дыхания. Хотя я чертовски напуган, ожидая взрыва, думаю, мой мозг на самом деле не осознает угрозу.
  
- Это что, приход от травы? Если так, хочу вернуть деньги.
Айрис даже не смеется. Он говорит по телефону.
- Трэв? Мне нужна ебаная команда саперов.
Вот тогда я понял, насколько все серьезно. После этого никакое количество травки не поможет мне успокоиться.
Один день из жизни поп-звезды… полагаю.
Я на это не подписывался.
 Глава 20 
Брикс
Я примерно на полпути домой из Сан-Бернардино, когда у меня звонит телефон и включается динамик в машине.
Я смотрю на дисплей и вижу, что на экране высвечивается имя Трэва.
- Как дела, босс?
- Возникла... ситуация.
- Что за ситуация?
- Все, что тебе нужно знать, это то, что Харли в безопасности, но он спрашивает о тебе. Он, ммм, немного напуган.
- Что случилось? – рычу я.
- Просто возвращайся к нему домой, как только сможешь. И не разбей мне ебаную машину. - Он заканчивает разговор.
Я нажимаю на кнопки и пытаюсь дозвониться до Харли, но его телефон не отвечает. Я набираю Айриса, но звонок переадресовывает на голосовую почту.
Блядь, блядь, блядь.
Я мчусь по автостраде, сохраняя при этом достаточную осторожность, чтобы ни во что не врезаться. Не из-за драгоценной машины Трэва, а потому что мне нужно добраться до Харли.
Спокойный, рассудительный голос в голове, говорящий мне, что Трэв сказал, что с Харли все в порядке, помогает сохранять остатки самообладания.
Я то встреваю в поток машин, то выезжаю из него, и уже не в первый раз проклинаю жизнь в Лос-Анджелесе. Я пересек шесть полос движения, чтобы свернуть и добраться домой.
Домой.
Черт, для меня это совершенно чуждая концепция, но я чувствую это нутром.
Так или иначе, с тех пор, как я работаю на Харли, что-то внутри меня успокоилось. Я больше не жажду всплеска адреналина. Больше не жажду увидеть какое-то действие.
 Переживание этого в моем нынешнем положении означает, что жизнь Харли в опасности, и эта мысль наполняет ужасом.
Защищать Харли - не просто мой долг, это мой инстинкт. Я должен был быть там с ним. Я должен был…
Нет, он должен был быть со мной.
Я хочу, чтобы он все время был со мной. Даже если для этого придется показать ему ту часть моей жизни, которую я никому не показываю.
Он должен знать, чем я занимаюсь в свой выходной. Харли заслуживает этого.
Это не похоже на то, как с другими моими товарищами по команде, когда я не говорю им об этом, потому что не хочу, чтобы они жалели меня или предлагали помощь, когда я прекрасно справляюсь сам.
Это не то бремя, которое я хотел бы взвалить на Харли, но альтернативой является взвалить его на свои плечи и нести в одиночку.
Я больше не хочу быть один.
Харли дает мне то, что я испытывал лишь однажды. Я принадлежу Харли. У меня никогда раньше не было такого с другим человеком. Только работа.
Всегда работа.
Я дразню Харли за то, что он трудоголик, но на самом деле у нас с ним много общего. Последние десять лет моя жизнь была посвящена служению своей стране. Будь то в армии или с помощью «Майк Браво».
Возможно, пришло время сосредоточиться на чем-то для себя. Я хочу дать нам с Харли реальный шанс.
До сих пор я не мог представить себе будущего с поп-звездой, потому что, по логике вещей, в этом нет смысла.
Если общественность узнает обо мне, я стану объектом их внимания. Я не смогу должным образом защитить Харли. Если мой босс или его менеджер узнают об этом, меня уволят, а Харли и Эву могут заставить снова сойтись.
Будущее с Харли никогда не казалось мне возможным, а это значит, что я не думал об этом всерьез.
Дело в том, что решение никогда не приходило мне в голову, и я всегда думал, что наши отношения с Харли будут мимолетными.
Я хочу большего для него. Для нас.
