ПОП-ЗВЕЗДА (ЛП)

- Нет. - Он поднимает руку. - И прежде чем ты это скажешь, я знаю, что Гидеон поступил правильно, не зарядив его.
- Он сказал тебе, что восемьдесят пять процентов огнестрельных ранений происходят из-за того, что люди не знают, как правильно обращаться с оружием?
- Э-э-э... нет.
- Если ты действительно хочешь научиться защищать себя с помощью оружия, я могу научить тебя.
  
- Правда? - Его глаза загораются.
Есть люди, всю жизнь работавшие, чтобы достичь того, чего они достигли, и очевидно, что они упорно боролись за это. Харли не такой. Харли относится к тому типу людей, с которыми, когда у них появляется определенное выражение лица, просто знаешь, что он рожден, чтобы быть в центре внимания, потому что от него просто захватывает дух.
Уверен, он усердно работал, я в этом не сомневаюсь, но с таким лицом? Он был рожден для славы с самого начала.
Я отбрасываю эту мысль.
- Думаю, если тебе когда-нибудь попадется в руки еще один пистолет, ты должен знать, как им пользоваться, чтобы не выстрелить в себя... или в меня.
Харли смеется.
- Я бы хотел научиться. В смысле, не думаю, что мне когда-нибудь снова понадобится оружие, потому что теперь у меня есть ты, но я хочу.
- Тогда мы сделаем это.
Он заканчивает есть и встает.
- Я готов, чтобы ты проверил мою комнату прямо сейчас.
- Разве Эва не там?
- У нас разные комнаты. Она... храпит.
Может, это правда. Сомневаюсь в этом, потому что у него странный тик на лице, но я готов пока оставить все как есть.
Может, у них проблемы, а я здесь не для того, чтобы вникать в это или беспокоиться.
Я следую за ним через весь дом и поднимаюсь на второй этаж.
- Ты все еще придерживаешься этого нелепого списка требований?
- Да. Ты получишь бонусные очки, если запрыгнешь в комнату.
 - Я не буду этого делать.
Затем он смеривает меня взглядом. Отчасти умоляющим, отчасти насмешливым, но я вижу и проблеск страха. Не думаю, что он хочет, чтобы я это заметил, но я уже видел такой взгляд раньше. На бесчисленных лицах, в бесчисленных опасных ситуациях.
Выражение того, что он пытается быть сильным, потому что у него нет другого выбора. Сломаться - это не выход.
И теперь мне еще больше жаль его.
Возможно, для него это скорее шутка, но я понимаю, что Гидеон прав. Взлом повлиял на Харли сильнее, чем он показывает.
- Ладно, - фыркаю я, сохраняя невозмутимый вид.
Я оставляю его за дверью, чтобы проверить его комнату, смежную ванную и шкаф. По его просьбе я даже заглядываю под кровать, но, когда выхожу, отказываюсь выполнять его просьбу.
Затем он поднимает на меня щенячьи глаза и мило надувает губки, и, черт возьми, глаза штормового синего цвета завораживают.
Я прочищаю горло и ловлю себя на том, что говорю:
- Все чисто.
Он расплывается в широчайшей улыбке и направляется в свою комнату.
- Спокойной ночи, Рэмбо.
- Спокойной ночи, Поп-звезда.
 Глава 5 
Харли
Я услышал гораздо больше, чем следовало. Брикс посоветовал Айрису держаться на расстоянии и быть профессионалом. Вот что я делаю. Я заставляю его быть самым внимательным телохранителем, каким он только может быть.
И, ладно, когда он предложил потренировать меня обращаться с оружием, я собирался отказаться от этих глупых требований.
Но потом он посмотрел на меня с чем-то похуже отвращения в глазах. Он смотрел на меня с сочувствием и жалостью на лице. Мой желудок сделал сальто, а это последнее, что мне нужно.
Пожалуйста, без неприятных ощущений.
Так что да, профессиональная дистанция - это хорошо.
Заставлять его делать глупости еще приятнее. Они не только развлекают меня, но и он знает, что это полная чушь.
Может, это избавит его от чувства жалости ко мне.
Кроме того, зная, что он дома, я чувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы заснуть и выспаться.