Я, наконец-то, нашел того, кого хочу назвать своим, и факт того, что сегодня он оказался под угрозой, приводит меня в ярость.
Я сворачиваю на улицу Харли, и повсюду стоят полицейские машины. И…
 Срань господня, это что, уезжают ебаные саперы?
Машина врезается в бордюр под углом, и я загораживаю «Мазерати» Гидеона на подъездной дорожке, но мне все равно.
Я вхожу через ворота внутреннего двора, даже не выключив двигатель.
К счастью, я не забываю сначала поставить машину на стоянку.
Трэв, Гидеон и Айрис, сбившись в кучу, разговаривают с какими-то полицейскими, в то время как Харли сидит в дверном проеме, завернувшись в одеяло.
Я, как профессионал, знаю, что сначала должен пойти к Трэву и Гидеону. Настоящий я - тот, у кого Харли в голове и в сердце - направляется прямиком к нему.
Я чувствую, как миллионы пар глаз смотрят на меня, пока я пересекаю двор. Харли смотрит на меня снизу вверх.
- Брикс?
Я поднимаю его и заключаю в объятия, не думая о том, ранен он или нет. Именно тогда у меня появляется желание немного расслабиться.
- Блядь, я делаю тебе больно? Тебе больно?
Он качает головой.
- Хорошо. - Я снова прижимаю его к себе. - Что случилось?
Он никогда не прижимался ко мне так сильно.
- Т-там была б-бомба.
- Бомба?
- Самодельная трубная бомба.
Я отстраняюсь ровно настолько, чтобы обхватить ладонями его лицо.
- Где?
Позади нас раздается голос Айриса.
- Кто-то бросил самодельную бомбу через забор.
Я заставляю себя высвободиться из объятий Харли, но он тут же вздрагивает. Нахуй все. Я снова прижимаю его и обнимаю, чтобы он знал, что он в безопасности и что я здесь.
Только тогда я поворачиваюсь лицом к трем людям, которые выглядят более обеспокоенными тем, как я держусь за своего подопечного, чем реальной угрозой взрыва. За их спинами полицейские выходят из ворот и закрывают их.
Быть с Харли вот так, на виду у всех, ставит все на карту, но Харли больно, и я нужен ему. Чтобы я был у него. Весь я. Все, что ему нужно.
Я притворяюсь, что не обнимаю его, пока говорю.
- Самодельная бомба?
Айрис протягивает мне свой телефон, на котором воспроизводится запись с камеры наблюдения.
На экране виден верх серебристой машины, медленно проезжающей мимо дома, а затем что-то перебрасывается через забор, прежде чем машина набирает скорость.
Угол обзора камер, установленных во дворе и на подъездной дорожке, не позволяет определить модель автомобиля. Только цвет.
Отлично, мы ищем серебристую машину. Это сужает круг поисков.
- Это подделка, - говорит Трэв. - Трубы из ПВХ соединены вместе, и там были оголенные провода, но они ни к чему не были подключены.
- Я не понимаю.
- Мы думаем, что это тактика запугивания, - говорит Айрис.
- Запугивание… кто хочет напугать... - Имя приходит мне на ум еще до того, как я задаю вопрос. - Билли Уэббер. Где он? - В моем голосе звучит дикое рычание.
- Брикс, думаю, нам с тобой нужно поговорить наедине, - говорит Трэв.
- Где. Ебаный. Билли?
Трэв и Айрис обмениваются взглядами.
- Мы не знаем, - говорит Гидеон.
- Я привлек к этому Энджел и Домино, - говорит Трев. - Ты же знаешь, что Энджел сможет его вычислить.
Этого недостаточно.
- Я же говорил тебе, что мы слишком рано сняли наблюдение.
Трев уже несколько недель твердит, что Билли безобиден. Он - существо рутинное, а потом вдруг появляется самодельная бомба, и он исчезает?
  
- Ого, вы наблюдали за ним? - Спрашивает Харли. - Зачем?
- С тех пор, как он прислал записку. Мне нужно было убедиться, что он больше ничего не предпримет.