Впервые после взлома я смог наверстать упущенное.
Вероятно, именно поэтому в полдень меня будит мой телохранитель, спрашивая, не умер ли я. Он раздвигает шторы, позволяя солнечному свету обжечь сетчатку моих глаз, пока я пытаюсь как следует проснуться.
Я переворачиваюсь на живот и засовываю голову под подушку.
- Из тебя никудышный телохранитель, если ты спрашиваешь, жив ли я еще.
Глубокий, теплый смешок великана заставляет мой член дернуться.
Черт бы его побрал.
- Я принес тебе буррито на завтрак. Это предложение примирения после того, как вчера все пошло наперекосяк.
 Я думал - надеялся - что это от него пахнет беконом.
Им следует выпускать одеколон с ароматом бекона.
Обещания еды достаточно, чтобы я сел. Я смотрю на тарелку.
- Ты еще ни кусочка не съел.
- Я не собираюсь тебя травить. Это было бы нелогично, ведь мне платят за то, чтобы я тебя защищал.
- Может, это и нелогично, но пока не доказано обратное, теперь все в моей жизни -потенциальные психопаты.
Брикс уступает и откусывает большой кусок. Расплавленный сыр стекает ему на подбородок, и я сразу же думаю о том, чтобы слизать его. К счастью, я сижу, а он стоит, и я не могу приблизиться к его рту, чтобы сделать это, потому что это было бы унизительно.
- Знаешь, - говорит он, жуя, - рано или поздно тебе придется преодолеть свои проблемы с доверием. Один взлом еще не делает всех остальных потенциальными злоумышленниками.
- О, наивный деревенский паренек. Думаешь, мои проблемы с доверием связаны со взломом? У меня были проблемы с доверием с тех пор, как моя мама забрала все до последнего цента, что я зарабатывал, пока мне еще не исполнилось и восемнадцати. Все стало еще хуже, когда человек, которого я считал любовью всей своей жизни, сказал, что я скрашиваю одиночество во время гастролей. Все используют меня для чего-то, только теперь у нас появился дополнительный потенциал для расследования убийств. Веселые были времена. - Я запихиваю в рот весь буррито на завтрак, потому что умираю с голоду, а Брикс продолжает наблюдать за мной. - Что? - Кусочек яйца вылетает у меня изо рта. Ой.
Брикс качает головой.
- Прости. Ничего. Это не мое дело.
Я проглатываю кусок.
- Если мы собираемся работать в тесном контакте и мне придется проводить с тобой сто сорок четыре часа в неделю, тебе, черт возьми, лучше высказать все, что думаешь, или нам придется ходить друг перед другом на цыпочках.
- Я просто подумал, что для человека, у которого, казалось бы, есть все, твоя жизнь в некотором роде...
- Грустная. Можешь это произнести. Моя жизнь чертовски депрессивна.
- Извини.
Я пожимаю плечами.
- Эй, я сам это выбрал. И это не так уж плохо. У меня есть деньги, потрясающий дом...
- Эва.
Я перевожу взгляд на него.
- Верно. У меня есть Эва.
- Как вы двое познакомились?
 - Это восхитительная история. - Я нацепил на лицо свою обычную улыбку, потому что эту дерьмовую историю я рассказывал прессе тысячу раз. - Когда я жил в Канзасе и пытался стать артистом, она приходила на мои выступления. Была ли это уличная игра или школьные концерты, она всегда была рядом. Она была моей первой поклонницей.
- Ха.
- Ха? И это все, что ты можешь сказать? Всем нравится эта история.
- Все любят художественную литературу.
Я хмурюсь.
- Откуда ты знаешь, что эта история выдумана?
- Не хочу выдавать свои секреты.
- Ты что, ходячий говорящий детектор лжи?
Брикс улыбается, и это смягчает его суровые черты.
- Нет. Но ты говоришь серьезно. Твоя щека слегка подергивается, и на одной стороне лица появляется ямочка. - Его палец почти касается моей щеки, но он отдергивает руку. - То же самое произошло прошлой ночью, когда ты сказал, что Эва храпит. А это не так.
  
- Откуда тебе знать? - Я повышаю голос.
Брикс поднимает руку, призывая меня успокоиться.